Онтопсихология в постижении человеческой реальности1

Введение

Онтопсихология нелегка для понимания, поскольку предлагает путь постижения человеческой реальности, альтернативный традиционной культуре, который веками формировался различными научными школами.

Эта новейшая теория подобна открытию Христофором Колумбом новой, но существовавшей и прежде земли, или уравнению Эйнштейна, в котором верифицированы энергетические соотношения.

Опыт разных культур подтверждает: человечеству не дано понять и выявить причины своих страданий и боли. Люди вынуждены существовать в реальности, сути которой не осознают. Оправдывая свое непонимание, они прибегают к мистификации, тайнам бессознательного или же к фидеистическим решениям, пытаясь унять тоску в поисках точки, одаряющей покоем2.

Многие ученые бились над решением этой проблемы в различных областях человеческой культуры — от философии до науки, — особенно в художественной, социологической, психоаналитической сферах. Например, Фрейд говорил о вторичных процессах, предполагающих существование первичных в области формирования импульсов, психического поведения3.

Из вступительной лекции А. Менегетти на IX Международном конгрессе поонтопсихологии, который состоялся 9-13 мая 1982 г. в Риме.

Покой — в смысле полагания человека в центре, порождающем его существование "здесь и сейчас".

Я привожу положения Фрейда, потому что именно он впервые выявил данную проблему. Но и дальнейшие исследования, которые велись в этом направлении, не покидали сферу вторичных процессов.

С точки зрения онтопсихологии, вся существующая культура — от философии до политики — проводит исследования только на второй стадии. Но что происходит на первой, в "здесь и сейчас" человека? Что представляют собой знаменитые первичные процессы, которые подталкивают, оплодотворяют, будучи разумной причиной всякой экзистенциальной модальности?

Если я сам хозяин своей жизни, то как, находясь в этой внутренней данности и будучи разумным существом, могу быть исключен из своего первоначала, из того фундаментального акта, который порождает меня и сопровождает в потоке существования? Прежде чем решать важнейшие метафизические проблемы, поднимаемые высшими умами, я должен, преодолевая трудности, обнаружить это начало. Инфантильно закрывать глаза на то, что неотступно меня преследует, искать решение в кажущемся магическим, но в реальности требуемом комплексом присутствии Бога, созданного по мерке моей ошибки, моих пределов, или же обращаться к высшему человеческому разуму, светилам науки, которые должны решить за меня мою безотлагательную проблему, — все это, по крайней мере, нечестно.

Онтопсихология в высшей степени рационально, просто и методично, в позитивном смирении достигает первичных основ человека. Социология сводит первичные мотивации индивидуального поведения к анамнезу групповых стереотипов; психоанализ исследует "Эдипов комплекс", формирующий или деформирующий взрослого индивида. Философия или религия легко допускают существование зла, пусть и в завуалированной форме, а онтопсихология, напротив, сосредотачивается исключительно на человеке.

Онтопсихология отталкивается от простого факта: если мое существование проблематично, то я, человек, одновременно и управляю своей проблемой, и управляем ею. Онтопсихологическое исследование абстрагируется от устоявшихся определений, убеждений, табу: если я существую, то хочу знать. С первого мига моего существования, в силу факта бытия, утверждается право на знание. Я должен знать, потому что никто не может освободить меня от долга самопознания и ничто, существующее за пределами моего внутреннего мира, не привнесет в мою жизнь покой, силу и успех.

Онтопсихология с помощью собственного, максимально рационального метода отыскивает причинный принцип движения, действия человеческого существа на уровне первичных процессов. Многолетний исследовательский опыт позволяет онтопсихологии свободно ориентироваться в мире причин4.

Войдя в причинность, меня создающую, я становлюсь способным ответственно приводить в порядок все, что живет во мне и со мной. Ответственность позволяет мне постичь законы силы, успеха, прийти к финальному акту собственного смысла жизни, утверждающего меня как совершенство, преисполненное радости и блага. Однако многие люди инфантильно рассчитывают достичь радости совершенства, надеясь на то, что весь тяжкий труд обретения себя за них выполнят другие.

Таким образом, онтопсихология — это альтернатива всех наук, всех исследований, задающихся целью создания "теории причин" первичной данности человека.

Мы должны овладеть общими теоретическими знаниями о реальности комплексов и механически вводимой негативной матрице, потому что вызывать определенные следствия можно лишь тогда, когда располагаешь точной теорией, точной причиной.

"Теория" (от греч. θεσς — ρεσμα: самоструящийся Бог, Бог в речении, в становлении) означает: "как Бог проявляется в своем течении", то есть как бытие полагает себя феноменом, становится историческим событием. Вершение этой божественной поступи и создает всякое существование — как отдельного индивида, так и многих, как одного измерения, так и множества. Именно это божественное шествие и составляет энергетическую возможность любой событийности.

Итак, отследить теорию или primum movens, уловить на миг интенциональность, которая задает форму, актуализирующую всю совокупную реальность, в том числе и индивида, значит постичь сущность моего действия и найти ту решающую определенность, которая обосновывает любой акт — мой и всего, что мне близко.

