Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "З" (часть 1, "ЗАБ"-"ЗАН")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "З" (часть 1, "ЗАБ"-"ЗАН")

ЗАБИЛА В.

ЗАБИЛА В. - см. Украинская литература.

ЗАБИЛА Н. Л.

ЗАБИЛА Наталья Львовна (1903-) - современная украинская поэтесса. Р. в Ленинграде в интеллигентской семье. Окончила Харьковский институт народного образования, после чего учительствовала и вела культработу среди крестьянок. Печататься начала в 1924. Была членом лит-ой организации «Плуг». В 1927 вступила в организацию пролетарских писателей ВУСПП. Первый сборник стихотворений З. - «Далекий край» - обратил на себя серьезное внимание украинской критики, однако явно преувеличившей достижения поэтессы. Дебютный сборник З. написан под влиянием Ахматовой. Второй сборник - «Сонячнi релi - главное место уделяет трудящейся женщине-интеллигентке («Я працюю в книжному архiвi»). З. - одна из значительных украинских поэтесс.

Библиография:

I. Далекий край, изд. «Плужанин», Харкiв, 1927; Сонячнi релi, изд. «Книгоспiлка», Харкiв, 1928.

II. Терещенко М., Своэ, «Лiтературна газета» № 9-10 за 1927.

III. Лейтес А. i Яшек М., Десять рокiв украiнськоi лiтератури, ДВУ, Харкiв, 1928.

ЗАВАЛИШИН

ЗАВАЛИШИН Александр Иванович (1891-) - современный беллетрист. Р. в бедной мордовско-казачьей семье. В детстве - пастух, затем батрак, писец и статистик. После Октябрьской революции занимался разнообразной общественной и литературно-редакционной работой.

Творчество З. питается психоидеологией деревенской бедноты. И в своих рассказах (см. сб. «Первый блин», М., 1927, «Пепел», М., 1928) и в драматических произведениях («Партбилет», «Частное дело», М., 1927) Завалишин является острым сатириком.

Если в первых произведениях («Покрасневший быт», «В темноте», М., 1927) или в «сценках из деревенской жизни» («Вор», М., 1926) З. нельзя не отметить больших формально-технических недостатков (фотографичность, слабость психологического анализа, неоригинальность и небрежность языка), то его последние произведения («Сорок пять нацменов», «Агитатор» (М., 1928), «Частное дело» (М., 1927 и 1928), «Партбилет») представляют значительный интерес. Острие сатиры З. направлено здесь на внутреннего врага, иногда не сознающего своей чуждости социалистическому переустройству, иногда же сознательно скрывающего под маской революционной фразеологии реакционные убеждения и вредительские поступки.

Библиография:

I. Кроме упомянутого: Не те времена, Рассказы, Гиз, М., 1925 (изд. 2-е, М., 1925); Скуки ради, Рассказы, Гиз, М., 1925; Козлиные бесы, Пьеса, Гиз, М., 1927; Чеботарь-агитатор, Пьеса, Гиз, М., 1927; Сапожник-агитатор, Пьеса, Гиз, М., 1928; Фальшивая бумажка, Пьеса, изд. Модпик, М., 1929.

II. Динамов С., Очерки современной литературы, «Книгоноша», 1926, № 11. Отзывы: Палей А. Р. «Печ. и рев.», 1927, I (на сб. рассказов «Первый блин», М., 1927); Ревякин А., Книга и профсоюзы, 1927, V (на сб. «В темноте», М., 1927); Тарасенков А., «Октябрь», 1928, IV; Дынник В., «Новый мир», 1928, VIII (на сб. «Пепел»).

ЗАВЕТЫ

«ЗАВЕТЫ» - см. Журналы русские.

ЗАВЕЩАНИЕ

ЗАВЕЩАНИЕ как лит-ый жанр - использование словесной формы (зачина, формул, композиции, заключения) юридического завещания для разработки дидактической или сатирической тематики. Как дидактический жанр З. вливается в общую форму поучения (см.). Как сатирический жанр завещание наряду с другими пародиями юридических форм (ср. суд) особенно продуктивно в эпохи, когда формы сословной юрисдикции (церковного права, феодального суда) явно противоречат нарастающему классовому сознанию других общественных слоев. Отсюда - характерный расцвет формы пародического З. (известного еще в латинской литературе - «З. поросенка») в литературе позднего средневековья, в поэзии третьего сословия.

Зародыши этой формы можно проследить уже у поэтов-буржуа XIII века; мотивы расставания и прощания, выступающие в «Congies» поэтов Аррасской школы - Жеана Бодель, Бауда Фастуль и Адама де ла Галь, войдут в качестве компонентов в позднейшие З. Сатирические нотки звучат уже сильнее в фаблио Рютбёфа (см.) «З. осла». Но здесь еще отсутствует игра юридической формой, типичная для позднейшего времени, когда, с быстрым ростом городов и выделением интеллигенции в среде городского сословия, для него станут более доступными формы письменной культуры высших сословий. Шуточные З. Евстахия Дешана («Lettres envoyees par Eustace, lui estant malade, et la maniere de son testament par esbatement»), Франсуа Вийона (см.) и позднейшие анонимные порождения городского уличного фольклора, как «Le grand testament du Tastevin, roy des pions» (Большое завещание Тастевена, короля пьяниц), «Le testament du haut et notable haume nomme Ragot» (Завещание благородного и знаменитого человека по имени Раго) и вошедшее в фарс того же имени «Testament du Pathelin» (Завещание Пателена), строятся по форме подлинной «духовной», начинаясь обычными формулами, указанием времени составления и молитвой, переходя затем к перечислению даров и оканчиваясь распоряжениями относительно душеприказчиков и похорон. Сатирическое острие этих З. направлено, наряду с выпадами против отрицательных явлений растущего урбанизма - городского люмпенпролетариата, разложения семьи, - против высших сословий и духовенства (причем антиклерикальные выпады иногда сливаются с антирелигиозными), крупной буржуазии (представителей торгового и денежного капитала, откупщиков, ростовщиков) и - значительно менее резко - феодальной знати, интересы к-рой сталкивались не столько с городским сословием, сколько с крестьянством; не менее жестоко достается и близким к духовенству теоретикам и носителям средневековой идеологии - прокурорам и юристам, профессорам и медикам. Вполне отчетливо выступает социальный облик творцов этой сатирической формы, еще недостаточно дифференцированной «городской массы», к-рая в лице своих наиболее обеспеченных представителей примыкает к средней буржуазии, смешиваясь - в своих низших слоях - с преступным люмпенпролетариатом и деклассированными представителями других сословий.

Библиография:

Завещания - Deschamps, в собрании его сочин. (ed. Tarbe), 1850; анонимные Завещания XV-XVI вв. - Montaiglan, Recueil des poesies francaises du XV et XVI s., 7 vv., 1855; Завещание Пателена - Jacob P., Recueil dos farces, soties et moralites du XV s., 1859. См. также «Вийон», «Рютбёф».

ЗАВЯЗКА

ЗАВЯЗКА - одна из начальных стадий в развитии сюжета поэтического произведения. В З. создаются («завязываются») те конфликты, к-рые будут углубляться в процессе дальнейшего развития действия, вплоть до развязки, эти конфликты разрешающей. Так напр. З. «Гамлета» является встреча героя трагедии с тенью и последовавшее за нею решение Гамлета отомстить королю за убийство отца.

Виды З. могут быть чрезвычайно разнообразными. При логически ясной диспозиции художественного произведения З. следует непосредственно за экспозицией действующих лиц; таковы напр. З. классических трагедий, новелл итальянского Ренессанса и пр. Иногда З. идет впереди экспозиции; вспомним динамическую З. «Анны Карениной» Л. Толстого: «Все смешалось в доме Облонских». Романы ужасов и детективные романы характеризуются так наз. аналитическим строением сюжета: причина открывается читателю после порожденного ею следствия («Баскервильская собака» Конэн Дойля). Далее развязка одного эпизода может одновременно включать в себя З. нового эпизода (приключенческие романы типа «Рокамболя» Понсона дю Террайля и т. п.).

Выбор писателем того или иного типа З. определяется той стилевой и жанровой системой, в плане к-рой он оформляет свое произведение. Т. к. и стиль и жанр в свою очередь детерминированы психоидеологией той или иной классовой группировки, то композиционный прием З. становится социально обусловленным.

Так, З. рыцарского романа, как и весь этот жанр, и по форме и по существу выражают психоидеологию аристократии с ее культом куртуазных приключений, вереницей следующих друг за другом. З. буржуазного романа эпохи расцвета торгового капитала используют тематику морских путешествий, пиратских набегов, кораблекрушений у необитаемого острова, к-рый герой превратит впоследствии в цветущую колонию. Внезапные и судорожные З. Достоевского, вводящие читателя в самую сутолоку событий, продиктованы упадочной психикой русского мещанства 60-х гг. Лишенные твердых очертаний и острых конфликтов З. чеховских драм вполне соответствуют пассивности и лиризму Тузенбахов, Войницыных и пр. представителей мелкобуржуазной интеллигенции эпохи промышленного капитализма, художником к-рой явился Чехов. Во всех этих случаях З. несет определенные функции в системе поэтического стиля, в структуре лит-ого жанра и соответствует их социальной направленности.

ЗАГАДКА

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЗАГЛАВИЕ

ЗАГЛАВИЕ - определение содержания лит-ого произведения, помещаемое обычно впереди последнего. Наличность З. для произведения не всегда обязательна; в лирической поэзии напр. они часто отсутствуют («Брожу ли я вдоль улиц шумных» Пушкина, «Когда волнуется желтеющая нива» Лермонтова, «Lorelei» Гейне и др.). Это объясняется экспрессивной функцией З., которое обычно выражает тематическую сущность произведения. В лирике - наиболее экспрессивно и эмоционально насыщенном роде поэзии - в З. просто не ощущается необходимости - «свойство лирических произведений, содержание которых неуловимо для определения, как музыкальное ощущение» (Белинский о лирике Пушкина).

Искусство З. имеет свои социально-экономические предпосылки. Первоначальная функция З. в рукописном тексте - дать короткое и удобное для ссылки обозначение произведения и в кодексе, содержащем ряд произведений, отделить одно из них от другого. Отсюда малая значимость З. в композиции текста, незначительная их графическая выделенность и часто не связанный с тематикой произведения условный характер З. по числу глав или стихов, по характеру метра, особенно принятые на Востоке - «32 (рассказа о) монахах», «100 (строф о) любви», З. по месту расположения текста - «Метафизика» Аристотеля, и т. п.). Оценочный характер З. не выступает особенно ярко, хотя уже средние века знают превращение «Осла» в «Золотого осла» и «Комедии» в «Божественную комедию». Изобретение книгопечатания, создав возможности больших тиражей, повело к необходимости рекламировать книгу. К этому нужно прибавить анонимность книги - явление чрезвычайно частое в лит-ре XV-XVII вв. То и другое обстоятельство сыграло большую роль в истории З., к-рому пришлось говорить и за автора, и за книгоиздателя. Зачастую книга содержит в себе обращение к читателю, чтобы он купил ее: З. вышедшего в 1648 перев. «Дон-Кихота» сопровождается стишками с приглашениями такого рода. У нас в старину сочиняли такие заголовки: «Зело пречюдная и удивления достойная гистория»... «Страха и ужаса исполненная и неизреченного удивления достойная гистория»... Понятно, что эти З. должны были выполнять непосредственно рекламные функции.

З. этой поры крайне многословны: «Замечательная история о венецианском купце, с чрезвычайною жестокостью еврея Шейлока по отношению к названному купцу, причем он вырезает из его тела ровно фунт мяса, и с сватовством за Порцию посредством выбора среди трех шкатулок - как она много раз была представлена слугами лорда Чемберлена, сочинение Вильяма Шекспира». Длинными З. отличались и такие произведения, как «Гаргантюа и Пантагрюэль»

Заглавие средневековой рукописи («Vita nuova» Данте)

Заглавие средневековой рукописи («Vita nuova» Данте)

       Рабле, «Кларисса», «Памела» и «Грандиссон» Ричардсона, «Симплициссимус» Гриммельсгаузена, «Дон-Кихот» и мн. др. Бёрне в шутку сожалел об исчезновении длинных З., к-рые «легко могли оплатить обед семьи писателя». Второй характерной чертой эпохи являются двойные З., раскрывающие данное в произведении поучение и соответствующие дидактической установке лит-ого творчества (Ambito sive Sosa naufragus). В XIX в. они сохранились как пережитки (З. лубочной книги) или же в плане стилизации («Сказка об Иване-дураке» Толстого, «Комедия о настоящей беде Московскому государству, о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве» - начало рукописного З. пушкинского «Бориса Годунова»). В драматических жанрах для потребителя из купечества и мещанства долго сохраняется употребление двойных З. с «или». Таковы водевили: «Феоклист Онуфриевич Боб, или муж не в своей тарелке», «Любовные проказы, или ночь после бала», «Заемный муж, или затейница вдова» и т. д., а также мелодрамы: «Сестра Тереза, или за монастырской стеной», «Матильда, или ревность» и т. д. XX в. наряду с отдельными стилизациями (З. «Огненного ангела» Брюсова занимает 8 строк) приносит с собой еще большую сжатость З. Вспомним хотя бы «Трест Д. Е.» Эренбурга, его же «10 л. с.» (печаталось в «Красной нови»), «Кик» Шагинян, «Я» Белого и в особенности «Но. с» Маяковского - З., в к-ром соединены два слова («Новые стихи»).

Утратив в значительной степени рекламно-оценочный характер, З. в новой и

Пример распространенного заглавия (заглавие-предисловие, XVI век)

Пример распространенного заглавия (заглавие-предисловие, XVI век)

       Заглавие3

Пример распространенного заглавия (заглавие-оглавление, конец XVIII века)

Стилизация заглавия в изданиях символистов

Стилизация заглавия в изданиях символистов

       Заглавие5

«Эпатирующее» заглавие раннего футуризма

новейшей лит-ре приобретает часто композиционное значение, заменяя обрамление, мотивирующее характер сказа, выбор тематики и т. п. («Рассказ следователя», «Записки врача»). В новой лит-ре так. обр. З. - композиционный прием, обусловленный тематикой произведения. Поскольку эта последняя сама обусловлена закрепленной в произведении социальной психоидеологией, З. становится детерминированным компонентом стиля. На примерах творчества писателя, отдельных жанров и направлений мы без труда в этом убеждаемся. Так, бульварные романисты, вроде Монтепена или Понсон дю Террайля заинтриговывают мещанского читателя всевозможными «тайнами», «ужасами», «убийствами», «преступлениями» и пр. Авторы памфлетов (см.) придают их З. экспрессивность и ораторскую насыщенность («J’accuse!» Зола, «Napoleon le petit» Гюго, «Долой социал-демократов» Браке и др.). Русские тенденциозные беллетристы 60-80-х гг. подбирают для своих романов аллегорические З., в которых клеймилась преступная сущность нигилистического движения: «Марево» Клюшникова, «Некуда» и «На ножах» Лескова, «Обрыв» Гончарова, «Взбаламученное море» Писемского, «Кровавый пуф» Крестовского, «Бездна» Маркевича и т. п. Морализирующие драмы Островского содержат соответствующие З. типа народных пословиц, острие к-рых направлено против самодурства патриархального купечества: «Правда хорошо, а счастье лучше», «Не так живи, как хочется», «Не в свои сани не садись», «Не все коту масленица» и т. д. З. раннего футуризма стремятся «эпатировать буржуа» («Дохлая луна», «Облако в штанах»); З. декадентов конца XIX - начала XX вв. отражают стремление уйти в недоступную для непосвященных, для profanum vulgus, башню слоновой кости непонятностью языка: «Urbi et orbi», «Стефанос», «Crurifragia» и т. д. Так, З. пролетарской лит-ры формулируют собой задания, характерные для эпохи индустриализации страны - «Цемент» Гладкова, «Доменная печь» Ляшко, «Лесозавод» Караваевой. Во всех этих случаях заглавия представляют собой тематический сгусток произведений, четкую формулировку их социальной направленности.

Эта роль З. вызывает к ним усиленное внимание. Авторы совещаются с друзьями, редакторами, издателями, как лучше назвать свое произведение (Гёте, Мопассан, Тургенев, Достоевский, Блок). Придумав удачное З., заботятся о сохранении его в тайне (Флобер, Гончаров), изменяют З. после напечатания произведения в журнале при отдельных изданиях, в собраниях сочинений и т. д. Редактора и издатели произвольно озаглавливают произведения («Божественная комедия» Данте, «Борис Годунов» Пушкина, «Севастопольские рассказы» Л. Толстого, «Маленький герой» Достоевского). Но особенно значительна здесь роль цензуры. Стихотворение Пушкина «Андре Шенье в темнице» оказалось без «темницы», «История Пугачева» превратилась в «Историю пугачевского бунта», «Послание к цензору» в послание к «Аристарху», «Мертвые души» Гоголя в Москве были запрещены, в Петербурге прошли только благодаря особой протекции, но с прибавлением «Похождения Чичикова»; в посмертном издании (1853) З. «Мертвые души» было выкинуто. «Утро чиновника» Гоголя оказалось «Утром делового человека», «Декабристки» Некрасова превратились в «Русских женщин» и т. п. (см. Цензура).

Библиография:

Библиография о заглавии крайне незначительна. На русск. яз. см. ст. Кржижановского С., «Заглавие» в «Литературной энциклопедии», изд. Френкель, т. I, М., 1925. Из иностранных работ укажем книги; Keiter und Kellen, Der Roman, Essen, 1912; Meyer Rich., Deutsche Stilistik, Munchen, 1913.

ЗАГОВОР

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЗАГОСКИН

ЗАГОСКИН Михаил Николаевич (1789-1852) - исторический романист и комедиограф. Р. в семье богатого помещика Пензенской губ., служил в театральном ведомстве. Из комедий З. пользовались большой популярностью «Богатонов, или провинциал в столице» (1817) и «Богатонов в деревне, или сюрприз самому себе» (1821). В них высмеиваются никчемные нововведения, к к-рым приступил дворянин, вернувшийся из столицы в свою усадьбу. В результате этих реформ усадьба приходит в еще больший упадок. Образ Богатонова и ряд деталей из самих комедий характеризуют то мелкопоместное «небокоптительство», которое нашло себе через двадцать лет гениальное изображение в творчестве Гоголя (см.). З. принадлежит к его предшественникам вместе с Квитко-Основьяненко и Нарежным.

В 1829 вышел первый исторический роман З. - «Юрий Милославский», создавший автору репутацию глубокого знатока русской народности и титул «русского Вальтер Скотта». За «Юрием Милославским» последовали «Рославлев», «Кузьма Рощин» и др. Современники восторгались историческим колоритом романов Загоскина; однако он не идет дальше описаний костюма и некоторых бытовых обычаев. Суть «Юрия Милославского» - не в воспроизведении исторической реальности, а в той национально-патриотической тенденции, к-рая пронизывает все романы З. Он выступает в них яростным идеализатором старины и дворянского патриархализма. Герой З., - Рославлев, представитель мелкопоместного, близкого к народу дворянства, хранитель его устоев, - своей простотой и приверженностью к бытовому русскому укладу противостоит светскому и падкому на новшества аристократу Кручине-Шелонскому и побеждает последнего. Это противопоставление типично для З. Большинство его романов изображает переломные периоды русской истории - «Смутное время», «нашествие» Наполеона и пр. «Государственность» и «доблесть» русского народа неизменно одерживают верх над ухищрениями и коварством «иноплеменников».

Библиография:

I. Полное собр. сочин. З., с биографич. очерком и перечнем всего им написанного, вышло в 1889, в СПБ., в 7 тт.; новое изд. т-ва М. О. Вольфа вышло в 1899-1901, в СПБ., в 10 тт.

II. Скабичевский А., Наш исторический роман в его прошлом и настоящем, Собр. сочин., т. II, изд. 3-е, СПБ., 1903; Майков Вал., М. Н. Загоскин, Собр. сочин., т. I, Киев, 1903 (или в «Критических опытах», изд. 2-е, СПБ., 1901); Котляревский H., Н. В. Гоголь, СПБ., 1911; Аксаков С., Биография Загоскина, СПБ., 1913 (или Собр. сочин., т. III, СПБ., 1886, и др. изд.); Григорьев Ап., Развитие идеи народности в нашей литературе со смерти Пушкина, Собр. сочин., в. III, М., 1915; Сакулин П. Н., Русская литература, ч. 2, М., 1929.

III. Мезьер А. В., Русск. словесность с XI по XIX ст. включительно, ч. 2, СПБ., 1902; Венгеров С. А., Источники словаря русских писателей, т. II, СПБ., 1910; Владиславлев И. В., Русские писатели, изд. 4-е, Гиз, Л., 1924; Гиппиус В., Гоголь, Л., 1927.

ЗАГУЛ

ЗАГУЛ Дмитро (1890-) - современный украинский поэт, переводчик и критик. Сын бедного крестьянина-гуцула; еще в гимназии участвовал в подпольном кружке школьной молодежи, связанном с галицкими радикалами и соц.-дем. Здесь он знакомится с классиками марксизма, а также с модными философами того времени - Ницше, Штирнером и др. После окончания гимназии слушал лекции на историко-филологическом отделении университета в Черновицах. Во время войны очутился в России как заложник. В 1918 вышла его первая книжка - «З зелених гiр». Вместе с Тычиной, Я. Савченком, Слисаренком, Семенком, Кобылянским и др. участвует в лит-ой группе «Бiла студiя» (позже «Музагет»), в 1923 - в «Асоцiяцii радянських письменникiв» («Арпис»), в начале 1925 принимает активное участие в организации писателей Западной Украины («Захiдня Украiна», см.); в настоящее время член ВУСПП.

Загул является вместе с Тычиною, Я. Савченком и Слисаренком представителем украинского символизма. Первая книга З. - «З зелених гiр» - стихи чрезвычайно простые, преисполненные легкой грустью, тематически далекие от символизма; формально в строфике, ритмике, звуковой инструментовке чувствуется влияние Бальмонта (прекрасные переводы стихотворений последнего помещены там же). Вторая книга стихов З. - «На гранi» - одна из самых символистических и мистических книг в украинской поэзии. Однако признания и заповеди З., мыслящего себя «на гранi вiчного нiчого», имеют мало общего с настроениями хотя бы русского символизма, для к-рого «иные миры» были не фантомами, а реальностью большей, чем материя. Форма произведений роднит его поэзию с символизмом: акцентный стих, подчеркнутая оксюморность («Вiд радощiв суму тай горя») и временами подлинная символистская «музыкальная» семантика трудно уловимых образов. Начиная с третьей книги стихов - «Наш день» - Загул делается поэтом советской действительности. Высоко культурная и идеологически выдержанная революционная поэзия З. однако страдает некоторой рассудочностью, к-рая приводит поэта к ряду прозаизмов, переходящих иногда в систему, причем З. не выходит из рамок традиционной поэтической лексики. Лучшие революционные стихотворения З. посвящены Западной Украине, остающейся под властью Польши и Румынии. З. пуритански отказывается от интимной лирики, мотивы пейзажные и элегические если и вводятся, то лишь, чтобы резче выявить победу урбанистических и оптимистических настроений («На селi», «Вечiрне», «Осiннiй вiчор», «Далекi заклики»). Редкие стихи о личных переживаниях звучат столь же безнадежно и осенне-элегически, как и в «На гранi» («Осiннiй мотив», «Лiрика скрутi турбот», «Перед осiнню»).

Как переводчик З. обладает хорошим вкусом и культурностью, но не ровен; особенно удачны у него переводы поэтов, оказавших влияние на его собственное творчество, напр. Бальмонта и Гейне.

Библиография:

I. Отдельно вышли: З зелених гiр, Стихотворения, изд. «Час», Киiв, 1918; На гранi, Стихотворения, изд.«Сяйво», Киiв, 1919; Наш день, Стихотворения, ГИУ, Киiв, 1924; Мотивы, Стихотворения, ГИУ, Киiв, 1927 (к книге приложен критический очерк проф. А. Белецкого, автобиография З., библиография его произведений, доведенная до мая 1927, библиография статей и рецензий о З. за тот же период, список псевдонимов и криптонимов); Гейне, Сатира и полiтичнi вiршi, Переводы из Гейне, изд. «Книгоспiлка», Харкiв, 1923; Поетика. Теорiя поезii, изд. «Спiлка», Киiв, 1923; Лiтература чи лiтературщина? Критичнiй дослiд про украiнськiх неокласикiв, изд. «Глобус», Киiв, 1926; Вибiр нiмецьких балад, переклад, передмова О. Бургардта, изд.«Захiдня Украiна», Киiв, 1928.

II. Зеров М., Нова украiнська поезiя, Критический обзор в предисловии к «Новiй украiнськоi поезii» - антологии, ГИУ, Киiв, 1920; Белецкий А., Новая украинская поэзия, предисловие к «Антологии новой украинской поэзии» в русском переводе, ГИУ, Харкiв, 1924; Ефремов С., акад., Р†сторiя украiнського письменства, т. II, изд. «Украiнська накладня», Киев - Лейпциг, 1924; Качаров, проф., Критическая статья о «Поетике» З., «Книга», 1924, 4; Лебiдь А. Вiд символiзму до пролетарськоi поезii, «Життя й революция», 1925, 6-7; Савченко Я., Дмитро Загул, «Життя й революция», 1926, 9; Его же, Поети и беллетристи. Збiрка критiчних статтiв, ГИУ, Киiв. 1927; Дорошкевич Ол., Р†сторiя украiнськоi лiтературi, «Книгоспiлка», Киiв, 1927; Доленго, Пiсляжовтнева украiнська лiтература, «Червоний шлях», 1927, II; Коряк В., Сьогочасна украiнська лiтература, «Молодняк», 1927, 2 и 3; Шамрай А., Украiньска лiтература, изд. «Рух», Харкiв, 1927; Бiлецький О. (Белецкий А. И., проф.), Дмитро Загул, Вступит. статья к «Мотивам».

III. Лейтес А. i Яшек М., Десять рокiв украiнськоi лiтератури (1917-1927), т. I, ДВУ, Харкiв, 1928.

ЗАДЕРЖАНИЕ

ЗАДЕРЖАНИЕ - см. Ретардация.

ЗАЖИНОЧНЫЕ ПЕСНИ

ЗАЖИНОЧНЫЕ ПЕСНИ - см. Песни.

ЗАИМСТВОВАНИЯ

ЗАИМСТВОВАНИЯ в лит-ре - частный случай лит-ого влияния, выражающийся в том, что один писатель включает в свое произведение элементы чужого произведения (тематику, стилистические особенности, композиционные приемы). Крайний случай лит-ого З. - полное повторение таких подробностей при отсутствии на то указаний со стороны заимствовавшего - носит название плагиата (о нем см. отдельную статью).

Факт лит-ых З. усиленно подчеркивался прежде всего самими писателями. «В мире книг, - говорил Вольтер, - происходит то же самое, что с огнем наших очагов: сосед приходит к вам за огнем, переносит его к себе, дает другому соседу, и в конце концов он принадлежит всем». Гейне писал: «В republique des lettres существует общение умственных имуществ... В лит-ре, как и в жизни, всякий сын имеет своего отца, к-рого он конечно не всегда знает, а иногда даже и отвергает». Марлинский утверждал: «В любом авторе я найду сто мест, взятых целиком у другого, другой может найти столько же». Столь широкая распространенность З. объясняется прежде всего интернациональностью лит-ого процесса, наличием между отдельными странами широкого лит-ого обмена, взаимной их диффузией. Лит-ые ситуации не могут изобретаться до бесконечности. Раз войдя в читательское сознание, оставив там глубокий след, поэтический образ, тема, прием могут невольно воздействовать на творчество позднейших писателей, довольно близко его воспроизводящих. Здесь во всей силе своей действует закон экономии мышления. «Все сказано» (Лабрюйер)... «Что можно еще сказать, что не было уже сказано» (Мопассан)... «Мир так уже стар, и уже тысячи лет столько замечательных людей жило и думало, что мало можно найти и высказать нового» (Гёте) и т. д. Эти две причины - интернациональность процесса и его коллективность - открывают широкий путь лит-ым З. В поэзии Пушкина мы встречаем З. из Корана, Державин воспроизводит мотивы Горация, сюжеты драм Шекспира заимствованы у малоизвестных итальянских новеллистов Ренессанса и т. д.

Литературовед, ставящий себе целью каузальное изучение З., главное внимание свое должен уделить факту переработки заимствованного материала, его утилизации. Сам факт З. отнюдь еще не свидетельствует ни о психологической близости субъекта З. к его объекту, ни о творческой его немощи. К З. прибегали величайшие мастера разнообразнейших классовых формаций; что же касается близости, то заимствованные подробности очень часто получали диаметрально противоположную направленность. Дефо, автора «Робинзона Крузо», обвиняли в том, что он воспользовался дневником одного матроса, прожившего 4 года на необитаемом острове. При дальнейшем обследовании вопроса выяснилось, что идея «Робинзона» заимствована им из сочинения Ибн-Туфайля (см.), арабского писателя XII в., переведенного на английский яз. В дальнейшем оказалось, что и арабский писатель в свою очередь заимствовал ее из легенды VII в. Любители подобных лит-ых аналогий делали в своей работе ряд существенных ошибок. Если разуметь под «идеей» «Робинзона Крузо» кораблекрушение, то незачем вести ее генеалогию именно к арабской литературе XII века: мотив этот существовал в самых разнообразных литературах, в самые различные эпохи, ибо вызван реальными фактами бытия. Если же разуметь под «идеей» «Робинзона» весь комплекс его приключений, обусловленных характером героя (а именно в этом специфика этого произведения), то на ее создание всего менее могли повлиять легенды XII века: она принадлежит эпохе подъема торгового капитализма и мировых открытий. В этом случае, как и во всех других, важно не столько происхождение лит-ого факта, сколько включение его в новую систему творчества, придание ему новой социально-психологической функции. «Je prends mon bien ou je le trouve», - говорил Мольер; знаменитую фразу эту он тоже кажется заимствовал у Бержерака. Но заимствуя «свое добро» повсюду, Мольер придавал ему свою направленность, соответствовавшую мироощущению тех слоев французской буржуазии XVII в., выразителем к-рых он являлся.

О различных научных течениях в деле изучения З., о детерминированности этого факта различными фазами классовой эволюции см. «Влияния лит-ые» и «Метод сравнительный» (там же указана и литература).

ЗАЙДАН

ЗАЙДАН Журжи (1861-1914) - известный арабский писатель, ученый и журналист. Родился в бедной христианской семье на Ливане (Сирия), окончил американский колледж в Бейруте. В возрасте 25 лет издал первую работу: «Сравнительное языковедение и арабский язык», применив впервые на Востоке методы европейской лингвистики. Затем следует ряд его трудов по истории Европы и Востока. Наиболее ценна «История исламской цивилизации» в 5 тт. (IV т. переведен на английский яз. Margoliuth’ом). Эмигрировав в Египет, редактирует (1892) научно-популярный журнал «Аль-Хиляль» (Полумесяц), имеющий крупный успех. В нем З. печатает свою серию исторических романов, обнимающую всю историю арабов. Как романист З. дает полную картину эпохи, драматическую фабулу, строго реальное освещение; но психологический анализ скуден, часто переходит в морализирование, описания обстоятельны и сухи. Романы занимательны и для европейского читателя; они усердно переводились на восточные языки (особенно персидский), переведено кое-что на английский и французский («Гассанская девушка», «Пленник Махди»). Как политический деятель З. - либерал, стоящий вне партий, - не ярок; он прежде всего «просвещенец», проводник западных знаний, которыми хочет вооружить высоко ценимую им культуру Востока.

Библиография:

I. Произведения Зайдана издавались и продолжают издаваться в Каире, причем многие выдержали ряд изданий.

II. Крачковский, акад., Исторический роман в современной арабской литературе, «ЖМНП» за 1911.

ЗАЙЦЕВ Б. К.

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЗАЙЦЕВ В. А.

ЗАЙЦЕВ Варфоломей Александрович (1842-1882) - известный критик 60-х гг. Р. в Костроме, в семье чиновника. Учился в Петербургском университете на юридическом факультете и в Московском - на медицинском. В 1862 году, не кончив курса, вышел из университета вследствие необходимости содержать мать и сестру. Переехав в Петербург, З. начал сотрудничать в «Русском слове» Благосветлова, сначала в качестве рецензента в «Библиографическом листке», а затем, быстро выдвинувшись, в качестве критика и публициста. Принимал участие в полемике «Русского слова» с «Современником». Антонович называл З. в этой полемике «вождем, учителем и главой нигилистов». После покушения Каракозова З. был арестован, хотя к делу не имел никакого отношения, и просидел в Петропавловской крепости четыре месяца. В 1869 эмигрировал за границу. С закрытием «Русского слова» влияние З. уменьшилось, хотя он и печатался еще в «Неделе», «Отечественных записках», «Деле». За границей З. вступил в Интернационал, сблизился с Бакуниным, став его сторонником, был одним из основателей первой секции Интернационала в Италии, в Турине. В 1877 З. сблизился с группой конституционного «Общего дела» Христофорова и Белоголового, став одним из его главных сотрудников. Умер в Кларане (Швейцария).

По философским своим воззрениям Зайцев был механическим материалистом, последователем Фохта, Молешотта и Бюхнера. С идеалистами он вел резкую полемику, Гегеля называл «невежественным шарлатаном». Лишь Шопенгауэра он считал философом относительно полезным, ошибочно полагая, что его система расчищает место положительному знанию. Явления общественной и психической жизни сводились им к физико-химическим процессам, почему он и считал, что история объясняется без остатка естествознанием. Сторонник Конта и Бокля, видевших в прогрессе знания двигательную причину исторического развития, З. в области этики придерживался утилитарной точки зрения. Сводя все процессы в мире к физико-химическим или физиологическим процессам, не умея различать качественных своеобразий в явлениях, он отрицал особую природу эстетического объекта. Считая себя последователем Чернышевского, он из положения последнего - «прекрасное есть жизнь» - делал неправомерный вывод о необходимости разрушения эстетики вследствие ее бесполезности: «...Реалист утверждает, - писал он, - что вне действительности нет истинно-прекрасного, что она (действительность) вполне удовлетворяет человеческое стремление к прекрасному. Это утверждение равносильно уже отрицанию искусства, потому что им вполне доказывается его бесполезность». Но искусство, по З., не только бесполезно, оно и вредно, ибо отвлекает от полезного служения обществу и силы людей, посвящающих себя искусству, и средства, затрачиваемые на него. Применяя эти свои положения, он попытался развенчать Лермонтова как поэта, даже до появления знаменитых статей Писарева о Пушкине; стихи Фета он критиковал как рифмованный набор бессмысленных фраз. Впрочем, вследствие неразвитости и отсталости общества, неспособного еще к усвоению научных и публицистических идей в их отвлеченной форме, З. считал относительно полезными произведения тех художников, к-рые в поэтической форме поучают общество. Поэтому он считал полезными поэтами на Западе - Гейне (с оговорками), у нас - Некрасова. Но оценивал он их, собственно говоря, уже не как поэтов, а как мыслителей, ценил не само искусство, а верную мысль, выраженную средствами искусства понятным образом для отсталых людей. «Я приступаю к сочинениям Некрасова, - писал З., - с теми же требованиями, с какими приступаю к произведениям критика, историка, публициста, беллетриста. От всех их равно каждый читатель требует прежде всего честной, свежей мысли, верного взгляда на предмет и ясного изложения».

Все это дает основания считать З. последователем Писарева. Впрочем, последнему иногда приходилось смягчать выступления своего ученика, - напр. положение З., что негры по самой своей биологической природе осуждены на подчинение белым.

Идеология З. - типичная идеология городского радикального разночинца, как она сложилась во вторую половину 60-х годов. К тому времени уже совершенно выяснилось, что сил для ликвидации наследия режима Николая I путем немедленной революции в тогдашней России не было. Исходя из своих историко-философских взглядов, З. (вслед за Писаревым) стал развивать план преобразования русской действительности путем полезной деятельности, опирающейся на естествознание, путем пропаганды естествознания. Он стал нападать на все то, что отвлекает молодежь от усвоения естествознания и приложения его на практике. Отсюда понятная у З. пропаганда разрушения эстетики как объекта, отвлекающего силы и средства от изучения естественных наук, - пропаганда, вполне соответствовавшая его субъективному мировоззрению разночинца-шестидесятника. Но так как мирная пропаганда естествознания в его приложении на практике была пропагандой агрономии и технологии, пропагандой мирного переустройства не политического, а только экономического быта, обращенной в первую голову к образованным и достаточным слоям тогдашнего общества, то проповедь З. по объективному своему значению была проповедью капиталистического культуртрегерства.

Библиография:

I. Главнейшие произведения З.: в «Русском слове» (1863-1865) - ряд обзоров и рецензий в «Библиографическом листке»: «Естествознание и юстиция»; «Гейне и Бёрне»; «Взбаломученный романист»; «Белинский и Добролюбов»; «Глуповцы, попавшие в Современник »; «Перлы и адаманты русской журналистики»; «Славянофилы победили»; «Последний философ-идеалист»; «Несколько слов Антоновичу»; «Постороннему и всяким прочим старикам»; Ряд статей в «Неделе» (1869-1870), «Отечественных записках» (1874), «Деле» (1878) и в «Общем деле» (со времени основания журнала до смерти З.).

II. Литература о З. невелика: Венгеров С. А., Критико-биографический словарь, т. VI, СПБ., 1897-1904; М. З., Зайцев за границей, «Минувшие годы», 1908. II; Шелгунов Н. В., Воспоминания, ред. А. А. Шилова, Гиз, М. - П., 1923 (или сочин., т. II, изд. 3-е, СПБ., 1904); Совсун, В. Зайцев как литературный критик, «Литература и марксизм», 1928, I.

III. Кроме упомянутого «Словаря» Венгерова см. еще: Венгеров С. А., Источники словаря русск. писателей, т. II, СПБ., 1910; Владиславлев И. В.. Русские писатели, изд. 4-е, Гиз, М., 1924.

ЗАКИР

ЗАКИР Касым бек (1776-1856) - тюркский поэт. Один из последних представителей помещичьей поэзии ханатского периода азербайджанской лит-ры. Произведения З. выражают психоидеологию помещиков первой половины XIX в., потерявших благодаря русской оккупации политическую и экономическую силу. З. в своих произведениях бичует деспотически-бюрократический режим и колониальную политику царской России. В этом отношении З. был объективно в оппозиции к самодержавной России. Но «революционность» З. была лишь протестом феодалов-помещиков, мечтавших освободить Азербайджан от деспотии русского царизма, чтобы установить свою собственную деспотию. Эти мечты не осуществились, и это привело поэта к глубокому пессимизму. З. обратился к религии, мистике, стал приверженцем суфизма. Для творчества З. характерны те же элементы народного творчества, к-рые были перенесены в поэзию его предшественниками - Вакыфом (см.) и Видади (см.). Народный яз., метр народных частушек, злободневность тематики в сочетании с мотивами классической персидской поэзии - основные черты поэзии З.

Библиография:

Закир, Избранные произведения, Под редакцией Салман-Мумтаз, Баку, 1925, стр. 374; Кочарлинский Ф., Материалы по истории азербайджанской литературы, вып. II. Баку.

ЗАКЛИНАНИЕ

ЗАКЛИНАНИЕ - см. Заговор.

ЗАЛЕССКИЙ

ЗАЛЕССКИЙ Юзеф Богдан (Jozef Bohdan Zalewski, 1802-?) - польский поэт-романтик, выдающийся представитель так наз. «украинской школы» польской лит-ры 20-30-х гг. XIX в. (см. «Польская литература»).

Стихи З., проникнутые идиллическими и сентиментальными настроениями, отличались большой музыкальностью, в свое время пользовались большой популярностью; они переложены на музыку многими композиторами, в том числе Шопеном.

Беря тематику из жизни преимущественно так наз. «дворовых казаков», стихи З. идеализировали отношения помещика и крестьянина-казака и как направление «украинской школы» 20-х годов были выражением идеологии мелкопоместного польского дворянства Правобережной Украины, опирающегося на крестьянские массы в борьбе за независимость Польши. «Украинофильство» З. исходило из представления, что украинский народ является ответвлением польского, отпрыском общего корня «полян». Неудача попыток повстанцев 31-го года опереться на крестьянские украинские массы подорвала основу популярности З. Написанная в эмиграции его поэма «Дух степей», представляющая собою неглубокую попытку апофеоза классово и национально примиренной польской Украины, не нашла сочувствия. Дальнейшие произведения его, утонченные и стилизованные по форме, мало ценны по содержанию и проникнуты мистицизмом (см. «Польская литература»). В лит-ом отношении «украинофильство» З. делает его в известной мере предшественником последующих хлопоманов и польских народников. Его национально-политические тенденции оказали сильное влияние и в дальнейшем на литературу западно-украинских угодовцев 80-х годов, «украинцев польской национальности» 90-х гг. и на писателей «украинофилов» XX в. («Львовский Пржгльонд Крайовий», 1909), а также на польско-украинскую литературу настоящего времени («Хлiбоiди iз Украiнськоi ниви » и другие польские рептильные издания).

Библиография:

I. Duch od stepu, Париж, 1841; Wieszcse eratorjum, Познань, 1866.

II. Zdziarski Stanislaw, J. Zalewski, Львов, 1902.

ЗАЛКА

ЗАЛКА Матэ Михайлович (Mate Zalka, 1896-) - современный венгерский пролетписатель. P. в мелкобуржуазной семье, получил высшее образование; с начала империалистической войны офицер б. австровенгерской армии; в 1916 - в русском плену. В 1918 организует в Хабаровске мадьярский красногвардейский отряд. С 1920 - член ВКП(б). По окончании гражданской войны до 1923 служит в войсках ВЧК - ГПУ. Затем директор скульптурной фабрики Гиза в Москве, директор театра Революции. С 1928 работает в ЦК ВКП (б). За боевые заслуги награжден орденом Красного знамени. С 1924 член ВАППа, в данное время (1930) - член секретариата МАППа. Один из основателей венгерской секции МАППа и союза венгерских революционных писателей и художников.

В печати З. выступил еще в Венгрии, в группе западников, с натуралистическими рассказами, посвященными быту студенчества и крестьянства. В русском плену написал две пацифистские пьесы (шли в театре военнопленных) и роман, изображающий душевный путь интеллигента от милитаризма к пацифизму (был отпечатан на шапирографе).

Основная проблема творчества З. - пробуждение общественного человека. От неясного классового инстинкта до продуманных, осознанных идеалов коммунизма - таков путь почти всех его героев. Герой З. - обычно «маленький серенький человечек», характерный для своей среды, нации, эпохи. С этой точки зрения показательны герои таких произведений, как «Первый, второй, третий», «За царя», «Знамя», «Храбрый портняжка», «Повесть о вечном мире», «Хищник», «На голубом Дунае», «Верные приметы» и др.

З. является продолжателем венгерского реализма. Герой З. не статичен, но всегда дан в действии, в развитии. Бытовой материал передается простым, непритязательным языком.

Библиография:

I. Отдельные книги З. на русском языке: Рассказ о венгерском солдате (на титульном листе: «За царя»), изд. «Огонек», М., 1925; Первый, второй, третий, изд. «Прибой», Л., 1926; Бунт, Гиз, М., 1925; То же, изд. 2-е, М., 1927; За царя, Гиз, М., 1926; Смерть коммунара, изд. «Моск. раб.», М., 1926; Крушение пацифиста, изд. то же, М., 1927; Ходя, изд. «ЗИФ», М., 1927; То же, изд. 2-е, исправл., «ЗИФ», М., 1928; Рассказ о венгерской девочке («Жужа»), изд. ЦК МОПР, М., 1928; Жужа, Гиз, М., 1928; Предложение Ефима Голдобина, изд. ЦК МОПР, М., 1928; Долг Ганса, Гиз, М., 1928; Храбрый портняжка, изд. «Моск. раб.», М., 1928; Постовой Иванов, Гиз, М., 1928; Повесть о вечном мире, изд. «Моск. раб.», М., 1929; Герой великого 1914 года (то же: Карпатская идиллия, Второй), изд. «Огонек», М., 1929; На голубом Дунае, изд. АРП, М., 1930 (фактически вышла в 1929); Военная почта, изд. «Федерация», М., 1928 (фактически вышла в 1929). На немецком языке: Junge Pioniere, изд. «Viva», 1926. На украинском языке. Повiсть про вiчний мир, вид. «Украiньский робiтник», 1929. Многие произведения Залки напечатаны в коммунистической периодической русской, украинской, венгерской и немецкой прессе в тот же период.

II. Предисловие Г. Лелевича к книге «Первый, второй, третий»; Его же, Предисловие к расск. «За царя»; Мирецкий, Матэ Залка, «Экран», № 39. Отзывы на различные книги Залки: Горбов Д., «Книгоноша», 1925, № 31-32 (на рассказ «За царя»); Вайсброд А., «Октябрь», 1926, VII-VIII; Гербстман А., «На лит-ом посту», 1926, III (на рассказы «Первый, второй, третий»); Сольский В., «На лит-ом посту», 1927, XI-XII; Селивановский А. «Октябрь», 1927, VIII (на рассказы «Ходя»), и др.

ЗАЛОТОКОСТАС

ЗАЛОТОКОСТАС Георгий (Zalotokostas, 1805-1858) - новогреческий поэт эпохи освобождения греков от турецкой зависимости. Жил некоторое время в Италии, участвовал в войнах за независимость Греции. Сильное влияние на З. оказала итальянская поэзия. В своем творчестве он ближе к ионическим поэтам, чем к пуритам (см. Греческая литература), господствовавшим в то время в Афинах. Его лирика - поэзия представителя разочаровавшейся в революции мелкобуржуазной интеллигенции - окрашена меланхолией. Лучшие его произведения - стихи, написанные в честь героев, погибших в войне за греческую независимость, и поэма на смерть ребенка. Стихи З. пользовались большой популярностью. Многие из них включены в сборники народных песен. Сам З. часто заимствовал сюжеты своих стихотворений из старинных народных песен. Некоторые из них ошибочно принимались за его собственные и переводились на итальянский яз. Первые произведения З. написаны на «очищенном» яз., но лучшая часть - на народном.

Библиография:

Lambert, Poetes grecs contemporains, 1881; Pernot, etudes de la litterature grecque moderne, 1918; Hesseling, Histoire de la litterature grecque moderne, P., 1924.

ЗАЛЫВЧИЙ

ЗАЛЫВЧИЙ Андрий - украинский революционный деятель и беллетрист. Р. в бедной крестьянской семье, в с. Млинах, Полтавской губ. Получил среднее образование; высшее было прервано арестом и ссылкой в Тургайский край (1915). Освобожденный Февральской революцией Залывчий возвращается к революционной работе; был одним из организаторов и активных работников фракции «интернационалистов-левобережников» в партии украинских эсеров. Убит во время восстания против гетмана в Чернигове, в 1918.

Как писатель З. не успел себя вполне выявить. Его единственное произведение - «Автобiографiчнi новели», изображающее детство крестьянского мальчика в натуралистических и в импрессионистических тонах, - свидетельствует о несомненной талантливости автора.

Библиография:

I. «Автобiографiчнi новели» были напечатаны в альманахе «Червоний вiнок» (Одесса, 1919), потом переиздавались несколько раз. Упомянем: Андрiй Заливчий, Зарiзяка, «Бiблiотека художньоi лiтератури», Гиз Украины, 1924.

II. Коряк В., Органiзацiя жовтневоi лiтератури, 1925; Яловий М., Першi хоробрi, «Червоний шлях», 1923, IX; Самусь М., Забутий новелiст i революцiонер, «Молодняк», 1927, X; Его же, Трое, 1928.

ЗАМЕДЛЕНИЕ

ЗАМЕДЛЕНИЕ - см. Ретардация.

ЗАМЕНА

ЗАМЕНА - см. Ипостаса.

ЗАМОЙСКИЙ

ЗАМОЙСКИЙ Петр Иванович (1896-) - современный прозаик. Р. в бедной крестьянской семье Пензенской губ. Был пастухом, половым в трактире, писарем. С 1918 - член ВКП(б). Вел разнообразную партийную и общественную работу (секретарь укома, член уисполкома, зав. внешкольным отделом, ответственный секретарь Всероссийского общества крестьянских писателей и т. д.).

З. выступил в лит-ре с серией миниатюр для детей. Обычный герой этих рассказов - энергичный и живой подросток из бедняцкой семьи, активно участвующий в трудовой жизни своего двора и общественных событиях села («Куделя», «Отцу на рубашку», «За дровами», «Прописали», «Пыль столбом», «Первый сноп», «Сочинительница»). Рассказы эти любопытны детальными описаниями тех или иных трудовых процессов деревенской жизни, но детские образы в них до неправдоподобия усложнены. Удачнее повести и романы З. Представители деревенской буржуазии, мелкобуржуазной интеллигенции, пролетариата не обращают на себя особого внимания писателя; в центре его творчества - образы беднейшего крестьянства. Стержневой образ творчества З. - в полном соответствии с фигурами его детских рассказов - упорный и настойчивый преобразователь деревни (Петька, Степан, Прасковья - «Лапти», Алексей, Ефимка - «Земля распятая»). На базе стремящейся к социализму крестьянской бедноты вырастает весь стиль З. Развертывание событий неизменно происходит на широком фоне деревенского быта.

Лексика героев З. обусловлена их крестьянской сущностью (шеметом, напоследок, вдосталь, аль), сравнения неизменно берутся из производственной трудовой обстановки (как гладко выбитый ток; как пояс связывает сноп; как солома; как овца; как стреноженная лошадь).

Замойский быстро растет к философскому осознанию действительности. В «Прутике» - лучшем своем рассказе - он последовательно развертывает собственнические тенденции индивидуалиста Куркина, доводит их до логического конца, художественно вскрывает философию мелкого собственничества. Если его повесть «Плотина» не лишена ученической неряшливости языка, а роман «Лапти» - срывов в композиции и схематизма психологической подачи образов, то «Левин дол» утверждает его уже в качестве более зрелого художника.

Библиография:

I. Лебеда, Повести и рассказы, изд. «Моск. рабочий», М., 1928; Канитель, Повести и рассказы, изд. «Федерация», М., 1929; Лапти, Роман, изд. «Моск. рабочий», 1929; Земля распятая, Роман, М., 1930.

II. Рецензии: Ларионов Н., «Октябрь», 1926, кн. IX; Его же, «На лит-ом посту», 1927, кн. VIII.

ЗАМОТИН

ЗАМОТИН Иван Иванович - современный литературовед. Р. в семье крестьянина Тверской губ. Бежецкого уезда. Окончил Псковскую гимназию и СПБ. историко-филологический институт. Был приват-доцентом сначала Варшавского университета, потом Петербургского; с 1908 - профессор Варшавского университета, с 1917 - Донского и с 1922 - Белорусского, в Минске. Научные работы З. (свыше 100) относятся гл. обр. к истории русской лит-ры XVIII, XIX и XX столетий, к истории белорусской лит-ры, а также к методике преподавания лит-ры. В своих исследованиях З. является одним из представителей культурно-исторического метода. В этом духе написаны дореволюционные работы З. о ранних романтических веяниях в русской лит-ре, о романтизме 20-х годов и о русской литературе 40-60-х гг. Последние книги З. - «Семинарий по истории новой русской лит-ры», «Некрасов-художник», «На переломе», этюды о произведениях Якуба Колоса, Янки Купалы и др., а также книга «Мастацкая лiтаратура у школьным выкладаньнi» - написаны в плане формально-социологического метода.

Библиография:

I. Ранние романтические веяния в русской литературе, Варшава, 1900; Предание о Вадиме Новгородском в русской литературе, Воронеж, 1901; Романтизм 20-х годов XIX ст. в русской литературе, т. I, Варшава, 1903; изд. 2-е, 1911 (магистерск. диссерт.); То же, т. II, СПБ., 1907; изд. 2-е, 1913 (докторск. диссерт.); Литературные течения и литературная критика 30-х годов, М., 1908; Очерк истории журналистики за первую половину XIX ст., М., 1909; Тенденциозная беллетристика 60-70-х гг., М., 1910; Сороковые и шестидесятые годы, Варшава, 1911 (изд. 2-е, СПБ., 1915); Ф. М. Достоевский в русской критике, ч. 1, Варшава, 1913; М. Ю. Лермонтов, Варшава, 1914; На переломе. Схема литературных исканий в XIX и XX ст., Минск, 1927; Пуцiны беларусскай лiтаратуры (Я. Колас, «Новая земля»), Минск, 1924; Поэма Я. Коласа «Сымон Музыка» як аутахарактарыстыка, «Полымя», Минск, 1926, № 8; Белорусская драматургия. Драмы Я. Купалы, «Узвышша», Минск, 1927, № 1; М. Багдановiч. Крыт.-бiографiчны нарыс, «Узвышша», Минск, 1927, №№ 2, 3, 5; Чарговыя задачи вывучэнья гiсторыi бел. лiтаратуры, «Запуск. Аддзелу гуман. навук Р†БК. Працы клясы фулелегii», № 1; Мастацкая лiтаратура у школьным выкладаньнi, вып. I-II, Минск, 1927-1928; Цiшка Гартны як драматург, «Полымя», Минск, 1928, № 9, и др.

II. Архангельский А. С., «Учен. зап. Казан. унив.», 1904, сент.; Резанов В. И., «Известия отд. русск. яз. и слов. Акад. наук», 1904, т. IX, кн. 2; Его же там же, 1910, т. XV, кн. 4; Соловьев С. В., «ЖМНП», 1904, авг.; Козьмин Н. К., там же, 1908, май; «Запросы жизни», 1912; Кадлубовский А. П., «Записки Харьк. унив.», 1909, кн. 3; Сакулин П. Н., «Голос минувшего», 1913, ноябрь; Пиксанов Н. К., «Русская мысль», 1915, № 2, крит. обозр., стр. 1-2; Переверзев В. Ф., «Современный мир», 1916, октябрь; Dr. Prohaska D., «Archiv fur slavische Philologie», 1906, 28 B., H. 2-3; Dr. Machal I., Listy Filologicke, 1905, v. III-IV; «Литература и марксизм», 1928, кн. 3, хроника; Клейнборт Л. М., «Маладая Беларусь», Минск, 1928, и др.

ЗАМФИРЕСКУ

ЗАМФИРЕСКУ - см. Румынская литература.

ЗАМЫСЕЛ

ЗАМЫСЕЛ - см. Творчество.

ЗАМЯТИН

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЗАНГВИЛЬ

ЗАНГВИЛЬ Израэль (1864-1926) - англо-еврейский писатель. Р. в Лондоне, в семье бедных еврейских эмигрантов из Польши. Семья З. тщательно оберегала занесенные из старозаветного еврейского местечка обычаи, поверья и воспоминания, которые и запечатлелись в памяти З.

В 1880 З. окончил полурелигиозную «свободную еврейскую школу». К тому же времени относится и начало его лит-ой деятельности. Первые его произведения, напечатанные в небольших журналах для «домашнего чтения», не отличались особенными литературными достоинствами. Первый роман «The Premier and the Painter» им написан в 1887, совместно с Л. Коуэном; следующие два - «Bachelors Club» (Клуб холостяков) и «Old Maidens Club» (Клуб старых дев) - были в значительной мере растянутыми сериями фельетонов.

З. начал привлекать к себе внимание лишь в 1888-1889 по опубликовании сборника рассказов «Трагедии Гетто», за к-рыми в 1897 последовали «Дети Гетто» - серия рассказов из жизни польских евреев. В 1898 он написал своих «Мечтателей Гетто»; вскоре «Комедии Гетто» и другие аналогичные «Гетто» вывели З. на столбовую дорогу английской литературы. Каждое новое «Гетто» укрепляло его известность как своеобразного художника. Большую роль конечно при этом сыграло то обстоятельство, что материал, к-рым пользовался З., и среда, к-рую он описывал, были совершенно незнакомы английскому читателю. З. привлекал его новизной и экзотичностью своей тематики. К этому надо прибавить своеобразный юмор З. и его склонность к парадоксам. Юмор З. нравился своим едва заметным «иностранным» привкусом еврейского анекдота, а парадоксы, отдаленно напоминавшие Шоу и Честертона, входивших тогда в моду, никак не могли оскорбить или напугать английского филистера. Все это вместе взятое сделало З. в глазах английского читателя весьма популярным еврейским писателем, а в глазах иностранцев - известным английским беллетристом.

«Гетто» З. не были отражением жизни еврейства. С живой жизнью еврейских масс, особенно Восточной Европы, З. не имел ничего общего, он с нею просто не сталкивался, знал о ней лишь по наслышке и по воспоминаниям других. Еврейскому читателю произведения З. настолько чужды, что, несмотря на свою популярность в Западной Европе, почти не переводились на еврейский язык.

В 1898 З. пытался в романе «Flutterduck» отразить жизнь евреев, к-рых он видел вокруг себя в Лондоне, в вайтчепельском иммигрантском квартале. Его «объективность» выразилась в том, что он «показал», как еврейские предприниматели и хозяйчики Уайтчепеля живут чуть ли не беднее своих рабочих. А писалось это в самый разгар «потогонной системы», когда с рабочего-иммигранта драли не семь, а семьдесят семь шкур.

В конце 90-х гг. З. посетил Америку и в результате этой поездки написал драму «The Melting Pot» (Тигель). Идея драмы - в том, что Америка является могучим тиглем, в к-ром различные национальности и расы - и в том числе евреи - переплавляются в одну новую и единую американскую расу, и что этот переплав является чуть ли не неизбежным законом. Драма З., давшая тусклое и кривое зеркало американской жизни, долго на сцене не продержалась и была скоро забыта. Осталось, острое словцо «Тигель», которое З. пустил в оборот.

Любопытно однако, что сам З. придавал мало значения своей теории «Melting Pot», являвшейся проповедью полной национальной ассимиляции, так как через несколько лет примкнул к крайнему националистическому течению среди евреев - к сионизму - и стал его ярым пропагандистом. Но от сионизма он скоро отошел и попытался - без особенного успеха, впрочем, - создать собственную партию территориалистов, утверждавших необходимость отдельной территории для еврейского народа. Неуспех территориализма однако заставляет Зангвиля сделаться рыцарем целого ряда других идей. То он ярый борец за феминизм, то пишет статьи, восхваляющие вегетарианство, то выступает на рабочих собраниях и объявляет себя противником войны.

После Октябрьской революции З. присоединяется к той небольшой группе радикальной интеллигенции Англии, к-рая выступает против интервенции и в защиту Советского Союза, чуть не примыкает к коммунистической части группы «Clarte», основанной Барбюсом. Но почти в то же самое время он пишет комедию «We, Moderns» (Мы, современные), представляющую злостную карикатуру на современные радикальные настроения молодежи.

Его последнее произведение - «Голос из Иерусалима» - очень слабая вещь, переполненная сионистскими разглагольствованиями, несмотря на то, что с сионизмом З. уже давно порвал и даже выступал против него по всякому поводу, противопоставляя палестинской неудачной колонизации успехи еврейского земледелия в СССР.

Жизнь и творчество З. были воплощением одного из парадоксов, которыми он любил играть: «его почитали те, кто его не понимал». Творчество З. отмечено нарочитостью и случайностью. Его рассказы и пьесы написаны лишь для того, чтобы произвести впечатление подслушанным острым словцом или сногсшибательной фразой. З. был характерным выразителем мятущейся и растерянной мелкой буржуазии, нигде не находящей себе места и потому примыкающей то к тому, то к иному политическому направлению.

Библиография:

На русском языке: Собр. сочин., 4 тт., изд. «Атенеум», М., 1910-1911 (т. I. Комедии Гетто, Лик скорбящего, Еврейский Гамлет, Наемники, Еврейская троица, Вечная труженица, Англизация; т. II. Мечтатели и фантазеры Гетто, Иосиф-фантазер, Спаситель народный, Живые мощи, Сфинкс подснежник; т. III. Плащ пророка, Роман; т. IV. Король Шнореров).

ЗАНД

ЗАНД Жорж - см. Санд Жорж.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV