Легенды осени // Legends of the Fall

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СИНЕМАЛОГИЧЕСКИЙ ПРАКТИКУМ

Глава восьмая. Система и личность

Режиссер: Эдвард Цвик

Сценарий: по повести Джима Харрисона

В главных ролях: Брэд Питт, Энтони Хопкинс, Эйден Квинн, Джулия Ормонд, Карина Ломбард, Генри Томас, Кристина Пиклз

Производство: Эдвард Цвик, США, 1996 г.

Оператор: Джон Толл

Композитор: Джеймс Хорнер

Продолжительность: 124 мин., цв.

Сюжет: полковник Ладлоу (Хопкинс), офицер американской кавалерии, уходит в отставку и поселяется на ранчо, где с помощью старого индейского вождя воспитывает троих сыновей: Альфреда (Квинн), Тристана (Питт) и Самюэля (Томас). Фильм повествует об упадке этой американской семьи в начале XX века.

Этот фильм может показаться красивой историей, которая волнует и с новой силой пробуждает жизненные импульсы. Он такой красивый, приятный, умиротворяющий. Он учит понимать красоту природы как силу души, поскольку напоминает о непреходящей правде земли. Это — один из тех фильмов, в которых США обращаются к своему прошлому, так как в настоящий момент страна переживает глубочайший кризис идентичности ценностей. Есть только три ценности, которые она неизменно пропагандирует, — полиция, семья и ностальгия по историческим корням, по истокам великой Страны, земли, на которой смешались людские потоки со всей Европы. Эта легенда обращена к эпохе, которая не канула в небытие, а заложила мощь и первоосновы нации. События, разворачивающиеся в фильме, охватывают практически целый век истории.

Таким образом, эта синемалогия позволяет многое понять в жизни; я же постараюсь воспользоваться "идеологической монополией" этого фильма для того, чтобы обучить вас чрезвычайно практическим вещам.

Для начала следует пристально вглядеться в эту семью, владеющую огромными богатствами, и проанализировать игру, ведомую отцом, матерью, каждым из трех братьев, женщинами, слугами, чиновниками, взаимосвязь экономики земли с экономикой государства. Получая удовольствие от фильма, необходимо в то же время подходить ко всему критически и рационально, чтобы в результате понять бессознательный проект, лежащий в основе всей этой истории и поведения главных героев. Речь идет о том, чтобы выяснить причины, приведшие к столь плачевным результатам, в цепи событий определить точки потери, обернувшие в крах благие намерения героев фильма, в котором изначально все кажется таким благополучным.

Трансцендентность над первичными потребностями

Когда я обучаю чему-либо, то выступаю как материалист: я обучаю не идеям, не мнениям, а тем вещам, которые движут всем. Обладая способностью научного прочтения тех основ, которые затем создают конкретные вещи, я не стремлюсь донести до вас некие соображения философской рациональности, некую методологию, знания некоей школы, отличающейся от всех других: я лишь указываю вам путь, который постепенно приведет вас к структурам, создающим успех. Иначе говоря, онтопсихология открыла способ обнаружения точки жизненной реализации. Если мы хотим обрести власть над жизнью, необходимо изменить себя, сообразуясь с природным "изо", которое соотносится исключительно с извечными законами универсума.

Если мы будем рассматривать этот фильм, исходя из рациональных структур, присущих нашей культуре, то все в нем покажется красивым; но и столь популярный роман "Обрученные" — продукт культуры, программирующий на несчастья. Если же вместо этого мы прибегнем к экономическому образу мыслей — то есть, будем ориентироваться на улучшение, измеряемое в количественных или качественных показателях, — то следует осознать, что для повышения продуктивности необходимо умение грамотно управлять. Этот же принцип первостепенен и с точки зрения индивидуального эгоизма. Онтопсихология основывается на исчерпывающем рассмотрении, с экономической точки зрения, всего того, что служит благом в антропологическом смысле, а именно для человека.

К сожалению, произведения нашей литературы, наоборот, настойчиво окунают нас в культуру несчастий. Мы занимаемся анализом инфантильного лепета поэтов, воспевающих катастрофы, в которых человек неизменно предстает обездоленным существом. Лейтмотивом этого фильма становятся слова: "Как приятно погрузить руку в теплую кровь и вырвать сердце, освободив душу животного", или: "Стремиться в бой, чтобы встретить смерть". Но зачем тогда рождаться? Зачем жить? В этом проявляется ничто иное как программирование на смерть, исходящее от культуры. Великий мудрец, маг — великий индейский вождь — в качестве основного культурного мотива прививает мальчику стремление к смерти. Так чего стоит философия, стоящая за этим фильмом? Как распорядились силой, жизненной историей герои фильма? Необходимо подвести экономические итоги реализации: если личность себя реализует, первое, что она должна сделать, это добиться трансцендентности над своими первичными потребностями. Вслед за трансцендентностью над первичными потребностями приходит время для экзистенциальной трансцендентности. "Трансцендентность над первичными потребностями" означает иметь достаточно денег, хороший дом, хорошую машину. К тридцати-сорока годам первичные проблемы должны быть уже решены: речь идет о питании, одежде и определенной жизненной автономии. Трансцендентность означает наличие структуры, позволяющей обрести независимость от настоятельных, гнетущих потребностей, принуждающих "пахать землю". До тех пор, пока человек не реализует себя в определенной автономии, в превосходстве над первичными потребностями, нельзя говорить об управлении экзистенциальной трансцендентностью. Итак, посмотрим, удается ли членам этой семьи реализовать трансцендентность над первичными потребностями. Выполнение задач биологического цикла — уже большое достижение.

В сущности, этот фильм можно использовать как учебник по онтопсихологии: в нем прекрасно проиллюстрированы особенности поведения различных членов семьи.

Все герои фильма глупы. В начале фильма мы видим супружескую пару, но затем жена возвращается к себе домой, а полковник остается на своей земле. Почему она уезжает? В диалектике, разворачивающейся внутри этой пары, встретились два сильных характера. В общем-то, он ее любил, но желал ею командовать. Ни один из них не шел на компромисс, ситуация была доведена до крайности, превратилась в некое "или-или", и в результате в этом скрытом армрестлинге побеждает он: по окончании войны индейцы уходят, его сыновья остаются с ним, он живет на своей земле и в своем доме, а она может претендовать лишь на роль гостьи. Жена уезжает из-за того, что проиграла партию, однако, хотя ей и не удалось подчинить себе мужа, она сохраняет свое вездесущее семантическое присутствие. Она присылает вместо себя Сюзанну, как бы пробуждаясь в ней с новыми силами. Кроме того, находясь в отдалении, она превращается в миф, превозносится как некое священное присутствие. Затем она возвращается, чтобы отступить уже по-другому, разрушив все планы мужа. Он намеревался выстроить политику согласия с индейцами, политику, основанную на новых взглядах, но жена все расстраивает, пытаясь таким образом отомстить: в глубине души оба испытывают агрессию по отношению друг к другу. Он совершил ошибку, женившись на такой женщине, да и она в свое время недостаточно просчитала ситуацию. Она понимает, что в данных обстоятельствах ей никогда не одержать верх, и поэтому уезжает. Таким образом, это некое подобие любви-ненависти, которое возникает из-за стремления к первенству, основанного не на любви, а на желании завладеть и подчинить. Когда человек идет по такому пути, то есть полагает, что для счастья необходимо подчинить себе другого, это значит, что с ним что-то не в порядке. Эта женщина лишь ощущается внешне, как постоянная семантика, но мы не знаем, как она живет. Может ли быть, чтобы она все время сидела за столиком и писала? Нет, будучи неспособной добиться чего-то в жизни, она мстит за счет мифологизации. Мифологизация все освящает.

Герой не позволяет себя победить, с гордостью остается на своей земле и с уважением ее отпускает, не давая сбить себя с толку, и в этом проявляется его величие. Но он ошибается, отдаваясь ассистенциализму, идя на поводу у жалости: никогда нельзя привлекать к своим делам того, кого мы в свое время простили, потому что при первом же удобном случае тот постарается реализовать свою потребность в отмщении: ему необходимо компенсировать фрустрацию, которую он испытал. Индеец был вождем, и поэтому не мог любить того, кто одержал над ним победу. Ошибка полковника связана с политико-идеологическим великодушием: он ощущает себя великим человеком, отстаивающим гуманизм. Истребив тысячи индейцев, он все же пощадил двоих-троих: комплекс вины настигает его уже после победы в войне. Поселить у себя в доме старого индейца — самая крупная его ошибка.

Таким образом, основная доля ответственности лежит на отце, однако, чем мать может оправдаться в собственных глазах, перед лицом жизни? Вся ее семья разрушена, и именно она позволила этому случиться.

В отношениях старого индейца и жены полковника угадывается флирт на уровне глубочайших клиторальных, но не сексуальных, эмоций. В конечном итоге, белая женщина уезжает, не выдержав натиска семантики индейца: без нее он смог бы почувствовать себя более свободным. Многие женщины сознательно испытывают отвращение к определенной расе, однако в своих навязчивых фантазиях тянутся именно к ней. Например, если в ресторане за одним столом посадить негров, а за другим — белых, то вскоре во всех навязчивых мыслях белых женщин будет фигурировать половой член негра. Необходимо быть крайне внимательными к тому, что быстрее всего отвергается на уровне логики, ибо оно является самым желанным на бессознательном уровне. Кроме того, индеец, это примитивное существо, обладает логикой, отличающейся от нашей рациональности, и способен воздействовать на эмоциональность женщины: как раз наименее развитое может отравлять человеческие эмоции. Исходя из этого, белая женщина разрушает всю свою семью, всего лишь исполняя волю того, кто сильнее. В конце концов, она тоже проигрывает: будучи воплощением матери негативного типа, она, если бы осталась с семьей, уничтожила бы одного-двух сыновей, но, по крайней мере, одному из троих, во имя себя самой, открыла бы дорогу к успеху. В фильме же, как мы видим, не спасается никто.

Негативная женская психология

В фильме мы видим двух молодых женщин. Одна — это Сюзанна, на какое-то время превращающаяся в главную героиню, и вторая — молодая индейская девушка.

Сюзанна — избранная посланница, прекрасно сформированная собственной матерью; впоследствии она встречает свекровь, которой удается довести ее негативность до полного совершенства и поместить эту бомбу замедленного действия в семью. Почему в конце фильма она совершает самоубийство? Самюэль убит, карьера Альфреда сломана из-за брата, объект ее любви оказывается в тюрьме, а в роли дирижера оркестра выступает все тот же старый индеец. Впрочем, не следует забывать о том, что никогда молодую женщину не разрушает непосредственно мужчина: изначально ее разрушение на уровне структуры осуществляет другая женщина. Мужчина приходит уже в конце и оказывается виноватым, выступая в конкретной ситуации в роли мусорного ведра. Семантически мать появляется в ключевые моменты эмоциональных перипетий семьи. Когда Тристан женится на индейской девушке, мать возвращается, и в течение двух-трех минут мы наблюдаем, как она осматривает свадебное платье, сокровенный наряд. Это означает, что она семантизирует девушку, формализует ее. Старый индеец не мог оказывать непосредственное влияние, но через женщину он воздействовал на всех. Поэтому в этой интимной сцене необходимо внимательно отнестись к тому, как мать прощупывает девушку, как руководит ею, вживается в ее диковатое тело. Возможно, она была тем единственным лесным цветком, девушкой, действительно подходившей Тристану.

Эта молодая девушка понимала очень многое, была наделена двойным умом — умом индейцев и умом белой культуры. Она многое видела, обо всем знала, любила Тристана с детства, но не сумела защитить свою любовь. Она, столь многое понимавшая, оказалась не в состоянии отстоять собственное положение, своего мужчину: она поддалась важности того события, что важная дама возвратилась домой для совершения интимного обряда одевания невесты. Именно в этот момент она позволяет другой женщине полностью себя захватить. Из этой сцены уже понятно, что эта женщина будет запрограммирована на недоверие собственной интуиции, своему уму, на попустительство несчастьям, которые с ее помощью станут еще серьезнее.

На пути к разрушению женщина проживает два этапа: вначале она проходит через пустой эротизм, а затем — через черный вагинизм5. Мужчина появляется после.

Когда женщина начинает действовать правильно, продвигается по своему пути, приводит в исполнение собственные планы, когда она красива и добивается успеха в полноте своей жизненности биологического порядка, ее тут же высматривает другая женщина. Ею может быть подруга, случайно подвернувшаяся женщина, мать, сестра — кто

5 Подробнее см. А. Менегетти. Проект "Человек". Указ. соч., с. 94-100.

угодно. Выжидающая и испытывающая потребность в контакте женщина сближается с той, которая находится в состоянии благодати, и при помощи языка намеков, бесконечных взглядов, четко выверенных жестов, особых улыбок, тонкого эмоционального воздействия постепенно ее заполучает. Молодая и реализующая себя женщина6 подчиняется этому влиянию, проживает, выбирая его; то есть, все дело не в превосходстве женщины, нуждающейся в контакте, а в содействии со стороны женщины-объекта, которая с удовольствием уступает. Так разворачивается пустой эротизм: приятные ощущения при обмене висцеральными, сердечными эмоциями. Существуют разновидности этого эротизма, замкнутого на себе самом. Вслед за этим (первый этап) появляется другая женщина, способная установить отношения по принципу черного вагинизма (второй этап) и забрать у молодой женщины все, что только можно: это означает окончательную вампиризацию, полный захват. Молодая женщина позволяет полностью себя поглотить и осознает это. Что касается женщины с негативной предрасположенностью, то она делает это, так как чувствует, что жертва этого хочет, что ей это нравится, и она делает это сознательно, не оставаясь в неведении. Женщине в позитивной форме кажется, будто эти ощущения не несут в себе ничего опасного, не ведут к истощению, регрессу. Она думает: "В глубине души я получаю удовольствие, но ведь я остаюсь все той же; я развлекаюсь, мне это нравится, но это вовсе не отражается на моем уме, красоте, возможностях и достижениях". Она не подозревает, что все это означает упадок, депривацию, снижение уровня оперативного ума, присущего эгоизму здорового субъекта. Субъект теряет ум, волю, инициативу, интуицию, то есть сразу утрачивает всю гамму активности, лучших импульсов, высшего ума, высших инстинктов и остается в состоянии зомбической посредственности. "Зомбичес-кой" в том смысле, что представляет собой лишь часть биологической массы и ничего больше. Жизненная энергия такой личности улетучивается, лидерство сходит на нет, и человек превращается в нагромождение клеток, живущих по заданной схеме в контексте, где превалируют определенные стереотипы. Он теряет даже способность с умом

6 "Молодая" в том смысле, что находится в состоянии благодати, так как возможны ситуации, когда пустой эротизм осуществляет двенадцатилетняя девочка по отношению к пятидесятилетней женщине.

использовать нужные стереотипы7. Поэтому такой субъект расстается с выигрышными, функциональными стереотипами и остается с неизменными тремя-четырьмя, то есть, использует для самовыживания всего два-три инструмента. Все остальные уже выпадают из волюнтаризма его личности, и свет гаснет. Это означает, что субъект теряет не только онто Ин-се — это было бы еще не так страшно, но и техническую способность использовать стереотипы, культуру, воспоминания, привычки, знания: определенное поведение во время сделки, определенные особенности телефонного звонка и т.д. Он превращается в объект, наподобие компьютера, который до какого-то момента мог работать с десятью программами, но затем был упрощен до двух и перестал активизировать оставшиеся восемь. Его ум ограничивается, и он не понимает, что видит не дальше своего носа, что это уже не тот универсум, который он намеревался увидеть. При таком положении дел, куда бы ни направился субъект, он сам программирует собственные несчастья, бедность, фрустрацию, вынуждает других обрушиваться на него с обвинениями, постоянно его обкрадывать, осуществлять по отношению к нему исторический, экономический, бюрократический и культурный вампиризм.

Напротив, человек, находящийся в хорошей форме, организует те немногие вещи, которые он знает и понимает, в экономическую стратегию успеха. Он видит их и прогрессивно достигает своих целей, исходя из имеющихся возможностей.

Вышеописанную ситуацию можно сравнить с падением напряжения в электрической цепи, когда ток способен производить лишь элементарные эффекты: более высокоорганизованные, более сложные операции ему уже не под силу. Первое, что выходит из строя, это самая совершенная, точная электроника: продолжает загораться только обыкновенная электрическая лампочка. Психическая энергия, по причине своей целостности и компактности, наделяет особой ролью синапсы нейронов определенных участков мозга, отвечающих за поведение в различных контекстах. Как только они погибают, утрачивается и способность к действию, субъект тупеет и отправляется на

7 Об эффектах имманентности негативного семантического поля см. А. Менегетти. Онтопсихология и психическая деятельность, указ. соч., а также А. Meneghetti. Il campo semantico. "Trasduzione informatica". — Roma: Psicologica Ed., 1997, p.87-97.

поиски несчастий, так как уже не способен реализовывать даже самый заурядный эгоизм, а значит, программирует других на то, чтобы они еще больше разрушали его самого. Это может объясняться и внутренней потребностью природы: животные также способствуют преждевременной смерти своего сородича, оказавшегося вне игры. Это — обычный синтаксис жизненных ситуаций, проявляющийся в любых аспектах, и чем больше субъект упорствует в приписывании вины другим людям, тем сильнее отупевает сам.

В этой игре эротизма выхолащивается лучшая часть ума — ума в экономическом, политическом смысле. Утрачивается не интуиция, шестое чувство, а способность регулировать особенностями использования экстероцептивности нашего организма. Например, ты ведешь машину и не замечаешь того, что должен бы был заметить, именно на тебя обрушиваются всевозможные неудачи, ты опаздываешь на самолет и т.д. Это — непрерывная цепочка. Таким образом, женщина должна самостоятельно взять на себя ответственность за отношения с окружающими женщинами. С другой стороны, виновата всегда именно жертва, потому что это она подпитывает ситуацию, приглашает, открывает доступ. То же самое вы можете увидеть в документальных фильмах о жизни африканских животных: лев или ягуар нападают, но приманивает хищника всегда сама жертва.

Предостережение состоит в следующем: когда женщина находится не в лучшей форме, она ни в коем случае не должна откликаться на зов жертвы. Воровство не может стать источником жизни: жизнь — там, где есть заслуги, процесс метаболизации. Богатство приобретается собственным трудом, собственным приобщением и почти мистическим отношением к самым прекрасным вещам, которые есть в природе, к определенным лесным ароматам, к близости земле. Достаточно заняться в своей жизни нужными вещами, чтобы равновесие восстановилось и все преобразилось. Для природы существует только метаболизация, отвечающая какой-либо форме решения: метаболизация становится возможной, если человек сумел "заслужить". "Заслужить" означает приобрести то, что соответствует пропорции, внутренней мере, проекту, которым мы наделены от природы. Существуют вполне определенные правила качественного сохранения собственного "Я", собственной личности. Например, неординарная личность не может подпитываться "глупой жертвой с красивой грудью, красивым телом, как не может позволить себе и маленькое дельце, приносящее мгновенно тридцать-сорок миллионов, но препятствующее уму в видении того пути, на котором можно зарабатывать непрерывно. Деньги тоже нужно уметь зарабатывать правильно — так, чтобы всегда была гарантирована непрерывность этого процесса. Во всем, в любом аспекте жизни присутствуют индустрия, эволюция, искусство. Чтобы обладать лучшим, необходимо всегда уметь хорошо функционировать, но никого при этом не обкрадывая.

Психология первородства

Я знаю, что больше всего в этом фильме зрителям нравится Тристан. В игре приносится в жертву Самюэль, наименее любимый и самый незначительный, и, в то же время, наименее опасный. Индеец воспитывает именно Тристана, потому что, будучи вторым ребенком, Тристан испытывает потребность в отмщении. Тристан красив, силен, умен, он все может; в чем же его ошибка? Он хочет самоутверждения в семейном контексте, хочет, чтобы его любили, как первенца. Он практически выставляет напоказ свой ум, стремясь занять гнездо, которое и так уже принадлежит ему: именно в этом кроется его погибель. Ему бы следовало вступать в диалектику каждой новой ситуации с новым отношением, освободившись от роли второго ребенка, которую для него установила семья. Семья воспитывает его как второго, в то время как он чувствует себя первым: не зная жизнь как данность для самого себя, второй ребенок постепенно превращается в самого внимательного наблюдателя за тем, как обращаются с другими.

Если он уехал бороздить моря, то зачем вернулся с этим своим лошадиным шоу?

