Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
СЛАВЯНСКИЕ ЯЗЫКИ

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф

СЛАВЯНСКИЕ ЯЗЫКИ

СЛАВЯНСКИЕ ЯЗЫКИ. - С. яз. принадлежат к индо-европейской системе языков (см. Индо-европейские языки). Они делятся на три группы: западную, южную и восточную. К западной группе принадлежат языки чешский, словацкий, польский с кашубским, лужицкие и вымерший в XVIIIв. полабский, на к-ром говорили славянские племена, населявшие берега Эльбы (слав. Лаба). К южной группе принадлежат языки болгарский, сербский, хорватский и словинский. К восточной группе - русский, белорусский и украинский. С. яз. по сравнению с другими языками индо-европейской системы пережили целый ряд общих специфических явлений как в области фонетики, так и в грамматическом строе. Из наиболее существенных особенностей С. яз. следует указать на изменения задненебных согласных «k», «g», «х» перед гласными переднего ряда (палатальными). Эти изменения происходили в две разных эпохи (более раннюю и более позднюю) и в несколько отличных в каждую из них условиях. В живых С. яз., в том числе и в русском, эти исконные славянские изменения отражены как чередование звуков «к», «г», «х» и «ч», «ж», «ш» (следствия более раннего «смягчения») или же «ц», «з», «с» (следствия более позднего «смягчения») в словах одного корня: ср. напр.: молоко - молочко, друг - дружить, слух - слышим. Следы более позднего «смягчения» в русском яз. затерты последующими выравниваниями форм, но все же могут быть показаны на таких примерах, как: кратко - вкратце, друг - друзья; в украинском яз. они сохранились и в склонении, ср.: горох - у горосi. В области грамматического строя общим и специфичным для всех С. яз. является напр. развитие особого склонения прилагательных (так наз. «местоименного» - с окончаниями, свойственными местоимениям, ср.: доброго и того) и употребление творит. падежа в составном сказуемом («он был учителем»); указанные черты кроме С. яз. наблюдаются только в языках балтийской группы. Общие лексические переживания С. яз. наиболее показательно засвидетельствованы распространением во всех С. яз. исконных заимствований из других языков. Так напр. слова «хлеб», «гусь», «купить», «князь» отмечают древнейшие славяно-германские связи; «коляда», «крамола» - романского происхождения; «бог», «топор» - иранского (последнее слово через финно-угорское посредство); «корчага», «колпак» - тюрко-татарского; «хмель», «сани» - финно-угорского и др.

Классификация С. яз. на три группы проводилась славистами гл. обр. по фонетическим признакам. В основе классификации лежала одинаковая или сходная переработка звуков и звукосочетаний (см. прилагаемую табл.). Усвоив методологические концепции праязыка и расщепления его (по теории «родового дерева» Авг. Шлейхера, 1821-1868), слависты в соответствии с каждой группой славянских яз. реконструировали отдельный праязык. Несостоятельность подобных концепций выразительно сигнализируется распределением даже основных фактов, к-рые служат материалом при реконструкциях. Так напр. общий праязык западнославянский предполагал бы одинаковую переработку исконных групп «tort», «tolt» во всех языках этой группы, а между тем. мы имеем в польском яз. «-ro-», «-lo-» при чешском и словацком «-ra-», «-la-» (см. табл.).

ТАБЛИЦА ГЛАВНЕЙШИХ ЗВУКОВЫХ СООТВЕТСТВИЙ С. Я.

В области морфологии С. яз. представляют большее единство, но данные ее часто не совпадают с классификацией, основанной на фонетических признаках. Все С. яз. сохранили формы склонения за исключением болгарского языка, к-рый имеет только склонение местоимений. Падежные отношения он выражает не падежной флексией, а сочетанием слова (в форме общего падежа) с предлогом и порядком слов. Число падежей у всех С. яз. одинаково. Некоторые из них (напр. русский) только не имеют особой формы звательного падежа. С. яз. утратили форму двойственного числа; его сохранили только словинский яз. и лужицкий. Другие только имеют архаические остатки, к-рые теперь выражают множественное число (русск. - «уши», «плечи»; болг. - «ръце», «крака»). В области глагола С. яз. расходятся: в южнославянских яз. глагол характеризуется развитой системой времен (аорист, имперфект, перфект, плюсквамперфект), в западнославянских времен уже меньше (нет аориста и имперфекта), а в восточнославянских этих времен совсем нет, и глагол пользуется различными видами, к-рые, напр. в русском, играют огромную роль.

В области морфологии С. яз. представляют большее единство, но данные ее часто не совпадают с классификацией, основанной на фонетических признаках. Все С. яз. сохранили формы склонения за исключением болгарского языка, к-рый имеет только склонение местоимений. Падежные отношения он выражает не падежной флексией, а сочетанием слова (в форме общего падежа) с предлогом и порядком слов. Число падежей у всех С. яз. одинаково. Некоторые из них (напр. русский) только не имеют особой формы звательного падежа. С. яз. утратили форму двойственного числа; его сохранили только словинский яз. и лужицкий. Другие только имеют архаические остатки, к-рые теперь выражают множественное число (русск. - «уши», «плечи»; болг. - «ръце», «крака»). В области глагола С. яз. расходятся: в южнославянских яз. глагол характеризуется развитой системой времен (аорист, имперфект, перфект, плюсквамперфект), в западнославянских времен уже меньше (нет аориста и имперфекта), а в восточнославянских этих времен совсем нет, и глагол пользуется различными видами, к-рые, напр. в русском, играют огромную роль.

       Все славянские языки тесно связаны между собою в лексическом отношении. Огромным процент слов встречается во всех С. яз. Лексические отличия связаны преимущественно с различными иноязычными влияниями. Ср. напр. различие в С. яз. слов для обозначения понятия «товар»: русское слово представляет заимствование из татарского, болгарское «стока» - турецкого происхождения, сербское «роба» - и итальянского, польское «kram» - германское заимствование. Западнославянские яз. испытали сильное словарное влияние со стороны средневековой латыни и немецкого яз. Южнославянские яз. испытали влияние со стороны греческого, турецкого, албанского, румынского и венгерского языков. Восточнославянские тоже испытали сильное влияние греческого языка, татарского, финских языков и др.

Близость С. яз. между собою является причиною многочисленных споров о границах, о взаимоотношениях между отдельными С. яз. и т.п. За всеми этими спорами, имеющими на первый взгляд чисто научный интерес, скрываются различные империалистические устремления буржуазии различных славянских государств. Польские слависты доказывают, что кашубский язык не может существовать отдельно, что близость его к польскому ставит его на положение наречия, к-рое должно быть ассимилировано более культурно сильным языком. Сербские лингвисты отрицают всякую самобытность за хорватским литературным языком. Они же (Белич) македонских славян относят к сербам, несмотря на то, что ни данные языка ни данные этнографии и истории этого подтвердить не могут. Болгарские ученые (Цонев) со своей стороны отрицают самостоятельность македонцев и стараются обосновать данными филологии и этнографии притязания на Македонию со стороны болгарского империализма.

Великодержавное славяноведение царской России отрицало всякую самостоятельность за украинским и белорусским яз. и объявляло их наречиями общерусского языка. Реакционные лингвисты (Соболевский, Флоринский и др.) являлись идеологами денационализаторской политики царизма по отношению к украинцам и белоруссам. С другой стороны, следует отметить в истории славянского языковедения и факты националистической тенденциозности в концепциях о взаимоотношениях родственных языков, как напр. размышления украиноведа Смаль-Стоцкого об исконной отделенности украинского языка от языков восточнославянской группы или теории словацкого ученого Цамбеля о принадлежности словацкого яз. к группе южнославянской. Когда после Великой Октябрьской пролетарской революции в результате осуществления ленинско-сталинской национальной политики народы Советского Союза получили возможность строить свою культуру, национальную по форме и социалистическую по содержанию, и лит-ные языки украинцев и белоруссов начали быстро развиваться, украинские и белорусские нацдемовцы пытались-было направить это развитие на отрыв этих языков от русского, но попытки эти встретили решительный отпор со стороны трудящихся масс Украины и Белоруссии.

С. яз. занимают значительную территорию, границы к-рой в течение времени сильно изменялись. На Западе шел процесс ассимиляции и вытеснения С. яз. германскими языками. Еще до XVIIIв. был славянский народ полабы, к-рый жил по течению реки Эльбы (Лабы). От XVII-XVIIIвв. дошло несколько памятников на языке этих славян. Последние поселения полабян известны были в Люховском округе еще в середине XVIIIв. Лужичане, насчитывающие сейчас около 150 000 чел., занимали некогда обширные области между Эльбой и Чешским лесом. Теперь они живут в Саксонии и Пруссии. В XIXв. значительное число западных славян (поляков и словаков) переселилось в Новый Свет. В Америке польский яз. испытал сильное влияние со стороны англо-американского наречия. Распространение русского языка шло вместе с расширением границ России. Он распространился по всей Сибири (гл. обр. северо-русские говоры), по Дальнему Востоку (Приморье, Сахалин, Камчатка). Есть в Сибири и на Д. Востоке и украинские поселения. Русский и украинский языки заняли значительные територии на С. Кавказе. Болгарский язык представлен в колониях в Румынии, в Бессарабии, на Украине, в Крыму. Много болгар в Америке. До XVIIIв. в Семиградии жило много болгар, к-рые в XIIIв. были туда переселены из северной Болгарии. Известный ученый Миклошич (1813-1891) принимал их ошибочно за древнейшие остатки первоначальных болгарских поселений. Сербский язык распространен в южной Италии, где в Кампобассо имеются многочисленные сербские колонии. Много в Италии и словинцев.

Формирование национальных литературных языков связано у славян с началом создания национальных государств и национально-буржуазных движений за освобождение (см. статьи по отдельным языкам, указанным в тексте).

Письменность у славянских народов возникла в конце первого тысячелетия. Начало ей положили братья Кирилл и Мефодий - вельможи при дворе византийского императора Михаила III, выполняя дипломатическую миссию последнего в землях моравского князя Ростислава (в 863). Организация церкви и литургического (богослужебного) языка для славян входила в задачи миссии. Происходя родом из Селуня (нын. Фессалоники), братья усвоили селунский говор староболгарского яз. и этот свой родной диалект положили в основу славянских переводов церковных книг. см. Старославянский язык. Интересно отметить, что по вопросу о языковой принадлежности старославянских памятников в славистике велись ожесточенные споры. Словинцы Копитар и Миклошич защищали так наз. «паннонскую» теорию, по к-рой основа языка старославянских памятников была не болгарская, а старословенская. Теория эта возникла на почве националистических модификаций панславистских притязании: отдельным славянским национализмам важно было обосновать право исторической преемственности на «язык первоучителей славянских».

Памятники древнеболгарской письменности написаны двумя азбуками - кириллицией (напр. «Саввина книга») и глаголицей (напр. «Синайская псалтырь»). см. Кириллица и Глаголица. В настоящее время в С. яз. употребляются славянская («гражданская») и латинская графики. Восточные славяне, болгары и сербы употребляют славянскую графику. Западные славяне, хорваты и словенцы употребляют латинскую графику, приспособленную к звуковой системе того или иного С. яз. путем системы диакритических знаков или комбинации букв. Кроме этих график еще и теперь кое-где употребляется глаголица. Так, в Далмации и на некоторых островах Адриатического моря она употребляется в церковных книгах хорватами-католиками.

Научное изучение С. яз. началось с первой половины XIXв. Из славистов, оставивших заметный след в изучении С. яз., следует указать Добровского, Востокова, Копитара, Шафарика, Григоровича, Миклошича, Ягича, Лескина, Шахматова и др.

Библиография:

MiklosichF., Vergleichende Grammatik der slavischen Sprachen, Wien, 1852-1875; 2 Aufl., там же, 1876-1883, Bd.2 и 4, Hdlb., 1926 (русск. перев.: Сравнительная морфология славянских языков, перев. Н.В.Шляков, Под редакцией Р.Ф.Брандта, вып.1-3, М., 1884-1891); VondrakV., Vergleichende slavische Grammatik, 2 B-de, Gottingen, 1906-1908; ФлоринскийТ.Д. Лекции по славянскому языкознанию, ч.1, Киев, 1895, ч.2, СПБ, 1896.

В начало словаря

© 2000- NIV