Для более глубокого понимания многих приводимых здесь утверждений см. А. Менегетти. Клиническая онтопсихология. — М.: Славянская ассоциация Онтопсихологии, 1997. К сожалению, эпистемологические отличия онтопсихологии от других наук, не будучи проверенными на личном опыте, остаются для читателя абсурдными, что делает излишними всякие сравнения и аналогии.

Постигнув теорию, необходимо уловить причину, которая служит началом, задает "как" моего факта "здесь и сейчас", следовательно, представляет собой "сущность в себе" события. Следовательно, "теория" в онтопсихологическом смысле означает: "интенциональность в акте бытия, устанавливающего себя историческим феноменом".

Пресловутое рассмотрение отношений субъект-объект не предполагается "сущностью в себе" человека. Бытие, как бы оно ни проявлялось, остается всегда интимно близким себе самому. Допустив возможность отстранения бытия от самого себя хотя бы на мгновение, мы придем к непреложному выводу, что все предстающее в качестве объекта не существует; или бытие всегда сокровенно близко себе самому, и тогда всякое существование возможно, или же возможно только ничто. Итак, фундаментальная проверка показывает, что объект есть ничто, точнее говоря, объекта нет5.

Актуальность семантической интенциональности, реализуемая онто Ин-се6 в своем становлении, распознает, понимает и всегда встречает другое в сокровенности себя самого. Первая и высшая реальность человека познает всякую вещь изнутри себя. "Omnis decor eius ab intus", то есть вся красота, вся благодать, вся сила проистекают изнутри. "Царствие Божие внутрь вас есть"; "Закон человека — сердце его". В этих великих библейских положениях выражена непреходящая мудрость: речь идет о том, что свойственно человеку, но утрачено им.

Итак, бытие, порождая себя, себя провоцирует, встречается с собой внутри человеческого существа; причина успеха или падения человека коренится исключительно в его внутреннем мире.

Дихотомия "субъект-объект" служит практической иллюстрацией, проекцией расщепленного состояния внутреннего мира человека, вследствие чего каждый из нас обладает разумом и сознаДанная тема исчерпывающе представлена в книге A. Meneghetti. L' In Se' dell'uomo. "La conoscenza come esperienza dell'In Se' ". — Roma: Psicologica Ed., 1999.

Онто Ин-се — принцип самоорганизации индивида, первая реальность в любом смысле. Подробнее см. А. Менегетти. Учебник по онтопсихологии. — М.: Славянская ассоциация Онтопсихологии, 1996, с. 113-139.

нием, отделенными от сущности действия. Но как могла произойти в культуре абсолютизация расщепления человека?

Внедрившись в человека, механистический принцип, или монитор отклонения7 программирует его на разрушение. Утверждение приоритета объективной данности, констатация положения: "Я — здесь, все остальное — там" вынуждает субъекта считаться с ней. Поэтому человек познается и оценивается, только если проявляет себя, воздействуя на реальность в объективно проверяемом опыте. Человек, принудительно отстраненный от своего онто Ин-се, уже теряет самого себя, становится расщепленным и управляется, программируется внешней предметной данностью, то есть программируется на отчуждение.

Монитор отклонения выталкивает человека из собственного онтического центра, после чего тем или иным образом программирует его. Программа поддерживает разделение "субъект-объект", обязательное для манипулирования человеком. Напротив, человек, сумевший полностью вернуться к себе, переместившись от своей сознательной эгоической структуры к "сущности в себе" полагающего его акта, спокойно все чувствует и осознает, не нуждаясь в памяти и сопоставлениях, так как познает всякий акт изнутри. Я — это акт того, что я знаю; я исполняю то, что знаю, и в этом акте все возможно, потому что "я есть". Все то, что есть, — мне близко, в онтической семантике мне все знакомо и родственно, все — мое, все — это я.

Именно таков исходный смысл утверждения: "Поступай с другими так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой". Речь идет не о слабости, не об уступке или снисхождении: это простая норма истинного, аутентичного и не разъединенного с целым человеческого существа.

Итак, с момента внедрения монитора отклонения субъект познает себя через объект, постигает себя извне. Под "объектом" я понимаю всякую реальность, чуждую субъективному внутреннему

Монитор отклонения — психоделическая структура, замещающая и деформирующая проекции реального; механизм, симбиотизировавшийся с психоорганикой субъекта. Подробнее см. А. Менегетти. Учебник по онтопсихологии, с. 150-158, а также A. Meneghetti. Il monitor di deflessione nella psiche umana. — Roma: Psicologica Ed., 1995.

миру, который является отправной точкой для исследования нашей личности, нашей самостийной данности. В сущности, ошибка заключается в постижении себя через другое — постоянное и категоричное. Субъект, идя к себе от объекта, теряет силы, вкладывая свою энергию8 во внешнюю объективную данность, и отчуждается от самого себя.

Существующая система познания, не меняющаяся с течением времени, в реальности ведет к уподоблению человека объекту, то есть к потере им своей сути, к утрате души. Но чего стоит обретение любого знания, если человек при этом теряет душу свою?

Ошибка происходит, потому что подпитывается изнутри.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV