Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "Л" (часть 10, "ЛУК"-"ЛЯШ")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "Л" (часть 10, "ЛУК"-"ЛЯШ")

ЛУКРЕЦИЙ

ЛУКРЕЦИЙ Тит Кар (99-55 до христ. эры) - выдающийся римский поэт-философ. Принадлежал к общественной группе так наз. «всадников». Первый век, когда жил Л., открывается напряженной борьбой классов - рабов и рабовладельцев. Эта борьба во многих случаях перерастала в открытое восстание рабов. Достаточно указать на грандиозное восстание Спартака в 70-х годах, охватившее всю Италию. Массы рабов росли не только вследствие привоза их, но и за счет пролетаризации мелких аграриев, особенно на юге Италии. Эта пролетаризация росла по мере усиления роли торгового капитала, вытеснявшего зерновые культуры более рентабельными культурами оливы и винограда. Разрушая хозяйства мелких аграриев, этот допотопный, по выражению Маркса, торговый капитал («Капитал», том III, часть 1, гл. XX) нередко превращал их в рабов. Сословие «всадников» было на передовой линии этой разрушительной работы, выступая иногда непосредственно, а иногда лишь совместно с классом крупных рабовладельцев. Выражением стремления этого образовывающегося сословия «всадников» являются слова Горация: «О, граждане, сначала нужно добиться богатства, а потом добродетели». С социальным положением «всадников», определявшим индивидуализм их мировоззрения, гармонировала атомистическая теория Эпикура. С другой стороны, социальное бытие «всадников» придавало их идеологии известный радикализм. Лукреций и является идеологом этого сословия. Напр. критика религии, на к-рой построено основное произведение Л. - поэма «О природе вещей» (De rerum natura), является по существу политическим выступлением, поскольку религия тогда противоречила интересам его сословия-класса, защищая привилегии римской аристократии.

Л. является систематизатором и возобновителем материалистической философии на основе научных и философских достижений его времени. Излагая в художественной форме атомистическую теорию Эпикура, он вносит в нее те изменения, которые естественно определились с течением времени. Многие положения, которые у Эпикура являлись просто постулатами и абстракциями, у Л. конкретизируются и доказываются весьма рельефно. Так например он с большой силой обосновывает образование органического и неорганического мира. Дает сообразно своей системе материалистическую трактовку сновидения, мастерски описывает и объясняет целый ряд явлений природы (в частности отметим его стихи об Этне). В естественно-научной части Л. выставляет целый ряд верных положений, так например он дает законченную теорию вулканических явлений, «во многих отношениях сходную с современными гипотезами» (Гюнтер, История естествознания в древние и средние века).

Поэма Л. несмотря на большие теоретические недостатки и целый ряд наивных утверждений благодаря своей материалистической установке содействовала освобождению умов от религиозных и иных предрассудков, и именно в этом заключается ее громадное историческое значение. Л. вносит ясность в целый ряд вопросов и положений тогдашней науки и помогает мысли в ее дальнейшем оформлении естественно-научных данных.

Лукреций как мыслитель выступает в общем и целом как типический представитель древнего механистического материализма. Но этот механистический материализм древнего мира значительно отличается от механистического материализма нового и нашего времени. Несмотря на общий метафизический характер философии Лукреция, в ней имеются диалектические элементы, что поднимает эту механистическую концепцию над современным механистическим, плоским материализмом. Будучи материалистическим сенсуалистом, Л. не ограничивается чувственными данными. Материализм Л. - это древний материализм в его классической формулировке, к-рая представляет синтез древней науки и теоретического мышления. За материализм и связь с естествознанием ругал его Гегель, за это хвалил его Ленин. Выковывая оружие для борьбы с религией, его беспощадная критика предрассудков и суеверий становится веским аргументом против основ всякой религии, т. к. ход вещей он объясняет не мистическими силами, а материальными причинами. Вот почему поэма Л. сохранила свое значение и в новое время; так, Джордано Бруно с любовью цитирует Л. и часто ему подражает. Все мыслители-материалисты XV-XVII вв. были под влиянием Л.; Гоббс усиленно выдвигает механическую сторону материализма Л. В дальнейшем на европейском континенте выступает целая плеяда философов, которые составляют блестящую страницу в истории материализма: Гольбах, Гельвеций, Ламетри, Мелье, Дидро. Они на новой научной базе отчасти воспроизводят недостатки и достоинства материалистической философии Лукреция.

Произведение Л. - дидактическая поэма, популяризирующая философские идеи, жанр, довольно обычный в ту эпоху. Отметим, что еще до Лукреция Манилий и Германик пробовали изложить свои астрономические взгляды в дидактической поэме. Поэт Саллюстий в своем стихотворении «Эмпедокл» излагает учения древнегреческих натурфилософов. Облекая философское содержание в звучную форму гекзаметра, Л. сам объясняет, почему он пишет стихами: поскольку научное знание трудно воспринимается, нужно с помощью поэзии облегчить овладение им; Л. считает поэзию одним из способов распространения знания, пропаганды основанных на нем идей. Широкая антирелигиозная пропаганда и развернута Л. в его поэме. Она состоит из 6 книг. Каждой книге предпослано поэтическое вступление, за к-рым следует изложение соответствующей части атомистической философии. Вступление - большей частью восхваление (греческого народа, Эпикура, Афин) или размышления общего характера (о силе знания, о величии своей задачи). В поэтическом оформлении философского материала преобладают сравнения, которые развертываются иногда в весьма яркие описания, например вечного возрождения в природе, пасущегося стада, ручья, боя, культа Кибелы, чумы в Афинах. Латинский язык поэмы отличается как архаизмами, так и некоторыми новообразованиями, вызванными необходимостью передачи незнакомых римлянам философских понятий; впервые выразив сложное содержание в римской поэзии, Лукреций содействовал выработке литературного языка.

Библиография:

I. Поэма Лукреция о природе вещей, перев. А. Клеванова, М., 1876; О природе вещей, перев. Ив. Рачинского, изд. «Скорпион», М., 1904; То же, изд. 2-е, М., 1913 (изд. Сабашниковых); Lucretius Carus Titus, De rerum natura, Interpretationem et notas addidit T. Creech, 1695; Of the Natur of Things, Transl. into Verse, with Notes by T. Creech, 2 vv., 1714; Corpus poetarum latinorum, ed. J. P. Postgate, 1894; Extraits, avec commentaires, notes et etudes sur la poesie, la philosophie de Lucretius, par H. Bergson, 1915; De rerum natura, Notes and Transl. by H. A. Munro, 4-th Ed., finally revised, 2 vv., Explan. Notes with intr. Essay on Scientific Signification of Lucretios, by E. N. da С. Andrade, 1928.

II. Кулаковский Юл., Поэма Лукреция о природе, Киев, 1887; Модестов В., Лекции по истории римской литературы, СПБ, 1888 (здесь же указания на филологич. литературу о Л.); Базинер О., Эпикуреизм и его отношение к новейшим теориям естественных и философских наук, Одесса, 1889 (здесь же отрывок из V кн. Лукреция в перев. Базинера; ср. перепеч. в «Вестнике Европы», 1893, II); Ланге А., История материализма и критика его значения в настоящее время, перев. Н. Страхова, изд. 2-е, СПБ, 1899; Гюйо М., Мораль Эпикура и ее связь с современными учениями, перев. Н. Южина, Собр. сочин. Гюйо, т. II, СПБ, 1899; Маркс К., Различие между натурфилософией Демокрита и Эпикура, Сочин. К. Маркса и Ф. Энгельса, Под редакцией Д. Б. Рязанова и И. Степанова, т. I, Гиз, М., 1923; Танхилевич О., Эпикур и эпикуреизм, (М.), 1926; Вандек В., Тит Лукреций Кар и его философия воинствующего атеизма, 1926; Martha, La poeme de Lucrece. Morale, religion, science, P., 1869; Santayana Y., Three philosoph. Poets: Lucretius, Dante and Goethe, 1910; 3-th Ed., 1922; Conington J., The Style of Lucretius and Catullus, 1867; Herford C. H., The Poetry of Lucretius, 1918.

ЛУНАЧАРСКИЙ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЛУНДБЕРГ

ЛУНДБЕРГ Евгений Германович (1883-) - писатель. Родился в Тоурогене, Ковенской губернии. Образование получил в «Высшей школе общественных наук» в Париже, затем в Иенском университете. Подвергался арестам (за странничество по России, отказ от воинской повинности и др.). С 1903 Л. сотрудничал в журн. «Новый путь», «Журнал для всех», «Русская мысль» и др. После Октябрьской революции Л. работает в издательском деле. С 1920 по 1924 жил в Берлине, где организовал левонародническое изд-во «Скифы», берлинский отдел Госиздата и Гостехиздата.

Кроме двух книжек рассказов, выпущенных в 1909 и не представляющих особого интереса, Л. печатал статьи по литературе. Им изданы 2 тома «Записок писателя», охватывающие период 1917-1924. Статьи Л. по литературе (книги «От вечного к преходящему», «Мережковский и его новое христианство») характеризуют его как определенного идеалиста, борющегося с марксистской критикой. «Записки писателя» рисуют большой пройденный путь Л. В юности - «непрерывный революционный роман» с соц.-дем. и с эсерами; литературная жизнь в неопределенно-радикальных писательских кругах; в мистическом «Новом пути» был представителем скептического направления; в сухановском «Современнике» тяготел к «эстетизму». Политически Л. «плохо воспитан», в годы Октябрьской революции стоит в стороне от борьбы, колеблясь между различными партиями. Ему все еще «грезилась» феерическая «всенародная», «всесословная», «всепрощающая революция». Оба тома «Записок писателя» представляют интерес для советской общественности как показ крушения народнических иллюзий.

Библиография:

Рассказы, Киев, 1909; Мои скитания, Рассказы, Киев, 1909; Рассказы, кн. III, 1911; Мережковский и его новое христианство, СПБ, 1914; Записки писателя (1917-1920), том I, Берлин, 1922; От вечного к преходящему, Сб. статей, Берлин, 1923; Ленин и легенда, 1924 (вышло на нескольких яз.); Записки писателя, 2 тт., изд. Ленинградского т-ва писателей, Л., 1930.

ЛУНЦ

ЛУНЦ Лев Натанович (1901-1924) - беллетрист и драматург первых лет пооктябрьской эпохи, идеолог лит-ой группы «Серапионовы братья» (см.). Р. в Петербурге, в 1918 окончил гимназию, в 1922 - университет, при к-ром был оставлен для научной работы по кафедре западно-европейских лит-р. Образцами публицистической деятельности Л. являются его статьи: «Почему мы Серапионовы братья », «О публицистике и идеологии», «На Запад», послесловие к трагедии «Бертран де Борн». Из художественных произведений Л. наиболее известны: трагедии «Бертран де Борн» и «Вне закона», из рассказов - «Исходящая № 37» и «В пустыне». Л. умер от воспаления мозга в Гамбурге.

Литературно-идеологическая концепция Л. с наибольшей отчетливостью выразилась в указанных выше публицистических статьях. Он выступает в них в качестве воинствующего буржуазного индивидуалиста, для к-рого эпоха военного коммунизма представляется гл. обр. как период величайших регламентаций, регистраций и казарменного упорядочения. «Слишком долго правила русской литературой общественность», заявляет Л. и от этой общественности спасается в иллюзорный мир пустынника Серапиона. Последний должен, по мысли Л., уберечь писателя от ответа на сакраментальные вопросы: «С коммунистами или против коммунистов? За революцию или против революции?» Об ответе на этот вопрос самого Л. нетрудно догадаться по его неоднократным заявлениям о том, что «никому в мире не разорвать единства крови родных братьев» (Серапионов - М. М.), и о том, что «нам все равно, с кем был Блок-поэт, автор Двенадцати , Бунин-писатель, автор Господина из Сан-Франциско ». По мысли писателя, одинаково заслуживают быть воспетыми «штурм Кронштадта и взятие Перекопа, и ледяной поход Корнилова, и партизанская война в Сибири!» Такое настойчивое стремление оторвать литературу от общественной жизни, желание во что бы то ни стало видеть искусство освобожденным от политической направленности, всемерное открещивание от идеологии, что в действительности принимало характер прямой враждебности к пролетарской идеологии - все указывало на буржуазное, реакционное мировоззрение писателя. Лунц был типичным выразителем идей либеральной буржуазной интеллигенции предоктябрьской формации; последняя была твердо уверена, что Октябрьская революция - скоропреходящее явление, и уже во всяком случае не понимала и решительно не принимала пролетарского содержания революционной действительности. Отсюда своеобразное высокомерие всех писаний Л., бравада писательской «независимостью», вызов власти, понимаемой Л., судя по всему, как непреложная категория угнетения. Социальная природа власти рабочего класса остается для Л. враждебной, несмотря на то, что торжество открытой контрреволюции пугало его (финальная сцена в пьесе «Обезьяны идут»).