Его предел, его могила находятся там, где он рожден. Он жаждет одержать победу в войне, но она закончилась еще до его рождения; жизнь помещает его вне этой войны, но он все возвращается и возвращается к ней, например, тогда, когда принимает в ней участие, пытаясь любой ценой спасти младшего брата. Он постоянно берет на себя роль защитника: он хочет, чтобы семья им восхищалась, превозносила его.

По моему мнению, второй ребенок наиболее подвержен воздействию семейных стереотипов и видит свое величие в том, чтобы одержать верх над первенцем. Но стоит ему его одолеть, как его охватывает комплекс вины, и думает: "Я победил его потому, что убил его". Второй ребенок не обладает собственной идентичностью, кроме той, которая была выстроена на соперничестве с первым. По сути, если он остается в семье, он практически всегда разрушается; если ему удается одержать верх, то только потому, что он убил или обманул: ему никогда не удается стать великим с точки зрения норм, принятых в социуме. Благодаря своему уму, он часто оказывается лучшим, но если его любят больше всех, он остается внутри семейной ситуации. Тристан не раз побеждает, но неизменно принимает собственную победу с комплексом вины. Например, когда гибнет Самюэль, его вины в этом нет, но, поскольку смерть Самюэля открывает ему дорогу к Сюзанне — женщине, которую любил и Альфред, то он чувствует себя убийцей, терзается комплексом вины из-за того, что Сьюзан отдает ему предпочтение, не понимая, что она выбирает его потому, что он — лучший.

В итоге торжествует навязчивое влечение к повторению, продиктованное его ролью второго ребенка; он борется, постоянно ощущая себя вторым, пытается разрушить эту ситуацию, но, чем сильнее он хочет ее разрушить, восстать, тем сильнее она связывает его изнутри. Второй ребенок более, чем кто-либо, нуждается во внутренней автономии.

В сущности, он остается с семьей, потому что хочет ее превзойти относительно ее же собственных координат и культуры. Он стремится преуспеть, следуя тем правилам, которым обучила его семья. Из этого рождается противоречие: он борется впустую, потому что постоянно идет на конфронтацию с другими, а другие — это его семья. Он не видит ничего, кроме этого, не чувствует окружающего мира; он покидает дом лишь однажды — тогда, когда бежит из него. В то время как младший из братьев отправляется на войну, а старший борется за пост конгрессмена (они проще находят себе место в окружающем мире), Тристан по-прежнему остается зажатым в тиски и растрачивает собственный ум в непрекращающейся битве, ставшей для него самоцелью. Он словно желает восстановить справедливость, отомстив тому, кто создал его вторым. Именно здесь кроется проблема: для семьи он

— второй, и он отождествляет себя с этой ролью, подчиняется ей, действует согласно ей. Он не борется за себя, за свою душу.

Он становится всеми любимой жертвой. Вначале он выглядит победителем, но в итоге берет на себя вину за всю семью перед лицом полиции, государства: это он всех убил, а значит, будет наказан, не сможет больше появляться среди людей, даже в своей семье, и умрет смертью бродячего медведя. Зато его отца и брата никто не тронет.

Можно сказать, что лучший из всех заканчивает хуже всех: своим героизмом он разрушает карьеру брата и попадает в тюрьму именно там, где живут его брат с женой. Он что, не мог выбрать другую территорию, подальше от старшего брата? Тогда бы его не схватили: полиция начинает его преследовать не столько из-за контрабанды, сколько потому, что своими действиями он срывал предвыборную кампанию брата, которого многие прочили в президенты; он всем мешает заниматься делом, так как всякая политика — это бизнес. Зачем продавать виски на территории, на которой создает свою империю старший брат? Раз уж эта женщина вышла замуж за другого, зачем ошиваться возле ее дома? Все это — "короткие замыкания" рожденного вторым.

Психическая констелляция

Есть еще один момент, являющийся ключом к этой красивой истории, которая в конце концов превращается в череду несчастий, никому не приносящих победу. Младший из братьев погибает, средний живет в бегах, спасаясь от преследований закона, отец, на мой взгляд, не может быть счастливым, видя разобщенность своей семьи, да и мать, в итоге, ничего не приобретает, оказываясь в разрушенной семье, следовательно, она тоже несчастлива. Старший брат возвращается домой, чтобы стать фермером, потому что ничего другого ему уже не остается: таким образом, вся история заканчивается ничем. Что же всем движет, приводя к таким последствиям? В чем кроется ошибка этой семьи? Ту же самую ошибку совершаете и вы, когда у вас не идут дела: это ошибка, являющаяся константой ваших неудач. Здесь вся проблема связана с индейским вождем. Он — единственный, кто еще жив: старый индеец остается на своей земле, уничтожив последних, по его понятиям, злодеев.

Технически индеец является первоисточником всех неурядиц: при каждой новой смерти он совершает свой ритуальный танец над скальпом, осуществляя атавистическую месть. Его раса была истреблена физически, но месть к белым продолжает жить в уме, в сердце индейцев. Ошибка семьи заключается в поддержании ханжеского асси-стенциализма в знак искупления и подтверждения собственного превосходства над потерпевшими поражение. Если вы приглядитесь к своей жизни, то каждый из вас сможет обнаружить в себе отдельные моменты ханжества: посмотрите, вы всегда спасаете того, кто слабее, считаете себя вправе поступать так, полагая, что когда-нибудь тот все поймет. Это означает посредством ассистенциализма культивировать отсталость, забывая о том, что неполноценный — именно в силу своей неполноценности — фрустрирован, а фрустрация составляет основу негативной психологии. Как бы мы ни любили этого человека, как бы ни поддерживали его, сколько бы ни протягивали ему руку помощи в виде денег, жилья, психотерапии, он будет находиться рядом с нами, являясь при этом неудачником, а значит, разрушать жизнь того, кто ему потворствует. Уже потому, что он фрустрирован, его психология реагирует стремлением к уничтожению того, кто ему помогает; это чисто механический принцип.

Зачастую победители сознают свое превосходство, однако при этом оставляют рядом с собой неудачников, тем самым обрекая себя на поражение, потому что существуют правила, которые невозможно изменить своей любовью или величием. Если личность фрустрирована, то каждый новый шаг, каждое движение, ведущее победителя к росту, для нее — отрава. Такой человек становится полезным, помогает тебе, делает в трудную минуту все, что угодно, но что происходит, когда ты побеждаешь? Его недоговоренные фразы, слова, которые он использует, особенности его поведения, полунамеки — это постоянное разрушение, которым он занимается во вред победителю. Можно любить только лучшего. Невозможно любить отсталого, сохраняя свое достоинство. В фильме это представлено с очевидностью: мы видим, что индейский народ разгромлен, и индеец, который в свое время был хозяином на принадлежавших ему землях, да к тому же еще и вождем, теперь работает в доме белого, бывшего полковника, принимавшего участие в расправе над индейцами: как можно поверить в то, что он преисполнен лучших намерений? Фрустрированных личностей мгновенно можно распознать по их поведению: прежде всего, они отличаются чрезмерной гордостью, так как несут в себе осадок естественных амбиций и, соответственно, потребность отыграться, восстановить утраченное равновесие. Фрустрация такого типа — отравляющая внутри, немиролюбивая — характерна для любого индивида, который в чем-то неполноценен по отношению к себе психически или биологически.

Помогая многим вокруг себя, мы сами оказываемся в опасности. Часто наше превосходство на уровне внешних достижений приводит к нашему отставанию в тактике внутреннего знания. Погибель семьи таилась именно в этом: великолепный Тристан, такой умный и хитрый, обожавший индейца, был избран на роль превосходной приманки, благодаря которой стало возможным разрушение всей семьи. По моему мнению, отдельные кадры из фильма были вырезаны, но было бы интересно понаблюдать за игрой глаз между пожилой женщиной, Изабеллой I, и индейским вождем: в женщине ощущается неизбежная покорность семантике, предписывающей ей удалиться, чтобы индеец смог с большей свободой действовать, разрушая семью, хотя он и пользуется для этого психологией женщины, которая не владеет ситуацией полностью. Эта женщина находит предлог для своего отъезда: холодная зима и страх перед медведями, но как она жила там раньше, пока шла война?

Итак, вся игра основывается не на позиции силы старого индейца, а на незнании белыми стратегий бессознательного, которые, напротив, прекрасно известны индейцу. Все великие маги знают те пути мести, которые таит в себе бессознательное. Впрочем, они незнакомы с путями креативности, иначе способствовали бы развитию собственной расы.

Практически нам показана семья марионеток, управляемых семантикой невероятно фрустрированного человека — так я могу обобщить все, что мы видим в этом фильме. Что должен был сделать старый полковник? Оставить индейцев в покое на их земле и самостоятельно продолжать свой путь. То была война, и ничьей вины в этом не было. Если краснокожие были побеждены, это случилось по их вине: тот, кто проигрывает, всегда виноват. Зачастую под видом милосердия и ассистенциализма программируется убийство. Нужно еще посмотреть, поступаем ли мы принципиально из сострадания к другим или из попустительства к собственным недостаткам. Я полагаю, что скудость ума, призывающая помогать самым бедным, имеет диалектическую природу. Бедняк прекрасно умеет нащупать слабое место, обработать нас и взять верх над нами: и это именно тот, кто, как нам кажется, испытывает самую большую потребность в любви к нам, должен быть нам благодарен, не может без нас жить, был бы без нас никем. Крах всех великих людей всегда был вызван пороком в их семье, и никогда — силой противника8. Как же следует поступать? Прогрессивно создавать лучшее, не теряя из виду главную цель, связанную с успехом: все остальные последуют за тобой сами собой. Проецируя все эти факты на собственное существование, необходимо всегда идти туда, где есть функциональный утилитаризм. В таком случае многих смертей удалось бы избежать: Самюэль стал бы генералом армии, Альфред — президентом США, Тристан — богатым помещиком в Индии, возможно, махараджей, а Сюзанна — совсем другой Сюзанной. Полковник, если хотел иметь дело с индейцами, должен был держать их у себя в подчинении, но уж никак не в своей семье. Великий не может находиться на одном уровне с ничтожным, потому что тот пребывает в состоянии фрустрации, испытывает потребность в отмщении, и мы не можем изменить ход его мыслей. Даже если явно он не делает ничего плохого, он семантизирует несчастье. Таким образом, необходимо последовательно развиваться в соответствии с собственным проектом экзистенциального аутоктиза и не претендовать на то, чтобы другой нас любил, не строить иллюзий. Все как в истории с орлом и курами: если поместить орла к курам, через неделю он начнет вести себя, как курица. Итак, еще раз подчеркиваю, что в этом столь волнующем фильме все приводилось в движение семантической злобой старого индейского вождя. Впрочем, я мог бы сказать, что это была диалектическая борьба двух негативных личностей: старой женщины и индейского вождя, поскольку, если бы молодой индейской девушке удалось полностью завоевать Тристана и привить ему психологию индейцев, они бы приобрели власть, экономику и богатство белой семьи. Таков был бы победный путь, лучший выход, но тут вмеша-

8 "Семья" в смысле "эмоционально значимого окружения"; там, где человек черпает максимальную эмоционально-чувственную поддержку, находится его слабое место.

лась старуха со своим пустым эротизмом и черным вагинизмом. Старый индейский вождь не был ясновидцем, мудрецом, он лишь хотел по-мужски отомстить, но забыл о подводных камнях женской психологии. В конце, увидев молодую девушку убитой, даже индейский вождь не танцует свой танец скальпа: он проиграл партию. Что ему достается в итоге? Слепота и чужие письма: он строит свое величие на том, что пересказывает письма своих жертв. Победителей нет; кругом, как ни посмотри, полное поражение.

Данная синемалогия стала прекрасной возможностью приобщиться к простой, беспристрастной логике, присущей проявлениям Ин-се в каждом из нас. Если вы стремитесь к росту, то необходимо научиться дипломатично воплощать Ин-се в жизнь, не пытаясь от чего-то увильнуть. Поняв, что именно требует своего воплощения, нужно реализовывать это, не позволяя себе ханжества, и мало-помалу отфильтровывать, отбирать созвучное нам. Нельзя служить двум господам.

Если человеку удается устранить собственный комплекс, он обретает свободу. К сожалению, логико-историческое "Я" любит комплекс: человек любит причины собственного несчастья. Именно в этом состоит страшная проблема. Даже когда человеку необходимо излечиться от психосоматического заболевания, например, от опухоли, он продолжает любить причины своего недуга, но если не изменится он, то никто и ничто ему не поможет.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV