Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
ПОЛЕВОЙ Н. А.

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф

ПОЛЕВОЙ Н. А.

ПОЛЕВОЙ Николай Алексеевич (1796-1846) - писатель, критик, публицист, историк, издатель. Р. в Иркутске в семье купца и владельца фаянсового завода. Систематического образования не получил. Много и с увлечением читал, изучал французский и немецкий языки, а затем и древние. С 1813 служил в конторе у богатого купца в Курске, куда переехали к этому времени его родные. На литературном поприще выступил в 1817. В 1819 оставил службу и занялся делами отца. В 1822 переехал в Москву и целиком ушел в литературную работу. П. выступил как идеолог непривилегированной русской буржуазии, т. е. основной буржуазной массы, к-рая по своему правовому, вернее бесправному, положению в обществе, еще не изжившем феодальных форм, ничем не отличалась от мещанства. При этом политическое ее бесправие пришло уже в явное противоречие со значительностью общественно-экономической функции, выполняемой буржуазией. П. как идеолог специфически русской буржуазии, несмотря на сильные антифеодальные настроения, порой достаточно резко им выраженные, не допускал и мысли о борьбе с самодержавием. В своей деятельности П. фактически не выходил за пределы либерально-реформистского наступления на феодализм. Тяжелая политическая обстановка заставляла его маскировать по мере возможности политический смысл даже такого, отнюдь не революционного выступления, и П. очень часто переводил его из политической плоскости в плоскость экономическую, культурную, этическую. Притязания буржуазии он оправдывал ее моральными качествами, благочестием, патриотизмом и т. п. свойствами, поощряемыми официальной правительственной политикой. Даже такое либеральное наступление на феодализм в годы жестокой последекабрьской реакции, еще усилившейся в связи с европейским революционным движением 30-х гг., рассматривалось как «якобинство» и навлекло на П. негодование дворянства, даже либерального (в лице его идеологов - Пушкина, Вяземского, Одоевского и др.), а также правительственные репрессии (закрытие журнала П. «Московский телеграф» в 1834).

Основной проблемой художественного творчества П. является проблема продвижения буржуазии в феодально-дворянском обществе. Любимый герой П., отличающийся от демонических, разъеденных скепсисом индивидуалистов дворянской литературы и порой подчеркнуто противопоставленный им, - это незаурядный представитель третьего сословия, наделенный его лучшими, с точки зрения автора, качествами - глубокой религиозностью, твердой нравственностью, патриархальной семейственностью, любвеобильной душой, но недовольный узостью интересов и культурной отсталостью своей среды («Художник», 1833, «Эмма», 1834, «Аббаддонна», 1834). В поисках обстановки, способной выявить таланты своего героя, П. заставляет его сталкиваться с светским дворянским кругом. Столкновение это всегда кончается для героя неудачно, а порой и трагично, в чем отражаются трудности буржуазного существования в дворянской общественной системе. Столкновение устремлений идеологов буржуазии с препятствиями, воздвигаемыми дворянским господством и отсталостью самой буржуазии, отразилось в творчестве П. в романтической форме столкновения «мечты» и «существенности». При этом к дворянской «существенности» автор относится с несравненно большей враждебностью, чем даже к самой неприглядной «существенности» буржуазной. Представители дворянско-аристократического общества изображаются им как ничтожные людишки, безнравственные и жестокие эгоисты, циничные скептики, люди внешнего блеска и фальшивой культуры. Полевой срывает у своих дворянских героев тот ореол, к-рым они были окружены в дворянской литературе его времени. На фоне дворянских недостатков подчеркиваются буржуазные добродетели, и самая отсталость и некультурность буржуазной среды начинают трактоваться как патриархальная простота и нравственная нетронутость. В произведениях, действие к-рых перенесено в иную географическую или историческую действительность («Клятва при гробе господнем», 1832, «Аббаддонна», 1834), П. доходит до обвинения высшего сословия в отсутствии патриотизма и гражданской честности, в ненависти ко всему национальному, в то время как буржуазия изображается полной нравственной доблести и патриотизма. Необходимо отметить, что после репрессий, настигших П. в 1834, и в связи с сгустившейся политической реакцией прямые его нападки на дворянство из цензурных соображений заметно ослабели, иногда даже имело место заискивание перед ним, но зато еще больше подчеркиваются буржуазный патриотизм и значение буржуазии как опоры царя и отечества («Купец Иголкин», 1839, «Дедушка русского флота», 1838, «Костромские леса», 1841). Художественная продукция П. пользовалась некоторое время значительным успехом, но в виду весьма слабых своих художественных достоинств была скоро забыта (Белинский, хваливший «Аббаддонну» в 30-х гг., дал в 40-х гг. уничтожающую критику этого произведения).

Критическая деятельность П., усвоившего во многом принципы идеалистической философии Шеллинга в той упрощенной форме, в к-рой они были изложены французским эклектиком Кузеном, была резко заострена против принципов классической критики. Внеисторическому нормативизму последней он противопоставил принцип исторической оценки произведений искусства как органического воплощения национальной идеи в определенных «условиях веков и общества». Критерий художественности для П. не в следовании художника заранее принятым правилам, а в том, «верен ли он выбранному идеалу создания? Выполняет ли он изящно свою идею в развитии частей?» Романтизм противопоставляется П. классицизму как течение «народное», выявляющее национальную самобытность в противовес аристократической отчужденности от народа и его национальных задач. Это буржуазное понимание романтизма упорно проводилось в критических работах П., которому принадлежит ряд блестящих по тому времени статей о русской литературе (собранных им в книге «Очерки русской литературы», 2 чч., СПБ, 1839). Буржуазное понимание романтизма ополчало П. не только против классических традиций в русской литературе, но и против дворянского романтизма.

Литературные взгляды П. находятся в теснейшей связи с его историч. взглядами, проникнутыми все тем же упрощенным шеллингианством и направленными против аристократических взглядов, воплощенных в «Истории государства Российского» Карамзина. Само название труда П. - «История русского народа» (6 тт. ее вышло в 1829-1833) - с очевидностью направлено против работы Карамзина.

Деятельность П. как историка и критика, его постоянные нападки на дворянскую литературу и науку, смелая критика ряда крупнейших авторитетов в этих областях (Карамзин, Жуковский, Пушкин и т. д.) справедливо рассматривались дворянством как своеобразная политическая борьба с ним и были главной причиной, вызвавшей травлю П. в критике, обвинения его в «якобинстве» и закрытие «Московского телеграфа». Публицистическая деятельность П. была целиком направлена на защиту интересов русской торговли и промышленности, т. е. интересов русского торгово-промышленного сословия. Рекламирование успехов отечественной промышленности, агитация за ее улучшение и усиление, пропаганда необходимости купеческого просвещения как средства улучшить свою деятельность и обеспечить себе достойное место в обществе - вот содержание публицистики Полевого.

Издательская и редакционная деятельность П. была чрезвычайно обширна и сыграла немалую роль в истории просвещения. С 1825 по 1834 им издавался и редактировался «Московский телеграф» (см.), лучший журнал того времени, четко и настойчиво проводивший прогрессивно-буржуазную линию. За это же время издавались переводы произведений иностранной литературы («Повести и литературные отрывки», 1829-1830), «Русская Вивлиофика или собрание материалов для отечественной истории, географии, статистики и древней литературы» (1833) и др. издания.

Отношение к П. его современников целиком определялось его и их социальной сущностью. Дворянские круги относились к нему враждебно за его «якобинство», особенно до 1834. Со второй половины 30-х гг., когда либерализм П. сильно снизился и за его счет усилились мотивы верноподданнического патриотизма, он вызывал неприязнь и насмешки в радикальных слоях мелкой буржуазии и передового дворянства. Только после его смерти историческая его роль была справедливо оценена Белинским в его работе 1846 - «Н. А. Полевой», где Белинский отмечает положительную роль П. как прогрессивной силы в лит-ой борьбе конца 20-х, начала 30-х гг.

Библиография:

I. Сочин. Н. А. Полевого, изд. А. Петровым, кн. I-III, Москва, 1903 («Клятва при гробе господнем» и «Аббаддонна»); Повести и литературные отрывки, 6 чч., Москва, 1829-1830 (переводы), Драматические сочинения и переводы, 4 части, СПБ, 1842-1843.

II. Белинский В. Г., Н. А. Полевой, СПБ, 1846; Чернышевский Н. Г., Очерки гоголевского периода русской литературы, гл. I, Сочин., т. II, СПБ, 1906; Козмин Н. К., Очерки по истории русского романтизма. Полевой как выразитель литературных направлений современной ему эпохи, СПБ, 1903; Его же, Из истории русской литературы тридцатых годов, Н. А. Полевой и А. И. Герцен, «Изв. Отд. русск. яз. и слов. Академии наук», т. VI (1901), кн. IV; Его же, Статьи о К. А. и Н. А. Полевых, «Русский биографический словарь», т. Плавильщиков - Примо, СПБ, 1905 (с библиографией); Берлин П. А., Купец-публицист, «Наша заря», 1910, I; Коган П. С., Н. А. Полевой, ст. в кн. «Очерки по истории русской критики», Под редакцией А. В. Луначарского и П. И. Полянского, т. I, Гиз, М.-Л., 1929; Бернштейн Д. И., Художественное творчество Н. А. Полевого, «Литература и марксизм», 1929, № 5; Николай Полевой. Материалы по истории русской литературы и журналистики тридцатых годов. Ред., вступ. статья и комментарий Вл. Орлова, (Л.), 1934 (здесь же и библиография).

III. Мезиер А. В., Русская словесность с XI по XIX ст. включительно, ч. 2, СПБ, 1902; Владиславлев И. В., Русские писатели, издание 4, Гиз, М.-Л., 1924.

В начало словаря

© 2000- NIV