Романтизм, пламенным сторонником которого являлся Л., в руках писателя превращался в орудие общественной дезориентации. В этом отношении наиболее характерна самая значительная трагедия Л. «Вне закона». Каменотес Алонсо Энрикес, свергающий съюдадского герцога во имя освобождения народа от тиранов, сам превращается в тирана, как только занимает место свергнутого правителя. Центральная идея трагедии - перерождение власти - дополняется неоднократным подчеркиванием той мысли, что народ в целом не способен ни к чему, кроме анархической разнузданности и стремления к обогащению путем грабежа. Как бы ни были туманны и остранены общественные контуры и характеристики в «Вне закона», социальное звучание трагедии остается глубоко реакционным.

Библиография:

I. Вне закона, Трагедия в 5 д. и 7 акт., «Беседа», 1923, № 1; То же, изд. Гржебина, П., 1923; В пустыне, Рассказ, альманах «Серапионовы братья», 1922, № 1; Исходящая № 37, Рассказ, «Россия», 1922, № 1; Родина, Повесть, «Еврейский альманах», 1923; Бертран де Борн, Трагедия в 5 д., сб. «Город», 1923, № 1; Обезьяны идут, «Веселый альманах», изд. «Круг», 1923; Город правды, «Беседа», 1924, № 5. Статьи: Почему мы «Серапионовы братья», «Литературные записки», 1922, № 3; На Запад, «Беседа», 1923, № 2; О публицистике и идеологии, газ. «Новости», 23/X 1923.

II. Воронский А., Серапионовы братья, «Красная новь», 1922, № 3; Федин К., Лев Лунц, «Жизнь искусства», 1924, № 22; Нельдихен С., Л. Лунц (некролог), «Россия», 1924, № 5; Горький М., Памяти Л. Лунца, «Беседа», 1924, № 5; Браун Я., Ст. в журнале «Сибирские огни», 1924, № 1; Шкловский В., Современники и синхронисты, «Русский современник», 1924, № 3; Полянский В., «На литературном фронте», М., 1923; Коган П., Литература этих лет (неск. изд.).

ЛУОТО

ЛУОТО Лаури (Брунэ Шегрен) (1889-) - финский пролетарский писатель, эмигрировал в СССР, член ВКП(б). Участвовал в действиях красногвардейских отрядов в 1918. Издал в Америке четыре романа, из коих три («Valkoisen, leijonan motsastajat», «Kamaran sankaritu» и «Jkuiset uhritulet») изображают гражданскую войну в Финляндии. В романах Л. есть идеологические срывы (недооценка руководящей роли пролетариата, преувеличение инициативы крестьянства в ряде местных восстаний). При всей богатой фантазии и фабульном мастерстве произведения Л. недостаточно продуманы. Язык небрежен, пестрит «романтической» вычурностью.

ЛУРЬЕ НОЙАХ

ЛУРЬЕ Нойах (1885-) - современный еврейский советский писатель. Р. в местечке Блашне (Белоруссия). В 1905-1918 - активный член Бунда. Служил в армии при Керенском. В 1920 пошел добровольцем в Красную армию. Участвовал в красном марше на Варшаву. Один из активных строителей еврейской советской школы в УССР.

Свою литературную деятельность Л. начинает в 1911, но его писательский талант оформляется в годы пролетарской революции. Л. выступил с большой повестью «Zawl di fis» (Завл-ноги): рабочий, привыкший к тому, чтобы им в старой нелегальной партийной организации всегда руководили, вынужден в дни деникинской оккупации, после разгрома партийной верхушки, взять на себя обязанность руководителя. Полуграмотный пролетарий, он пишет листовки-прокламации и спасает честь подполья.

Наиболее крупное произведение Л. - книга рассказов и новелл «Мосты горят» (Brikn brenen). Многие рассказы этой книги написаны на тему о гражданской войне и роли Чека в уничтожении контрреволюционных гнезд. Наряду с изображением деятельности Чека писатель рисует ряд жутких картин истребления еврейского населения петлюровцами, зелеными и другими бандами. Показ этих событий носит следы националистического прошлого Лурье.

В дальнейшем Л. переходит к мотивам соц. строительства. В рассказе «Слегка» (Indergring), изображая рабочего-партизана, ставшего ответственным работником, но вскоре порвавшего со своим революционным прошлым, со своим классом, Л. однако не показывает путей, по которым свихнувшийся пролетарий может вернуться назад к своему классу - пролетариату.

В рассказе «Под колесом» (Untern Rod) Л. изображает «честного» старорежимного буржуа, к-рый не в состоянии принять новой советской действительности, не может угнаться за нэпманами и их «методами» наживы и кончает самоубийством. Объективно этот рассказ выражает сочувствие «драме» погибающих собственнических элементов.

В новелле «Громкоговоритель» (Hoichreider, 1930) Лурье показывает, как наша провинция теряет свой специфический характер и как центр революции связывает людей, находящихся в разных уголках нашего Союза. Лурье был членом еврейской секции ВУСПП. Подал заявление о вступлении в ВКП(б).

ЛУРЬЕ НОТЕ

ЛУРЬЕ Ноте (Note Lurje, 1907-) - современный еврейский писатель-прозаик из группы «пролетарского молодняка». Вырос в еврейской земледельческой колонии; рабочий, комсомолец с 1922, был членом ВУСПП. В 1931 окончил вуз. В 1929 дебютировал в газ. «Дер Эмес» фрагментами из большой повести «Der Step ruft» (Степь зовет). Основная идея этого произведения - социалистическая перестройка старой еврейской земледельческой колонии в колхоз. В связи с перестройкой развертывается жестокая классовая борьба в деревне. В этой борьбе побеждает бедняцкая масса Бурьяновки под руководством большевистского актива. Хорошо зная еврейский земледельческий быт, Лурье мастерски воспроизводит его. Отдельные эпизоды нередко нарушают цельность композиции, становясь самодовлеющими. Лурье - мастер пейзажа, при этом ему однако не вполне удалось избежать влияния импрессионизма. Повесть «Der Step ruft» принадлежит к ведущим произведениям еврейской пролетарской прозы.

ЛУ-СИНЬ

ЛУ-СИНЬ (1881-) - псевдоним современного китайского писателя Чжоу Шужэня. Р. в провинции Чжэцзян, в семье сельского интеллигента. Рано лишившись отца, Л.-С. сам пробивает себе дорогу. Учился сперва в мореходной школе, затем окончил горное училище и был послан в Японию для завершения образования. Попав в Токио, меняет профессию и, окончив медицинский институт в Сендай, становится врачом. В начале Русско-японской войны Л.-С. выступает в качестве публициста. Двадцати девяти лет, стесненный материальными условиями, возвращается в Китай, становится преподавателем в средней школе своего родного города и занимается переводами.

Революция 1911 выносит Л.-С. на поверхность общественной жизни. Национальное правительство назначает его советником при министерстве народного просвещения в Пекин; здесь он получает ученую степень и кафедру национальной литературы при Государственном университете. В 1918 Л.-С. принимает участие в так наз. «лит-ой революции», печатаясь в революционном журнале «Синь цин-нянь» (Новая молодежь) под псевдонимом Лу-Синь (по фамилии своей матери). Борясь за европеизацию китайского яз., он пропагандирует развитие «малых форм», ранее отсутствовавших в китайской литературе (написанные на бай-хуа, приближающемся к разговорному яз., короткие рассказы на бытовые темы, напр.: «Одиночка», «Волнение», «Счастливая семья» и антиконфуцианская «Хроника сумасшедшего»). В первый период китайской революции 1925-1927, к моменту Северной экспедиции Кантонской армии, Л.-С., не выдержав цензуры и притеснений реакционного пекинского правительства, уезжает на революционный юг по приглашению Кантонского университета, но непосредственного участия в революции все же не принимает. После измены национальной буржуазии и перехода ее на сторону империализма переходит к издательской работе, учредив анонимное изд-во «Вэй-мин шэ», ставящее задачей перевод иностранной, в частности советской литературы. Этим издательством выпущены сочинения Кропоткина, Лавренева, Горького, Серафимовича, Фадеева, Гладкова и литературно-критические статьи Плеханова и Троцкого. В переводе самого Лу-Синя опубликованы «Разгром» Фадеева, «Октябрь» Яковлева и другие произведения советских писателей. Из оригинальных художественных произведений Лу-Синя нужно отметить два сборника новелл: «Нахань» (Крик), включающий рассказы периода 1918-1922, и «Пан-хуан» (Блуждания) периода 1924-1925, а также шесть сборников этюдов, стихотворений в прозе и писем, с преимущественно публицистическим уклоном, - «Могильник», «Дикие травы», «Теплый ветер», «Цветной покров» (2 тт.), «Плоды давнишних достижений».

Натуралистически-импрессионистская сатира, характеризующая Лу-Синя, идеологически связана с мелкобуржуазной интеллигенцией; основная тематика его произведений - быт деревни, пролетариев и полупролетариев и городской интеллигенции; он уделяет много места событиям периода революции 1911 года, боксерскому восстанию, остро сатирическими красками рисует темные стороны современности, но его протест не связан ни с какими положительными выводами. Для этого у него нехватает революционного мужества. Мелкобуржуазная сущность творчества Лу-Синя ясно выступает в его произведениях «Крик» и «Блуждания». В одном месте он прямо пишет: «В раю мне что-то не нравится, - я не хочу туда итти; в аду есть что-то такое, что мне не нравится, - я не хочу туда итти; в будущем золотом веке есть что-то такое, что мне не нравится, я не хочу туда итти. О! куда же я пойду. Не лучше ли блуждать здесь и только». В этих словах четко выражена мелкобуржуазная нерешительность Лу-Синя. В известном его произведении «Правдивая история А-кея» изображены, с одной стороны, суеверный фатализм китайской крестьянской бедноты («жить, как бог хочет»), а с другой - беспощадная эксплоатация, интриги, жестокость и хитрость господствующих классов. «Правдивая история А-кея» дает анализ идеологии части крестьянства в начале революции 1911. Верхушечные слои населения - тухао и джентри - спекулируют на революции, чтобы поднять свое влияние, а бедняки, преданные революции, погибают за нее. Так погибает и А-кей.

Когда возникло в Китае пролетарское литературное движение, Л.-С. отнесся к нему очень несерьезно, издеваясь над ним и считая его детской болезнью. В редактируемом им журн. «Юй-сы» (Словесная нить) он вел полемику с журн. «Творчество» и «Солнце». Оставаясь на мелкобуржуазной позиции, он пишет: «Говорить о жизни оторванно от искусства - это задача политика и участника в социальном движении. Те, к-рые горячо симпатизируют революции, могут войти в самую революционную массу. Зачем им говорить о литературе и искусстве?» Дальше он говорит: «Пытаться использовать литературу и искусство для революции - это бред», «искусство имеет свою самостоятельную и неограниченную ценность». Здесь Л.-С. противоречит своим собственным высказываниям, где он отрицает чистое искусство, утверждая, что его нигде никогда не было и быть не может и что «художник всегда сын своей страны и эпохи» (сборник «Хуа-гай»). Китайская литературная критика самым различным образом оценивала Лу-Синя. Наиболее характерна статья о Лу-Сине критика Чжан Дин-хуана, напечатанная в январском номере левогоминдановского журнала «Сяндай пинлунь» (Современная критика, 1925), в которой он говорит: «В его произведениях нет кинематографической необычайности, как ее нет и в повседневной жизни. Произведения Лу-Синя говорят о простых, обыкновенных людях, он показывает нам то, мимо чего мы слепо проходим в жизни, он показывает нам самих себя. Л.-С. нападает на китайцев и высмеивает их, но сам он типичный китаец, и все его произведения глубоко национальны. О нем можно сказать, что он у нас пока единственный бытописатель деревни. На революционном поле нашей литературы он первый подлинный писатель, открывающий новую эру, хотя сам никогда не воспевает лит-ой революции».

Из отдельных произведений Лу-Синя наиболее известны рассказы: «Правдивая история А-кея», «Записки сумасшедшего», «На показ», «Родина», «Лекарство». «Счастливая семья», «Одиночка».

По своей идеологии Л.-С. - типичный мелкобуржуазный радикал. Сыграв значительную роль в так назыв. «литературной революции», впервые внеся мотивы деревни в новую литературу и доказав своими произведениями возможность художественного использования живого языка вместо архаических форм старой письменности, Лу-Синь в своем дальнейшем развитии отстал от бурных темпов китайской революционной литературы, оставшись на анархическо-индивидуалистических позициях. Весь период великой революционной волны 1925-1927 Л.-С. стоял в стороне от нее, сохраняя позиции аполитичного художника. Однако период гоминдановской реакции и новый революционный подъем обусловили собой известный поворот в мировоззрении Л.-С. С 1928 Л.-С. переживает резкий перелом. Он основал «Лигу свободы», которая сыграла известную роль в революционном движении, особенно среди интеллигенции. В феврале 1930 Л.-С. выпустил вместе с 50 другими представителями литературного мира и интеллигенции воззвание от имени «Лиги свободы» против гоминдановского режима. Он редактировал журн. «Мон-Я» и др., которые были запрещены гоминдановскими властями и английскими империалистами. Л.-С. вошел далее в «Лигу писателей левого фронта» и был избран членом президиума этой Лиги. Он перевел несколько произведений советской, японской и западной революционной литературы. Теперь Чан Кай-ши запрещает произведения Л.-С., написанные после 1928. Л.-С. неоднократно подвергался преследованиям Гоминдана; в настоящее время он находится на нелегальном положении.

Произведения Л.-С. частично переведены на японский, английский и французский яз. В русском переводе вышла книга «Правдивая история А-кея», включающая избранные повести и рассказы Л.-С.

Библиография:

Правдивая история А-кея, Сборник рассказов (Правдивая история А-кея; Счастливая семья; Почтенный Гао; История с волосами; Кун И-цзи; Буря; Родина; Деревенский театр), «Прибой», Ленинград, 1929.

ЛУЦИЛИЙ

ЛУЦИЛИЙ (148-?) - древнеримский сатирик, публицист второй половины II века до хр. эры. Деятельность его протекала в эпоху роста римской экспансии и обострения политической борьбы в Риме, когда начал создаваться публицистический стиль с сильным сатирическим уклоном. В результате получился новый литературный жанр - «сатира» (см.), который у Луцилия впервые определился как таковой, приняв постоянную метрическую форму - гекзаметр. Л. - выразитель настроений эллинистически образованной аристократии, к-рая оценивала действительность через призму греческой идеалистической философии (особенно - стоицизма) и, возмущаясь отрицательными явлениями современности, романтически ориентировалась на более «здоровое» прошлое Рима. Сатиры Луцилия, от которых остались лишь многочисленные отрывки (более 800), отражают этот романтический отход от действительности. Луцилий восторгался «добродетелью» древних римлян, порицал современное ему корыстолюбие, честолюбие, обжорство и роскошь; отчасти по адресу своего же класса он высказывал сожаление, что только золото является в данную эпоху залогом «добродетели». Луцилий также не щадил и отдельных личностей, иногда он подтрунивал над яз. и манерой других писателей. Л. - предшественник сатир Горация, Персия, Ювенала. Гуманисты XVI в. отчасти использовали сатирические фрагменты Луцилия.

Библиография:

Нажотт, История латинской литературы, перев. Шамониной, М., 1914; Ribbeck A., Geschichte der romischen Dichtung, III, Stuttgart, 1892-1900; Schanz M., Geschichte der romischen Literatur, II, 3-e umgearb. u. verm. Auflage, Munchen, 1913.

ЛЫНЬКОВ

ЛЫНЬКОВ Михась (1899-) - белорусский писатель, член ВКП(б). Родился в б. Витебской губ. в семье железнодорожного рабочего. Окончил Рогачевскую учительскую семинарию, с февраля 1917 был народным учителем. Принимал активное участие в партизанских отрядах против белополяков, гетмановцев и немцев. В 1919 вступил в ряды Красной армии. Участвовал в походе на Варшаву, сражался на колчаковском фронте. В 1922 демобилизовался, затем учительствовал, был активным селькором. С 1925 работает в редакции бобруйской газеты «Комунiст» (последние годы - редактор газеты); был секретарем БелАПП. В настоящее время - член правления Белгосиздата. Первое литературное произведение Л. появилось в печати в 1926.

Тематика творчества Л. первого периода - гражданская война и быт белорусского местечка. Глубокие внутренние процессы, происходящие в связи с революцией в патриархальном быту белорусского местечкового еврейства, отразились в некоторых произведениях этого периода. Писатель выводит целый ряд уже отживающих типов (Беня-балагол). Изображая еврейское местечко, Л. недостаточно вскрывает классовую диференциацию его. К первому периоду относятся также рассказы Л., отражающие борьбу с белыми и походный быт красноармейцев.

Как писатель Л. вырос на партийной и газетной работе в БССР. Для второго периода творчества Л. характерен сборник рассказов «Андрэй Лiтун» из жизни железнодорожных рабочих и крестьян-кустарей о классовой борьбе и работе парторганизаций и КСМ в деревне. Действующие лица и их поступки в произведениях Л. имеют определенную классовую направленность. Пролетариат в его борьбе за переустройство мира и решительное преодоление трудностей, лежащих на его пути, - основной стержень творчества Лынькова.

Борьба с вредительством, борьба передовых пролетариев против настроений отсталой группы рабочих находит отражение в последнем произведении Л. - повести «Апошнi зьверыядавец». Здесь автор широко развертывает картину жизни и работы на одном из заводов Белоруссии и пытается показать процесс формирования нового человека в условиях классовой борьбы.

Л. концентрирует свое внимание не на вещах, а на людях. Он четко рисует человека как продукт социально-экономических отношений. Если в первый период творчества Лынькову не удавался показ персонажей и их действий в порядке их последовательности, то во второй период этот недостаток постепенно изживается.

Библиография:

Апавяданьнi, Рассказы, издание ЦБ «Маладняка», Минск, 1927; Гой, Минск, БГИ, 1929; Андрэй Лiтун (Андрей Летун), БГИ, Минск, 1930; Апошнi зьверыядавец (Последний звериадавец), Минск, БГИ, 1930.

ЛЫТКИН

ЛЫТКИН Василий Ильич - коми (зырянский) поэт, был членом Коми АПП со дня ее основания. По происхождению - крестьянин. После Октябрьской революции окончил вуз и прошел аспирантуру по лингвистике в Институте народов Востока в Москве. Состоял доцентом по финно-угорским яз. в I МГУ. Ведет работу по латинизации в ЦК нового алфавита РСФСР. Л. начал писать до революции, но его творчество широко развернулось лишь после революции. В 1918-1920 Л. дает ряд революционных стихотворений («Великое утро», «Первое мая», «Осенью») и рассказов на темы о гражданской войне, выступает с сатирическими стихотворениями против зырянофобствующей части интеллигенции и т. д. В творчестве Лыткина в этот первый его период преобладают еще лирические мотивы, выражающие мелкобуржуазные настроения, особенно в 1924-1925. Мелкобуржуазной идеологией проникнута и его значительная по мастерству формы поэма «Мунoны» (Идут), посвященная 10-летней годовщине Октябрьской революции. В последние годы в поэтическом творчестве Л. начинают преобладать мотивы роста социалистического строительства. Как лингвист Л. принимает активное участие в выработке литературного языка коми; он написал ряд работ по языку коми, из которых особого внимания заслуживает «Очерк фонетики коми языка» (М., 1929). Его перу принадлежит также ряд характеристик коми писателей («Коми писатели», М., 1926).

Библиография:

Ряд стихотворений и введение, в сб. «Коми гижысьясь», Сыктывкар, 1926; Мунoны (Идут), Поэма, Сыктывкар, 1927; Кывбур ‘яс. Сборник стихотв., Сыктывкар, 1919; Стихотворения и статьи в журн. «Ордым» и в газ. «Югыд туй», за годы 1926-1931; Коми грамматика, ч. 1, ЦИЗ, 1925, ч. 2, ЦИЗ, 1929; Материалы по коми грамматике (на русском яз.), ЦИЗ, 1929; Очерк коми диалектов, в «Записках об-ва изучения Коми края», том V, 1930; перевод в сборнике Вилайтиса «Поэзия народов СССл, Москва, 1929.

ЛЬВОВ-РОГАЧЕВСКИЙ

ЛЬВОВ-РОГАЧЕВСКИЙ В. (псевдоним Василия Львовича Рогачевского, другие псевдонимы - В. Львов, Homo) (1874-1930) - литературовед. Р. в семье статского советника. Окончил Харьковскую гимназию и университет в СПБ. Студентом принимал участие в революционном движении, в 1898-1899 вступил в «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». С 1900 по окончании университета работает в Харькове в РСДРП, примыкая затем к меньшевикам. После неоднократных арестов был выслан правительством за границу на 3 года за активное участие в революционных событиях 1905 в Петербурге. В 1917 отошел от политической деятельности, занявшись исключительно литературной и преподавательской работой.

Литературная деятельность Л.-Р. начинается с 1895, когда, будучи гимназистом, он выпустил совместно с учителем немецкого языка Б. Краевским книгу «Ганс Закс. Башмачник-поэт», в к-рой поместил свои переводы стихов Сакса. Первая критическая статья «Порывы» (о Горьком и Вересаеве) напечатана Л.-Р. в 1899 в «Одесских новостях» (№ 4624, май), затем начали появляться его статьи и рецензии в «Образовании», «Современном мире» (где Л.-Р. заведывал отделом поэзии) и т. д. Л.-Р. интересовался главным образом текущей литературой: в первый период своей деятельности - эпохой 90-900-х гг. (Л. Андреев, М. Горький, Скиталец и др.), позднее - творчеством писателей периода Октябрьской революции. Критические работы Л.-Р. благодаря доступности изложения и несложности теоретических построений имели широкое распространение в качестве литературного пособия у мало обслуженного марксистской критикой читателя. Известен Л.-Р. также своей культурно-просветительной и общественной деятельностью: он был руководителем писательской организации «Литературное звено», членом правления Всероссийского союза писателей, членом ГАХН и в течение ряда лет читал лекции по литературе в московских вузах.

Считавший себя материалистом-диалектиком, Л.-Р. характерен однако своим неизменным стремлением эклектически сочетать марксизм с чуждыми ему идеалистическими течениями. «При занятиях по литературе мы должны сочетать марксистский метод с достижениями формальной школы. Формальная школа знает только анализ приема. Она забывает, что у писателей не только приемы, но и цели. Публицистическая критика знает только цели и не хочет видеть приемов, посредством к-рых оформлен замысел художника. В своей работе по литературе я стремлюсь к синтезу». В этом утверждении Л.-Р. равно характерны и наивно-эклектическое представление о возможностях «сочетания» диалектического материализма с литературными анализами формализма - наиболее воинствующей буржуазно-идеалистической школы наших дней - и непонимание того, что марксистское литературоведение изучает стиль как диалектическое единство формы и содержания.

Загромождая свои работы обильным биографическим и историко-культурным материалом, уклоняясь в сторону в поисках «духа времени», Л.-Р. вместе с тем теряет из виду основной критерий анализа - момент классовой борьбы, важную роль которой он декларирует в предисловиях. Для его критических произведений характерно полное бессилие раскрыть классовое содержание творчества того или иного писателя.

При попытках отойти в своих историко-литературных работах от вульгарно-импрессионистской эклектической критики, Л.-Р. впадает в другую крайность, - он пользуется литературой лишь как иллюстрацией к процессу историко-культурного развития. Социологический анализ эпохи генетически не увязан с непосредственным анализом литературных текстов, проблема диалектики стилей или совсем игнорируется или разрешается поверхностно, механически - простым констатированием их деградации и смены. Декларируя социальную детерминированность литературы, Л.-Р. не понимал диалектического характера этой обусловленности: момент активности классового сознания выпадал из его поля зрения. Само понятие «класс» Л.-Р. рассматривал не в движении и в связи с конкретными условиями, а статически, что мешало ему напр. различать процесс диференциации, постоянной поляризации, происходящей в среде промежуточных классовых слоев.

Коренная ошибочность методологической установки, крайний эклектизм критических работ Л.-Р. делают их, несмотря на субъективное тяготение критика к марксизму, явно чуждыми марксизму, продуктами приспособления мелкой буржуазии к рабочему движению. Хотя Л.-Р. и отошел после 1917 от политической деятельности, но меньшевистское прошлое густо окрашивало собой его литературно-критическую продукцию. Отсюда - беззубый, бесхребетный, на каждом шагу отмеченный типичным мелкобуржуазным либерализмом характер его критики, никогда не умевшей правильно находить и бить врагов пролетариата в литературе и очень часто выдававшей врагов революции за ее друзей.

Библиография:

I. Две правды, кн. о Л. Андрееве, изд. «Прометей», СПБ, 1914; Поэзия новой России. Поэты полей и городских окраин, «Книгоиздательство писателей», М., 1919; Очерки по истории новейшей русской литературы, изд. ВЦСПО, М., 1920; Русско-еврейская литература, Гиз, Москва, 1922; Введение в изучение литературы дореформенной России, Гиз, М. - Л., 1925; Новейшая русская литература, изд. 5-е, коопер. изд-во «Мир», М., 1926 (изд. 1-е, 1922); Очерки пролетарской литературы, М., 1927; Художественная литература революционного десятилетия (1917-1927), изд. «Мир», М., 1927; От усадьбы к избе, Лев Толстой, 1828-1928, изд. «Федерация», М., 1928.

II. Цейтлин А., Марксисты и формальный метод, «Леф», 1923, книга III; Кубиков И. Н., Львов-Рогачевский (к 25-летию литературной деятельности), «Всемирная иллюстрация», 1924, № 3-4; Пиксанов Н. К., Литературная деятельность Львова-Рогачевского, «Современник», 1925, I (там же и список работ Львова-Рогачевского); Глаголев А., Львов-Рогачевский, Новейшая русская литература, «Печать и революция», 1925, II; Штейнман Зел., Татьяна в обозе, «Звезда», 1927, № 11; Якубовский Г., В. Львов-Рогачевский, «Художественная литература революционного десятилетия», «Красная новь», 1927, № 11; Эйхенбаум Б., Вокруг литературы, в сборнике статей «Литература», Л., 1927; Брейтбург С. М., В. Л. Львов-Рогачевский (некролог), «Литература и марксизм», 1931, II.

III. Мандельштам Р., Художественная литература в оценке русской марксистской критики, издание 4-е, ред. Н. К. Пиксанова, Гиз, Москва, 1928; «Писатели современной эпохи», т. I, ред. Б. П. Козьмина, изд. ГАХН, М., 1928.

ЛЬЮИС М.-Г.

ЛЬЮИС Мэтью Грегори (Matthew Gregory Lewis, 1775-1818) - английский романист, известный под прозванием Монк-Льюис (Monk - монах). Л. один из главнейших представителей «школы ужаса», аристократической реакции против выдвигавшегося на первое место в литературе бытового романа. Основные произведения: «Амброзио, или монах» (1796), сборник «Ужасные повести» (1799), «Волшебные повести» (1802, при участии В. Скотта), «Романтические повести» (1808), а также ряд драм и стихов.

По собственному свидетельству Л., «Монах» написан им под влиянием «Удольфских тайн» Энн Рэдклиф. Однако существенное отличие Л. от Рэдклиф в том, что его роман основан на

1) практическом вмешательстве сверхъестественных сил в судьбу людей;

2) трагическом расхождении долга и действий, в то время как злодеи Рэдклиф лишь охотятся за богатствами, а ужасы раскрываются в чисто натуралистическом плане. «Монах» имел успех совершенно неслыханный (5 изданий в первый же год); при этом важно отметить, что книга распространялась гл. обр. в аристократическом кругу.

Л. оказал значительное влияние на немецкую и французскую литературы.

Библиография:

I. Tales, 2 vv., 1801; Adelgitha, Tragedy, 1806; One o’clock, or The knight and wood daemon, 1811; The bravo of Venice, 1834; Journal of a West India proprietor during residence in Jamaica, 1834; The monk, ed. with introduction by E. A. Baker, 1907.

II. Baron-Wilson M., Life and correspondance of M. G. Lewis, 2 volumes, 1839.

ЛЬЮИС С.

ЛЬЮИС Синклер (Sinclair Lewis, 1885-) - современный северо-американский писатель. P. в Миннесоте - одном из штатов Среднего Запада, в семье врача. В течение нескольких лет занимался журнально-газетной работой. Первый роман Л. «Наш м-р Ренн» (Our m-r Wrenn) вышел в 1914.

В раннем периоде своего творчества (кроме указанного романа сюда относятся «Полет сокола» - «The Trail of the Hawk», 1915, «Простаки» - «The Innocents», 1917, «На вольном воздухе» - «Free Air», 1919) Л. выступает как один из многочисленных представителей стандартно-развлекательной литературы. Тема всех этих произведений - карьера одиночки, выходца из общественных «низов», пробивающего себе дорогу в «общество». Обычный для художника мелкой буржуазии в условиях развитого капитализма конфликт между индивидуумом и обществом, служащий основным движущим противоречием всего творчества Л., трактуется во всех этих произведениях как внесоциальная проблема. Развитие этого противоречия дается здесь экстенсивно, в пространственном плане, путем ухода в экзотику путешествий («Наш м-р Ренн», «Полет сокола»), в спорт («На вольном воздухе») и т. п.

Среди произведений этого периода несколько особняком стоит роман «Работа» (The Job, 1917; в русском переводе - «Уна Гольден)» - история одной из многих трудящихся женщин Америки, создающей себе карьеру долголетним трудом. В этом романе нет уже того экзотизма, того ухода в романтику, к-рые характеризуют остальные произведения Л. того же периода. «Работа» заключает в себе зародыши тех ростков, которые в своем дальнейшем развитии обусловили превращение Л. из мещанского романиста-развлекателя в художника «радикальных» слоев американской мелкой буржуазии.

Но качественный перелом в творчестве Л. относится лишь ко времени появления «Главной улицы» (Main Street, 1920), романа, который стал таким же знаменем для радикальной американской интеллигенции начала 20-х гг. в области художественной литературы, каким была для нее в области идеологии известная «Цивилизация Соединенных штатов» Гарольда Стернса («Civilisation in the United States», ed. by Harold Stearns).

Послевоенный кризис американской экономики, пришедший на смену видимому «процветанию» эпохи империалистической войны, вызвал движение протеста в кругах американской городской мелкой буржуазии и в особенности американского фермерства. Бессильное экономически, это движение вылилось в радикальное течение американской мелкобуржуазной интеллигенции и выдвинуло на авансцену литературы целую плеяду писателей, вошедших в литературную историю под названием «людей 20-х гг.». К ним наряду с Шервудом Андерсоном, Бен Хектом, Флойдом Деллом и др. следует отнести и Л. Он включается таким образом в тот общий поток американской радикальной мелкобуржуазной литературы, начало к-рой положили Гарленд (см.), Крэйн (см.) и Норрис (см.) - первые радикальные писатели-реалисты, выступившие еще в конце прошлого века. Непосредственным предшественником Льюиса в этом плане является Мастерс, основное произведение которого - «Антология Спун Ривер» (Spoon River Antology, 1915) проложило пути для «Главной улицы». Подобно автору «Антологии Спун Ривер», Л. в «Главной улице» восстает против лицемерия, ограниченности и нетерпимости провинциальной Америки. Если раньше романтика, мечты о нереальном мире были для Л. средством примирения противоречий между его героями и действительностью, то теперь в его творчестве начинается период изживания романтики, разрушения иллюзий. Отталкивание персонажей Л. от их общественной среды приобретает известную социальную направленность. Противопоставляя «Главной улице» (в к-рой для Л. воплощаются все отрицательные стороны капитализма, доступные пониманию мелкобуржуазного радикала) образ Кэроль, восстающей против мещанских традиций, Л. поднимает знамя мелкобуржуазного бунта. Но этот бунт оказывается по самой своей социальной природе заранее обреченным на неудачу. Кэроль, носительница протестующего начала, мирно возвращается к своему семейному очагу, и Л. в конце романа объявляет, что смех является для героини единственно возможным орудием борьбы.

В дальнейшем творчество Л. продолжает развиваться в том же направлении. В «Бэббите» (Babbitt, 1922) он создает классический образ стандартного мещанина-обывателя, с его стихийными попытками бунтарства против наиболее удушающих форм капиталистического общежития, развивая таким образом мотивы «Главной улицы». К «Бэббиту» примыкает и более позднее сатирическое произведение Л. «Человек, который знал Кулиджа» (The Man who knew Coolidge, 1927).

Следующий роман Л. «Мартин Эрроусмит» (Martin Arrowsmith, 1925), вскрывающий положение науки в условиях капиталистической Америки, выделяется среди остальных «обличительных» романов Л. этого периода наличием известной положительной программы - требований, отвечающих настроениям известной части технической интеллигенции. Это обстоятельство приходится однако отнести за счет того, что в создании этого романа наряду с Л. принимал участие известный американский ученый Поль де Крайф (De Cruif).

«Эльмер Гентри» (Elmer Gantry, 1927) - сатира на буржуазную религию и ее представителей - завершает собой этот период, период высшего расцвета творчества Л., когда он выступает с своеобразным социальным протестом. Но носители этого протеста в его художественном творчестве - Кэроль, Бэббит, Эрроусмит и др. аналогичные персонажи этого периода - бунтари пассивные, бессильные что-либо противопоставить ненавистному общественному укладу. Активное бунтарство если и представлено в творчестве Л., то лишь отдельными эпизодическими образами. Такой образ встречается еще в «Полете сокола» в лице профессора-социалиста Генри Фрэзера; в «Главной улице» носителем активного протеста против капитализма выступает рабочий Майльс Бьернстам, занимающий однако в романе лишь второстепенное место. Рабочий класс как революционная сила остается фактически вне поля зрения Л. как художника, а его сатира направлена лишь против отдельных явлений капиталистического общества и не затрагивает его основ.

Это внутреннее бессилие выйти за пределы мелкобуржуазного «радикализма» подготовило тот кризис творчества Л., который наметился еще в романе «Капкан» (Mantrap, 1926) и особенно ярко выразился в книге «Додсворт» (Dodsworth, 1929). Временная стабилизация американского капитализма и связанный с нею отлив радикального мелкобуржуазного движения создали почву для отхода Л. от позиций обличительного реализма. В «Капкане» с его приключенческой экзотикой Севера и в особенности в «Додсворте», почти полностью повторяющем «Нашего м-ра Ренна», Льюис возвращается к исходному пункту своего творчества. Выход из этого творческого кризиса Л. лежит за пределами тех методов борьбы, к-рыми пользовался до сих пор его класс, за пределами стихийного мелкобуржуазного бунтарства. Только переход Л. на позиции революционного попутчика пролетариата мог бы влить свежую струю в его творчество. Под влиянием последнего кризиса американского капитализма это в известной мере было осознано и самим писателем. В 1929 вышел памфлет Л. «Дешевая и довольная рабочая сила» (Cheap and Contented Labor), посвященный забастовке текстильщиков Мэриона (очевидцем к-рой был Льюис), где он становится на сторону рабочих. Однако это обстоятельство до сих пор не нашло себе выражения в художественной практике Л. (несмотря на намерение написать роман о рабочем движении); более того, за последнее время у Л. снова намечается известный сдвиг вправо.

Библиография:

I. На русский яз. переведены все романы Льюиса кроме «Dodsworth». Собр. сочинений на английском яз. выходит в изд-ве Harcourt, Brace a С (N. Y.); вышло 5 томов.

II. Куллэ Р., Синклер Льюис, «Новый мир», 1927, V; Динамов С., С. Льюис, «Печать и революция», 1928, № 1; Bechhofer С. Е., The Literary Renaissance in America, L., 1923; Kriesi H., Sinclair Lewis; Van Doren C., Contemporary American Novelists, New York, 1923; Hubner G., Ст. в «Preussische Jahrbucher», 1927, V; Michaud R., The American Novel of To-day, N. Y., 1928; Его же, Panorama de la litterature americaine contemporaine, Paris, s. а.

ЛЭ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЛЭМБ

ЛЭМБ Чарльз (Charles Lamb, 1775-1834) - английский поэт. Р. в семье мелкого чиновника, получил среднее образование и сам всю жизнь прослужил чиновником. Сперва писал в свободное от службы время небольшие заметки в «Morning Post» и др. газеты, затем написал фарс, не имевший никакого успеха. За этим последовала историческая (археологическая) драма «John Woodwill», написанная белыми стихами по образцу елизаветинцев, которых Л. глубоко изучил, но она тоже успеха не имела. Потом был приглашен в сотрудники «London Magazine», где напечатал свои «Essays» (Опыты), к-рые принесли ему общеевропейскую известность. Тонкий юмор и необычайная простота языка его очерков служат до сих пор непревзойденным образцом для этого жанра. Его сказки на темы из Шекспира («Tales from Shakespeare»), написанные в сотрудничестве с сестрой, тоже пользовались большим успехом. Л. стоит несколько особняком в английской литературе. С романтиками его сближает интерес к древности, ко всему национальному, саксонскому, но интерес этот чисто ученый, археологический, без всяких поисков таинственного и загадочного. С Вордсвортом его сближало убеждение, что правдивость изображения и простота языка являются основой всякой поэзии.

Библиография:

I. Английские эксцентрики и юмористы, «Отечественные записки», 1849, стр. 32; Memoirs, Works and Correspondence, ed. by Ainger, 6 vv., Macmillan, L., 1883-1888; The Book of the Ranks and Dignities of British Society, 1805 (Attributed to Ch. Lamb, Introduction by C. Storter, 1924).

II. Fizgerald P., Life, Letters and Writings of Charles Lamb, L., 1876; Lucas E. V., Life of Lamb, 2 vv., 5 ed., 1921; Manning Т., Letters of Charles Lamb, ed. by G. A. Anderson, 1925.

III. Daniel G., Recollection of Charles Lamb, 1927.

ЛЭНГЛЕНД

ЛЭНГЛЕНД Уильям (William Langland, вторая половина XIV века) - английский поэт, автор поэмы «Видение о Петре-пахаре». Биографических данных нет. В исторической литературе записаны два предания, относящихся к личности автора «Видения о Петре-пахаре», - одно у епископа Бэйля (1548) и другое - в рукописи XV века о том, что он был сыном свободного земледельца (йомэна). Если придавать достоверность автобиографическим элементам самого «Видения», то Лэнгленд был сыном крепостного, в школу поступил с помощью друзей, затем принял монашество, чтобы избавиться от крепостного состояния. Л. жил в Лондоне, добывал средства к существованию чтением псалтыря над покойниками и пением псалмов. В поэме он рассказывает, что жил очень бедно и страстно ненавидел богатых, на улице не уступал им дорогу и низко не кланялся - «так что люди считали меня юродивым».

В поэме резко выражен протест против тяжелого положения крестьянства, этой основной части «честно трудящихся». К ним Л. относит еще честных купцов, рядовое рыцарство, защищающее крестьян, менестрелей и набожных священников. Пилигримов, бродячих и монастырских монахов, схимников, продавцов индульгенций и все высшее духовенство и аристократию он считает мошенниками и паразитами. Поэма заключена в еще популярную в XIV в. религиозно-морализирующую форму «видения», изложена аллегорически и большей частью аллитерирована («A fair field full of folk found I there»). Но «Видение» Л. - уже не о потустороннем мире, а о земном, реальном. Мировоззрение Л. резко отличается от господствовавших тогда взглядов. По Лэнгленду никакого прощения грехов нет, его выдумали попы и аристократы, чтобы грешить не стесняясь. Такой взгляд в корне противоречил католической доктрине отпущения грехов, имевшей большое значение для укрепления терявшей авторитет средневековой церкви и приспособления ее к новому - «грешному» быту. Своим резким протестом против социальной несправедливости и различных видов общественного паразитизма поэма сыграла революционизирующую роль в борьбе крестьянства с помещиками и духовенством (восстание Уота Тайлера). Об этом говорит обилие ее списков. Францисканский монах Джон Болл, участник крестьянской революции XIV века, в своих агитационных проповедях на крестьянских митингах цитировал стихи из поэмы Л. В «Видении» трудящийся крестьянин резко противопоставлен барину и попу. Оно содержит в себе ранние элементы пуританства, нашедшие полное выражение только в XVII веке в творчестве Бэньяна и Мильтона.

Библиография:

I. Piers Plowman, various textes, ed. by Skeat, 1866-1886; Piers Plowman, ed. by Jusserand, 1894; Piers Plowman, modern English version by Skeat, 1907; Piers Plowman, ed. by Owen, 1912; Piers Plowman, ed. by К. М. Warren, 1913.

II. Piers Plowman Controversy between prof. Manly, Jusserand and Chambers, «E. E. T. S.», 1910; Chambers R. W., Long Will. Dante and the Righteous haethen, 1924.

ЛЭНДОР

ЛЭНДОР Уолтер (Walter Landor, 1775-1864) - английский писатель; вырос в богатой аристократической семье. Пламенный республиканец, юный Л. был исключен сперва из Рэгби, а затем из Оксфорда, где его звали «безумным якобинцем». В 1795 Лэндор дебютировал книжкой стихов «The Poems of W. S. Landor», одновременно выпустив анонимный памфлет «Назидательное послание» (The Moral Epistle), направленный против Питта и демонстративно посвященный лорду Стэйнхопу, известному приверженцу идей французской революции. В 1798 вышел «Джебир» (Gebir), явившийся одним из первых образцов романтической поэмы в Англии. В фантастический сюжет поэмы Л. вводит замаскированное восхваление революционной Франции и Наполеона и мимоходом сводит счеты с ненавистным ему Георгом III. Получив громадное наследство, Л. тратит бо`льшую его часть на социально-реформаторскую деятельность в своем имении; потерпев неудачу, он едет в Испанию, чтобы примкнуть к восстанию против наполеоновской оккупации. В 1812 появляется «Граф Юлиан» (Count Julian) - трагедия, высоко оцененная Свинберном, но не имевшая никакого успеха у современников. Возмущенный воцарившейся реакцией, Л. носится одно время с мыслью об организации независимой типографии, пишет «Комментарии к мемуарам Фокса», содержащие ряд резких политических выпадов по адресу реакционеров, и вскоре покидает Англию. Во Флоренции он пишет пять томов своих «Воображаемых разговоров литераторов и государственных людей» (1821-1829) - драматических диалогов, в к-рых Л. в форме вымышленных бесед Софокла с Периклом, Вашингтона с Франклином, Людовика XVIII с Талейраном и т. д. и т. д. вплоть до современных ему писателей и политических деятелей касается вопросов политики, философии, морали, теории литературы и лит-ой критики и пользуется каждым удобным случаем, чтобы клеймить тиранию в древнем и в новом мире и высказываться самым решительным образом на жгучие политические темы. В Италии же Л. написал роман в письмах «Перикл и Аспазия», в котором Афины нередко становятся подозрительно похожи на современную Л. Англию; «Пентамерон» - беседы Бокаччо с Петраркой; «Hellenics» - приношение Лэндора на алтарь так наз. неоэллинизма, радушно встреченное английской критикой, и «Poemata et Inscriptiones» - собрание латинских сочинений Л.

Л. сохранил до конца своей жизни темперамент борца, призывавшего в юности французов в Англию, чтобы с их помощью «вздернуть короля Георга между двумя мошенниками, архиепископами Иоркским и Кентерберрийским», а в старости с той же страстью обрушивавшегося на Священный союз и английское правительство («Письмо к Эмерсону», 1856). Заклятый враг феодально-монархической реакции, поборник всех революционно-освободительных движений, возникавших на континенте, он все же не был последовательным революционером. В достаточной мере деклассированный аристократ, Лэндор сохранил немало предрассудков и политической наивности. Так, он высокомерно третирует «толпу» или обращается с призывом о спасении народов от тирании к... папе Пию IX (посвящение в «Hellenics», 1847). Неудивительно, что респектабельные демократии древних импонировали ему не в пример больше современных. Старший современник Байрона и Шелли, переживший их на сорок с лишним лет, Л. дает яркий пример исторической скованности бунтующего аристократа в буржуазной революции. Л. никогда не был популярен в сколько-нибудь широких читательских кругах. Многих отпугивали его отрывистый афористический стиль и затрудненный синтаксис. Однако он был на протяжении всего XIX века признанным «писателем для писателей» и считал среди своих ценителей Шелли, Соути, Де Квинси, Карлейля, Свинберна и мн. др.

Библиография:

I. Works and life of Landor, 8 vv., 1876; Imaginary conversations, with bibliography and notes by C. G. Crump, 6 vv., 1891-1901; Complete Works, ed. T. E. Wellby, 8 vv., 1927-1928.

II. Forster J., Landor, a biography, 1869; Colvin S., Landor, 1881; Mason A. H., W. S. Landor poete lyrique, 1924.

III. Wise T. J. and S. Wheder, Bibliography of Writings of W. S. Landor, 1919.

ЛЮБЛИНСКИЙ

ЛЮБЛИНСКИЙ Самуэль (Samuel Lublinski, 1868-1910) - немецкий литературный критик, публицист и драматург. Боролся против отвлеченно-эстетического, узко-специального подхода к литературе. Часто увязывая историю литературы с вопросами политики и экономики, он однако не отказывался от своей идеалистической концепции культуры. Как публицист Л. придерживался этической точки зрения. Подобно П. Эрнсту и Г. Бару Л. первоначально был близок к «Молодым», т. е. «академической левой» соц.-дем. 90-х гг. Его 4-томная «Литература и общество в XIX в.» (1899-1900), как и сборники критических этюдов «Bilanz der Moderne» (Итоги модернизма, 1908), полны резких нападок на натурализм и его эпигонов - современников Л.

Л. все более и более поддается влиянию неоклассицизма, теоретиком к-рого был Пауль Эрнст. К этому направлению Л. примыкает в своих шести трагедиях: «Император» (1901), «Ганнибал» (1902), «Елисавета и граф Эссекс» (1903), «Петр I» (1906), «Гюнтер и Брунгильда» (1908), «Кесарь и канцлер» (1910). В первых своих пьесах Л. не свободен от того натуралистического бытописательства, против которого сам боролся. В двух последних драмах, особенно в трагедии «Кесарь и канцлер», сюжет которой взят из истории XIII в., он делает попытку окончательно освободиться от всего временного и местного, сосредоточив внимание исключительно на «общечеловеческом», что и приводит его к беспомощному схематизму. Зато другой момент в драматических произведениях Л. может быть признан антитезой пассивному мировосприятию натурализма и в этом смысле заслуживает внимания: принципиально подчеркивается активность драматических героев, стремящихся пересоздать те условия, которые определяют путь человека («Ганнибал» и др.). Л. выпустил еще том новелл «Gescheitert» (Неудачники).

Библиография:

На русском языке: Итоги современного искусства, том I, Москва, 1905; Социализм и искусство, СПБ, 1907; Письма из ада, Москва, 1910; Der Ausgang der Moderne, 1909; Nachgelassene Schriften, 1914.

ЛЮБЧЕНКО

ЛЮБЧЕНКО Аркадий Афанасьевич (1899-) - современный украинский писатель. Начал писать в 1923. Был членом Гарта (1923-1925), а с 1925 - ВАПЛР†ТЕ, затем Пролитфронта (см.) (1930). В последнее время был членом ВУСПП.

Первые рассказы Любченко, посвященные преимущественно гражданской воине, проникнуты революционной романтикой и написаны под сильным влиянием импрессионизма. В книге «Буремна путь» (1927) писатель показывает преимущественно героя-интеллигента с определенным оттенком идеализации.

Вторая книга Л. «Вона» (1929) посвящена проблемам мелкобуржуазного индивидуализма; в ней писатель пытается подвести «биологическую» базу под трактовку проблемы «надклассового» человека. В отличие от первой книги здесь обнаруживаются заметно упадочнические тенденции автора, выражающиеся подчас в откровенно реакционных установках («Образа»), в недооценке украинской пролетарской культуры и политики партии в национально-культурном строительстве на Украине.

Последние рассказы Любченко написаны на современные темы (вопросы коллективизации, жизнь шахтеров Донбасса и др.), но материал дается в поверхностной трактовке с оттенком гуманизма («Простая история», «Ворог», 1930, и др.). Писатель отображает статику действительности, не схватывая ее ведущей классовой сути. В настоящее время Любченко перестраивается, пытается освободиться от своих ошибок, что сказывается пока в переходе на новую тематику.

Библиография:

I. Буремна путь, ДВУ, Харкiв, 1927; Вона, ДВУ, Харкiв, 1929. На русский яз. перев. сб. «В ртеп» (вошел ряд рассказов из книги «Вона»), М. - Л., 1930; Сердца и вещи, Избранные рассказы, авторизованный перевод И. Тутковской-Зак, ГИХЛ, М. - Л., 1931, и ряд отдельных рассказов.

II. Лейтес Л. и Яшек М., Десять рокiв украiнськоi лiтератури, т. I, ДВУ, 1928.

ЛЮДВИГ

ЛЮДВИГ Отто (Otto Ludwig, 1813-1865) - немецкий писатель, один из представителей буржуазно-психологической драмы. Сын бургомистра маленького саксонского города; изучал в Лейпциге музыку. Уже через год вернулся в глухую провинцию, где провел бо`льшую часть своей жизни в одиночестве, в узко-мещанском быту. До революции 1848 находился под сильным влиянием Э. Т. А. Гофмана (см.), разделяя его любовь к музыке, его эксцентричность и его патологические наклонности. Довольно посредственные дореволюционные литературные опыты - рассказы и трагедии - написаны им в духе позднего мелкобуржуазного романтизма («Die Rechte des Herzens» - «Права сердца», 1845; «Die Pfarrose», 1845; «Das Fraulein von Scuderi», 1848, и мн. др.). И только революция 1848-1849, к которой Л. отнесся с ненавистью и презрением истинного мещанина, всколыхнула его. На революционные события он откликнулся драмой «Der Erbforster» (Лесничий, 1853), в к-рой хотел показать, как чувство справедливости в современных социальных условиях приводит к гибели и смерти, если стремится к осуществлению. Трагедия героя состоит в том, что он по своей невероятной «некультурности» не может понять «свободного» трудового договора в капиталистическом обществе, восстает против своего хозяина - владельца леса, уволившего его, вследствие ряда случайностей убивает дочь и кончает самоубийством. «Erbforster» принадлежит к числу популярнейших немецких трагедий XIX века; эта пьеса совершенно свободна от элементов романтической идиллии, она глубоко реалистична. В ней Людвиг одним из первых выразил требование нового стиля - стиля буржуазного реализма. Шиллеровской «драме действия» Людвиг противопоставляет «драму характеров», являющихся продуктом среды и исторических условий, правдивое изображение которых и есть задача драматурга. Трагизм он видел в борьбе страстей с существующим общественным строем или мировоззрением, правильность которого признается самим героем. Трагическое, по мнению Людвига, только тогда оказывает облагораживающее влияние, когда драматург не смягчает вины, а представляет ее как результат всепоглощающей страсти, не прибегая к року или к исторической проблематике (как делал Геббель). Но с такой задачей выявления трагического исключительно как столкновения личных мотивов с социальными Людвиг не мог справиться: мелкое городское мещанство того времени не знало еще обостренных социальных противоречий. Поэтому психологический конфликт в «Erbforster» не развивается последовательно: автор вынужден был прибегнуть к ряду случайных обстоятельств, что дало основание Геттнеру назвать эту трагедию «самой скверной из всех трагедий рока». В следующем опыте создания психологической драмы («Makkabaer», 1854) Л. пошел по пути Геббеля и обратился к исторической тематике. Но если у Геббеля исторические сюжеты всегда отражали проблемы современности, то Людвига и здесь интересуют лишь единичные явления, возможные только раз, при совершенно определенных неповторяющихся условиях. После этого он все больше углубляется в изучение Шекспира, о к-ром написал целую книгу, надеясь у него найти ключ, с помощью которого можно было бы любой сюжет сделать трагическим. Он начал и не закончил целого ряда историческо-психологических драм, некоторые переделывал пять раз («Agnes Bernauerin», «Friedrich der II von Preussen», «Genoveva», «Tiberius Gracchus» и мн. др.). Свои лучшие произведения Л. создал в господствующих жанрах буржуазно-реалистического стиля - в рассказе и романе. Особенно удаются ему описания жизни мелких мещан и ремесленников в провинциальных немецких городках (Тюрингии), как например в «Heiterethei» (1854), «Aus dem Regen in die Traufe» (Из огня да в полымя, 1854). Здесь он великий мастер, напоминающий нередко Достоевского. Лучший его роман из жизни ремесленников - «Zwieschen Himmel und Erde» (Между небом и землей, 1856).

Библиография:

I. Между небом и землей, Роман в 2 ч., СПБ, 1861; Gesammelte Werke mit Einl. von Freytag, 4 B-de, 1870; Gesammelte Schriften, 6 B-de, hrsg. von Ad. Stern und Schmidt, 1891; Kritische Ausgabe v. P. Merker, 18 B-de, 1912-1927.

II. Stern Ad., O. Ludwig, ein Dichterleben, 1891; Kuhnlein, O. Ludwigs Kampf gegen Schiller, 1900; Muller R., O. Ludwigs Erzahlungskraft, 1905; Bruns, Hebbel u. O. Ludwig, 1913; Jentsch E., Das Pathologische bei O. Ludwig, 1913; Weeber L., O. Ludwigs Kunst, psychologische Darstellung, 1926 (новейшая немарксистская работа). Из марксистских работ: Mehring F., O. Ludwig, в его сборнике «Zur Literaturgeschichte», Band II.

III. Stern Ad., Otto Ludwig, ein Dichterleben, 2 Aufl., mit Bibliographie, 1906.

ЛЮКСЕМБУРГ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ЛЮМИНИЗМ

ЛЮМИНИЗМ - одно из незначительных поэтических течений, возникшее на рубеже военного коммунизма и нэпа (1921-1922). К нему примыкали В. Кисин (ум. в 1922), Д. Майзельс, Н. Кугушева, Б. Кисин, Т. Мачтет и др. Течение это декларировало в своем «Провозвестии Л.» (см. сборник Н. Л. Бродского и Н. П. Сидорова «От символизма до Октября», Москва, 1924) мистический индивидуализм, являющийся по мнению авторов одной из форм приближения к «современности». Люминизм не был единой в социальном и стилевом отношении группой. Если в творчестве Д. Майзельса еще намечаются мотивы отрицания капиталистической действительности при общей безвыходности и бесперспективности творчества в целом, то для Б. Кисина при слабо выраженном стремлении к советской тематике (в последних стихах) характерны - пессимистическая трактовка мотива неразделенной любви, поэтизация блатной стихии. Творчество В. Кисина, наиболее одаренного поэта этой группы, проникнуто упадочническими настроениями мелкобуржуазной богемы; в последний период его творчества все более обозначалась тяга к советской тематике. Поэзия Т. Мачтета тяготеет к зауми и т. д.

Библиография:

Произведения поэтов-люминистов: Кисин В., Багряница, Гиз, Рязань, 1922; Его же, Собр. стихотворений, М., 1928; Его же, Мирское сердце, Москва, 1929; Кисин Б., Стихи, изд. ВСП, Москва, 1927; Майзельс Д., Трюм, изд. «Сиринг», Петроград, 1918; Мачтет Т., Коркин луг, изд. «Современная Россия», Москва, 1926; Манифест люминистов, в сб. «Литературные манифесты», ред. Н. Л. Бродского и Н. П. Сидорова, М., 1924.

ЛЮСЬЕН

ЛЮСЬЕН Гро (Graux Lucien) - современный французский романист, врач по профессии. Начал писать до войны, но приобрел известность своими военными романами («Красный баран» - «Le mouton rouge», 1918; «Глаза умершего» - «Les yeux du mort», 1918, и др.) и в особенности очерками, вышедшими под названием «Изнанка великой войны» (Les fausses nouvelles de la grande guerre, 1918-1920) и удостоенными премии Французской академии. В них он с добросовестностью настоящего исследователя пытается дать закулисную сторону войны. Тонкий и остроумный наблюдатель, Люсьен не сумел однако социально заострить своих зарисовок и хотя стремился найти некую философскую первопричину происходящего, анализируя «психологию» событий и героев, но не довел своих наблюдений до четкого и обоснованного синтеза.

Позднее от бытовых зарисовок Люсьен перешел к романам авантюрного жанра, сентиментальным по настроению и очень примитивным по своим изобразительным приемам («Хрустальная дама» - «La dame de cristal», 1920; «Перевоплощенный, роман потустороннего мира» - «Reincarne, roman d’au dela» и др.). Эти романы знаменуют уже его уход в мистику, характерную для католически настроенной консервативной интеллигенции, и трактуют о современном спиритуализме, тайнах загробной жизни, подсознательном как роковой и недоступной нашему пониманию силе, которая по Люсьену управляет жизнью.

Библиография:

Le divorce des Alienes, 1912; Les caracteres medical dans l’ecriture chinoise, 1913; La colombe blessee, la colombe meurtriee, 1925.

ЛЮТЕР

ЛЮТЕР Мартин (Luther, 1483-1546) - виднейший деятель немецкой церковной реформации, профессор теологии Виттенбергского университета. По происхождению - сын рудокопа.

В 1517-1522 Л. ведет агитацию за беспощадную борьбу с папским Римом и его приспешниками, с духовными и светскими князьями, предлагает «омыть руки в их крови». Когда же обнаруживается, что возглавленное им движение начинает перерастать в плебейски-революционное, Л. предает своих недавних союзников - крестьянство и городское плебейство, переходит к проповеди мирного развития и пассивного сопротивления. Вспыхивающая в 1525 Великая крестьянская война окончательно «отрезвляет» Лютера, он решительно выступает на защиту князей, призывая их уничтожать посягающих на существующий социальный порядок крестьян, «как бешеных собак». Боязнь мощного движения общественных низов крайне характерна для Л. В отличие от Томаса Мюнцера, бывшего вождем восставшего плебейства, Л. по существу все время оставался идеологом бюргерства, которое от заигрывания с революционно-демократическими элементами стремительно перешло к капитуляции перед юнкерским деспотизмом, лишь только развитие революции, с одной стороны, и реакции (католическая реставрация) - с другой, начало угрожать его имущественным завоеваниям. В этом - корни оппортунизма Лютера, наложившего отпечаток на все его творчество.

С историей немецкой литературы Л. связан гл. обр. переводом Библии (Ветхий и Новый завет - оконч. в 1522, переработка перевода при участии Меланхтона и др. - в 1541), к-рый оказал огромное влияние на развитие немецкого литературного яз. Именно лютеровский перевод Библии дает возможность составления первой новонемецкой грамматики, появившейся в 1578 (Clajus, Grammatika germanica ex bibliis Lutheri germanicis et aliis ejus libris collecta). В отличие от своих предшественников, переводивших Библию с вульгаты, Л. имеет дело с гебраистским и древнегреческим текстами. Однако успех перевода не коренился всецело в его значительной точности. Решающее значение имели особенности языка Л. Положив в основу перевода саксонское наречие, бывшее признанным яз. правительственных учреждений Германии, Л. создал произведение, возвысившееся над языковой пестротой, к-рая царила в Германии того времени. Обращение Л. к саксонскому наречию не случайно. По сравнению с другими областями Германии Саксония была страной наиболее развитых капиталистических отношений (рост горной промышленности, зачатки мануфактуры и пр., что делало ее в ряде случаев образцом для остальных немецких государств. Опираясь в своем стремлении создать общенемецкий литературный язык на саксонское наречие, Лютер тем самым явился проводником тенденций немецкого капитала, стремившегося к возможно большему преодолению культурно-экономической раздробленности Германии. Но успех перевода все же не был бы столь значительным, если бы Л. не сделал взятый им за основу канцелярский язык более подвижным и богатым, не приблизил его к разговорной речи путем введения в него оборотов, слов, поговорок, почерпнутых из языкового запаса широких слоев бюргерства и крестьянства. Отсюда «мужицкая» сочность речи Лютера, не страшившегося даже самых «сильных» выражений. В короткий срок лютеровская Библия становится самой распространенной книгой Германии XVI в., причем революционно-плебейский лагерь видит в ней опору в своей борьбе с буржуазно-юнкерской коалицией. В немалой степени этому способствовал также сам Л., противопоставлявший феодализированному христианству своего времени христианство Нового завета, феодальному обществу картину общества, ничего не знавшего о сложной системе феодальных отношений. Но как только революция в Германии углубилась, Лютер поспешил обратить Библию против мятежников, составив на основании ее защиту установленной богом власти, освящая ее авторитетом кровавую расправу с революционерами и даже крепостное право («Wider die mordischen und reubischen Rotten der Paurenn», 1525, и др.).

Аналогичными тенденциями проникнуты и др. произведения Л. - его многочисленные Streitbucher (полемические сочинения), речи, басни («Etliche Fabeln aus Esopo», 1530), проповеди и пр., в которых он шаг за шагом освобождается от радикальной фразеологии начального периода своей деятельности. В этом отношении характерны его знаменитые «Tischreden» (Застольные речи, изданы после смерти Л.), посвященные различным вопросам, волновавшим Германию XVI века. В них он между прочим доказывает, что библейский бог «велит умерщвлять непокорных детей», под к-рыми Л. разумеет подданных, посягающих на установления своего отца-монарха. Здесь же он слагает дифирамб крепкой семье, этому краеугольному камню буржуазного общества (ср. его проповедь «Vom ehelichen Leben», 1521, или стих. «Hausspruch», в котором излагается практическая философия семьянина-собственника). Выдающуюся роль в реформационном движении сыграли также евангелические церковные песни Л., являющиеся классическими памятниками названного жанра (напр. «Ein feste Burg ist unser Gott», «Vom Himmel hoch da kom ich her» и др.).

И в данном случае Л. охотно обращается к фольклору, заимствуя для своих псалмов мотивы народной песни, элементы композиции, систему сравнений и даже целые фразы. Так, одну из своих евангелических песен он начинает традиционным для народной песни зачином: «Ein neues Lied wir heben an». Такие же обороты, как «So hort und merket alle wohl» или «bis willekomm du edler gast», как бы взяты из обихода шпильманской поэзии. Сам Л. объяснял свои заимствования из светской лирики тем, что этим путем он надеется уменьшить популярность «плотских» песен («Buhllieder und fleischliche Gesange»), переключив ее в русло евангелической поэзии. Л. также использовал богатую литературу католических латинских гимнов, перерабатывая их в протестантские песнопения. С работой над переводом Библии связано его сочинение «Sendbrief vom Dolmetschen» (Послание об искусстве перевода), интересное тем, что в нем изложены взгляды Л. на немецкий язык.

В истории немецкой литературы место Л. определяется тем, что он был первым крупным буржуазным писателем, положившим основание всей последующей литературе немецкого бюргерства. Поэтому прав Г. Гейне, когда он замечает, что в сущности только с Лютера начинается новая немецкая литература («К истории религии и философии в Германии», есть русский перевод). В настоящее время имя Лютера - знамя наиболее реакционных сил Германии.

Библиография:

I. M. Luthers Geistliche Lieder, hrsg. von P. Wackernagel, 1848; Werke, 12 B-de, Weimarer Ausgabe, 1883; Luthers Schriften (Auswahl), hrsg. von E. Wolff (Deutsche National Literatur, B. 15), s. a.; Ausgewahlte Werke Luthers, herausgegeben von Borcherdt, 8 B-de, 1917-1924.

II. Энгельс Ф., Крестьянская война в Германии, изд. Института Маркса и Энгельса; Roethe G., D. M. Luthers Bedeutung fur die deutsche Literatur, Berlin, 1918.

ЛЮЦИФЕР

ЛЮЦИФЕР - см. Сатана.

ЛЯН ЦИ-ЧАО

ЛЯН ЦИ-ЧАО (также Лян Жень-гун) (1873-1929) - китайский публицист, общественный деятель и историк. Родился в уезде Синхуй, пров. Гаундун. Выступление Л. Ц.-ч. на общественную арену относится к 90-м гг. XIX в., когда возникает движение раннего китайского либерализма. Во главе его стал Л. Ц.-ч. со своим учителем Кан Ю-веем. Основные общественные слои, стоявшие за движением, были тесно связаны с феодализмом; однако, выдвигая программу буржуазных преобразований и европеизации страны и смыкаясь с теми группами радикальной интеллигенции, которые впоследствии шли за Сунь Ят-сеном, китайский либерализм на этом своем этапе имел прогрессивное значение. Не являясь демократическим движением, либерализм все же должен был обращаться к более широкому общественному кругу, создавая новые формы публицистики и вводя в оборот множество новых понятий и форм, почерпнутых из европейской науки и жизни.

Старая китайская литература носила сословный характер; она отличалась крайней условностью и окаменелостью стилей и форм; ее содержание, так же как и формы, было приспособлено исключительно к потребностям господствующей феодальной знати. Эпоха раннего китайского либерализма, выступившего против феодальной литературы, смогла поставить в этой области лишь задачу приспособления старой литературы к изменившимся требованиям. Значение Л. Ц.-Ч. относится именно к этому предреволюционному периоду китайской литературы. Его литературное и просветительное влияние было очень велико; оно не уменьшилось и в период между поражением либералов (1898) и революцией 1911, распространяясь на огромные круги интеллигенции. Л. Ц.-Ч. явился создателем так наз. «нового литературного стиля». В молодости он брал за образец литературу эпохи II-IV вв. христ. эры и обращал, по его словам, особое внимание на изысканность стиля. Л. Ц.-Ч. определился как художник после 1904. «К этому времени, - говорит Л. Ц.-Ч., - я достиг самоосвобождения; я стал обращать внимание на простоту и бодрость стиля; часто я перемежал речь народными поговорками с рифмованными вставками - вплоть до использования иностранных оборотов; я не стеснял кисть, следуя ее движениям. Этому наперебой стали подражать, дав название нового литературного стиля ; старшее же поколение относилось к нему с озлоблением». Л. Ц.-Ч. сломал перегородки различных стилей и форм старого яз. и - несколько расширив словарь, придав архитектонике своих статей стройность и логичность, применяя иностранные (японские) формы речи, пользуясь китайским буддийским словарем для передачи философских религиозных понятий - создал значительно более легкий и эмоциональный стиль, пригодный как орудие полемики и вместе с тем могущий служить для передачи огромного нового содержания, привнесенного из европейской науки и жизни. Эти достоинства «нового стиля» однако были ограничены довольно узкими рамками, поскольку Л. Ц.-Ч. по существу оставался в пределах старого мертвого яз. Под влиянием «нового литературного стиля» Л. Ц.-Ч. появились попытки применения его в беллетристике и поэзии, однако они не оставили в китайской литературе заметных следов. После революции 1911 влияние Л. Ц.-Ч. стало быстро падать; этому способствовало то, что сам он превратился в спутника китайских милитаристических клик, занимая ряд постов в пекинском «правительстве». Хотя Л. Ц.-Ч. одобрительно отзывался о разгоревшемся в 1917 движении в пользу живого яз. в литературе, само это движение прошло мимо него; Л. Ц.-Ч. продолжал писать в своем прежнем литературном стиле, к-рый был в эту эпоху уже анахронизмом. В последний период жизни (с 1920) Л. Ц.-Ч. сосредоточил свое внимание на исследовательской работе (история китайской культуры). Литературное наследство Л. Ц.-Ч. огромно, однако это почти исключительно публицистика или исторические работы; художественная литература представлена редкими произведениями. И сам Л. Ц.-Ч. считал себя по призванию не литератором, а историком. Л. Ц.-Ч. занимает крупнейшее место в истории китайской печати; уже в 1896 он издает газету «Шиу-Пао» и в дальнейшем редактирует в разное время в Китае и в эмиграции многие периодические издания, как напр. «Син Мин Цунь Бао». Полного собр. сочин. Л. Ц.-Ч. не существует.

ЛЯО-ЧЖАЙ

«ЛЯО-ЧЖАЙ» - полностью «Ляо-чжай-чжи-и» (повести о странном из кабинета Ляо) - название книги китайского новеллиста Пу Сун-лина, по прозвищу Лю-цюань (1622-1715), родом из провинции Шаньдун.

Пу Сун-лин, автор «Л.-Ч.», получил классическое образование и принадлежал к бюрократическому сословию ученых. 16 тт. его произведений заключают более 400 новелл, к-рые не представляют собой оригинального жанра, а являются лишь блестящей стилизацией фантастических китайских новелл VIII-IX вв. Тематика «Л.-Ч.», ограниченная почти исключительно родной провинцией писателя и его же эпохой, использует фантастику народных сказок. Лисицы-оборотни, бесы, волшебники, странные случаи - вот основные мотивы «Л.-Ч.», и недаром первоначально книга называлась иначе: «Гуй-ху чжуань», т. е. истории о бесах и лисицах. «Ляо-Чжай» черпает свои сюжеты также из даоизма (одного из религиозных течений Китая).

Сугубо-изощренный, насыщенный литературными условностями и цитатами яз. «Л.-Ч.» был рассчитан конечно не на широкую массу, а на очень узкий круг читателей, и весь интерес книги для знатоков классики заключался именно в этой лит-ой изысканности, превратившей материал народного по существу эпоса в книгу для немногих эстетов из числа образованных верхов феодальной бюрократии. Новеллы «Л.-Ч.» неоднократно переводились на иностранные языки.

Библиография:

I. Ляо-Чжай. Лисьи чары, перевод В. М. Алексеева, изд. «Всемирная литература», Петроград, 1922; Ляо-Чжай. Монахи-волшебники, Гиз, Петроград, 1923; Ляо-Чжай. Странные истории, изд. «Мысль», Ленинград, 1928.

II. Васильев Б. А., Древние источники Ляо-Чжая, «Известия Акад. наук СССл, 1931, № 1.

ЛЯЦКИЙ

ЛЯЦКИЙ Евгений Александрович (1868-) - литературовед. Литературная деятельность Ляцкого началась в конце 80-х гг. рядом стихотворений. Первые научные труды Л. были посвящены белорусской этнографии и фольклору (в «Этнографическом обозрении», «Известиях Отделения русского языка и словесности» и др.). С конца 90-х гг. Л. выступает в качестве критика и историка литературы. Работая в разнообразных органах печати, нередко занимавших диаметрально противоположные идеологические позиции (консервативные «Чтения Московского об-ва истории» и др. и революционный «Современник», 1911-1913), Л. в своей научно-литературной деятельности отличался полной политической и литературоведческой беспринципностью. Родственные связи с А. Н. Пыпиным вводят Л. в «Вестник Европы» и делают его одним из наследников пыпинского архива. Это дает ему впоследствии возможность выпустить трехтомную переписку Чернышевского с родными («Чернышевский в Сибири», СПБ, 1912-1913) и собрание писем Белинского (3 тт., СПБ, 1913-1914), а также использовать отдельные неопубликованные материалы для ряда работ о Чернышевском (в журн. «Познание России», 1909, «Современник», «Голос минувшего»). Л. переизданы также некоторые труды Пыпина. Около 1907 Л. получает доступ в «Современный мир», где в то время печатался Плеханов, а затем в «Современник». Близость его к названным журналам создала ему в некоторых кругах совершенно не заслуженную им репутацию марксиста (ср. «Художественную литературу в оценке русской марксистской критики» Р. С. Мандельштам, изд. 2-е и 3-е).

В своей литературоведческой практике Л. не идет далее весьма примитивного биографизма (две книги Л. о Гончарове) и выхолощенного социологизма в духе эпигонов культурно-исторического метода. Представляя собой умереннейшего буржуазного либерала, Л. закономерно превратился после Октябрьской революции в эмигранта (в настоящее время Ляцкий - профессор русской литературы в Праге).

Библиография:

I. И. А. Гончаров, Петербург, 1904 (издание 2-е, СПБ, 1912, издание 3-е, Стокгольм, 1920); И. А. Гончаров. Жизнь и творчество, Прага, 1925; Роман и жизнь. Развитие творческой личности Гончарова, 1812-1857, Прага, 1925.

II. Словарь членов Общества любителей российской словесности при Московском университете, Москва, 1911 (автобиографич. сведения и подробный перечень работ Ляцкого); Мандельштам Р. С., Художественная литература в оценке русской марксистской критики, редакция Н. К. Пиксанова, издание 3-е, Гиз, Москва, 1925 (в издании 4-м, М. - Л., 1928, Ляцкий отсутствует).

ЛЯШКО

ЛЯШКО Н. (псевдоним Николая Николаевича Лященко) (1884-) - пролетарский писатель. Сын николаевского солдата и крестьянки. Р. в Лебедяни, где окончил церковно-приходскую школу. С 11 лет служил в Харькове мальчиком в кофейне, учеником на кондитерской фабрике. С 14 лет работал учеником токаря на машиностроительных и судостроительных заводах Харькова, Николаева, Севастополя, Ростова-на-Дону. В Харькове посещал воскресную школу для взрослых Алчевской и рабочие курсы. В 1901 Ляшко знакомится с социал-демократич. подпольем и в 1903 вступает в РСДРП (меньшевиков). В 1903 арестовывается и высылается в Олонецкую губернию, в 1908-1911 отбывает ссылку в Вологодской губернии, в 1914 приговаривается к году крепости за издание журнала «Огни»; неоднократно сидел в тюрьмах Ростова, Севастополя, Харькова, Черкасс, Кадникова, Москвы, Пятигорска.

Ляшко начал писать в 1904, первые рассказы печатал в провинциальных газетах «Донская речь», «Полтавщина», «Южная неделя» и т. д., но, не найдя внимательного руководства, бросил литературную работу и возобновил ее лишь в 1909-1911 в ссылке. В 1911-1916 Ляшко опубликовал свыше 10 рассказов в журналах и рабочих газетах. В 1918-1919 изредка посещал собеседования Московского пролеткульта. С 1920 - один из руководящих работников группы «Кузница» (см.).

Л. - один из самых выдающихся пролетарских прозаиков старшего поколения, добившийся в пооктябрьскую эпоху широкой популярности. Творчество его первоначально было окрашено несколько идеалистической революционностью. Ляшко - выразитель идей и чувств известных кругов развитых высококвалифицированных рабочих, политически созревших в эпоху подготовки буржуазно-демократической революции в России. Относительно большая обеспеченность и в известных (очень ограниченных) пределах привилегированное положение по сравнению с широкими массами пролетариата создавали предпосылку для кастовой замкнутости и реформистских иллюзий. Это порождало особую чувствительность не столько к общим явлениям капиталистической эксплоатации, сколько к наиболее отталкивающим, хамским, самодурским чертам самодержавного строя. Отсюда легкая подверженность мелкобуржуазным влияниям (меньшевизм, народнический гуманизм). Повышенное чувство своего человеческого достоинства, особо острое тяготение к утверждению своей личности, демократическая расплывчатость и повышенно-этическая окраска революционного мировоззрения, гуманизм, характерное в то время пренебрежение к деревне - таковы первоначальные черты произведений Л. Все эти свойства особо выпукло выявились и в автобиографической повести «С отарой» (1926). Герой ее - наиболее характерный и близкий автору образ первоначального его творчества.

Если в «Рассказе о кандалах» выражена несколько идеалистичная, полная жертвенности и этического пафоса революционность Л., то в его «Голубином дыхании», неслучайно посвященном памяти В. Короленко, проступает туманный гуманизм с примесью народнических настроений: нутряная «артельная» правда полуюродивого старика Алексея, кроткого и аполитичного, любовно противопоставляется «книжкам» и «программам» - научно-осознанной правде классовой борьбы. Борьба классов уступает место борьбе человеческого против звериного. Правда, Ляшко показывает гибель носителя этой «артельной» нутряной правды, показывает нежизненность последней в суровом мире классовой борьбы, но глубочайшие симпатии художника остаются на стороне мечтателя-старика. Эти гуманистические настроения, отражающие сложность и противоречивость процесса освобождения пионеров пролетарской литературы от мелкобуржуазных влияний и пережитков и связанные с меньшевистским прошлым писателя, окрашивают собой все творчество Л. 1918-1920. Рисуя эпоху гражданской войны, Л. не нашел тогда красок для активных бойцов. До 1924 в его произведениях почти отсутствуют образы большевиков. Гражданская война обернулась к Л. не своим великим революционным значением, а прежде всего кровавыми жертвами, хозяйственной разрухой, суровостью. Однако и тут сильно сказалась связь Л. с рабочей массой. Скорбь о жестокостях войны переплелась со скорбью об остановившихся заводах, вдохновившей Л. на потрясающий рассказ «Железная тишина».

Завод остановился. Рабочие разбрелись. В предместьи остались одни старики, вдовы, калеки, растаскивающие и выманивающие на провизию стекло из заводских окон, куски жести и железа. Но среди запустения, в давящей тишине, раз в неделю раздается грохот и звон. Это - молотобоец Степка, хранитель исконной пролетарской любви к заводу, к машине, к железу. Степка клеймит сторожей, ворующих заводское оборудование, ходит в Совет; жалуется всем, всех просит пустить завод. В образе Степы Л. показал те творческие силы пролетариата, к-рые позволили рабочему классу на следующем этапе революции победить страшную «железную тишину» грохотом восстановления и реконструкции.

При переходе от гражданской войны к восстановлению Л. впал в такую же грубую ошибку, как М. Герасимов (см.) и В. Кириллов (см.), написав болезненную и упадочную повесть «Стремена», трактующую нэп как ликвидацию революции и простое возрождение капитализма. Однако в дальнейшем Л. сумел преодолеть этот мучительный кризис.

В первые же годы восстановительного периода начался процесс приближения Л. к идеологии большевистского авангарда пролетариата, процесс успешного изживания старого гуманизма, биографически завершившийся вступлением писателя в ВКП(б). Повесть «Доменная печь» (1924), предвосхищая «Цемент» Ф. Гладкова (см.), дает картину героического пуска в ход завода, ставшего в годы гражданской войны. Уступая «Цементу» в широте охвата и разнообразии побочных тем, повесть Ляшко выгодно отличается художественной простотой и строгой экономией изобразительных средств. В повести «В разлом» (1924) Ляшко выявил свое осознание непреложности суровых законов гражданской войны.

Рисуя жизненный путь доктора из рабочих, Крымова, Л. показал, как развалилась, пошла «в разлом» семья доктора, отражая великий классовый раскол в стране. Жена и сыновья доктора оказываются в лагере остервенелой белогвардейщины, сам доктор и его дочь - в лагере большевиков. Л. дает классовое столкновение в наиболее сгущенном и обостренном виде, касаясь таких боевых органов революции, как ЧК, и проводя классовую баррикаду через семью. Тем знаменательнее, что и при такой заостренной постановке вопросов былой гуманист Ляшко безоговорочно оправдывает суровые веления классового долга, торжествующие над родственными чувствами.

А в прекрасном рассказе «Стена десятых» (1927), повествующем о занятии белогвардейцами завода и расстреле ими каждого десятого рабочего, Л. сумел изнутри показать борьбу и переживания большевистского авангарда рабочей массы в дни гражданской войны. Чрезвычайно показателен символический рассказ Л. «Кирдя на железном суде» (1930), в к-ром автор декларирует свой разрыв со всеми сомнениями и колебаниями прошлого и безоговорочное принятие дела Октября. В 1930 появились очерки Л. «Звездный серп», знаменующие приход писателя к тематике социалистической реконструкции.

Гуманистическая окраска идеологии Л. обусловила тягу его к жанру психологической, лирически окрашенной новеллы. В художественном отношении произведения Ляшко страдают рядом существенных недостатков - некоторой вялостью в развертывании сюжета, статичностью, растянутостью. Этически-революционная романтика вызывала внедрение в художественную ткань новелл Ляшко символов (кандалы в «Рассказе о кандалах»). Преодоление меньшевистских и народнических влияний, приближение к позициям пролетарского авангарда привели к ослаблению черт созерцательного психологизма и к динамизации сюжетного развития. Однако о полном «снятии» прежней художественной манеры Ляшко говорить еще преждевременно.

Библиография:

I. Автобиография Ляшко; Родов С., Пролетарские писатели, М., 1925; Львов-Рогачевский В., Книга для чтения по истории новой русской литературы, М., 1924; Лидин В., Писатели, М., 1926 (изд. 2-е, М., 1928); Собрание сочинений, 6 тт., «ЗИФ», Москва, 1926-1927 (т. I. Железная тишина; т. II. Радуга, Рассказы; т. III. Никон из Заимки, Рассказы; т. IV. В разлом, Повесть; т. V. С отарой, Повесть; т. VI. Доменная печь, Повесть), Критич. ст. Ляшко: Вырождение и возрождение, «Кузница», 1920, VII; О задачах писателя-рабочего, там же, 1920, III; О быте и литературе переходного времени, там же, 1921, VIII; Песни у каторжной гуты, там же, 1922, IX; Пролетарская литература, «Кузница», однодневная газета, М., 1922.

II. Воронский А., Искусство и жизнь, Москва, 1924 (статья о писателях «Кузницы»); Горбачев Г., Два года литературной революции, Ленинград, 1926; Его же, Современная русская литература, Л., 1928; Кубиков И., Рабочий класс в русской литературе, изд. 3-е, Иваново-Вознесенск, 1926; Якубовский Г., Литературные портреты, Москва, 1926; Полянский В., Вопросы современной критики, М., 1927; Серебрянский М., Творчество Н. Ляшко, «На литературном посту», 1930, XXI-XXII и отд.: ГИХЛ, М., 1931; Майзель М., Краткий очерк современной русской литературы, Ленинград, 1931.

III. Писатели современной эпохи, т. I, редакция Б. П. Козьмина, изд. ГАХН, Москва, 1928; Владиславлев И. В., Литература великого десятилетия (1917-1927), т. I, Гиз, М., 1928.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV