Наши партнеры

Nison.ru - Стф двт кромка пвх.

НОВАЛИС (NOVALIS. 1772-1801)

ЛИТЕРАТУРА ГЕРМАНИИ

— псевдоним Фридриха фон Харденберга, недолгая жизнь которого окружена легендой. «Поэт голубого цветка», отрешенный от всего земного, устремленный к высшим сферам, снедаемый «тоской по бесконечному». — таков откровенно стилизованный портрет Новалиса, созданный друзьями вскоре после его смерти и получивший широкое хождение в литературе прошлого столетия. Фридрих фон Харденберг вырос в знатной дворянской семье в небольшом городке Вайсенфельс. Получив традиционное юридическое образование в университетах Йены, Лейпцига и Марбурга, он затем окончил четырехгодичный учебный курс в одной из лучших высших технических школ того времени — Фрейбергской горной академии и стал работать под началом отца в правлении знаменитых Саксонских соляных копей. Писательство было лишь одним (и не всегда важнейшим) из его многочисленных занятий; блестяще одаренный и одержимый тягой к знаниям, он с одинаковой увлеченностью конспектировал труды современных и древних философов (Канта, Фихте, голландца Геймстергеймса, Платона, Плотина). Новалис жил не в отрыве от действительности, а в очень энергичном контакте с ней, хотя действительность эта была ему по понятным причинам тесна, и он, как и другие романтики его поколения, хотел жизни более просторной и свободной, восторгался революцией во Франции и сожалел, что в Германии она еще заставляет себя ждать, «что не сейчас падут цепи тирании, как стены Иерихона» (одно из писем 1793 г.). В творчестве Новалиса трудно отделить философию от поэзии, собственно художественное от теоретического. «Ученики в Саисе» (1797) — фрагмент незавершенного романа, скорее трактат о природе, о взаимоотношениях человека с ней и о способах ее познания. Автор видит, что природа эксплуатируется цивилизацией, что человек отторгнут от природных истоков, в то время как природа есть жизнь, а не мертвая совокупность закономерностей, подчинять и «преодолевать» ее (Фихте) бессмысленно, надо в нее «вчувствоваться», постигать ее не разумом, а душой, ибо только интуитивное познание будет истинным. Этика свободного самораскрытия личности обоснована у Новалиса раньше, чем у Шеллинга, натурфилософским истолкованием бытия: идея творчества заложена в самой жизни. Для Новалиса всякий созидательный труд (ремесленника, к примеру) уже есть поэзия, отсюда — уверенность, что «каждый может стать поэтом» и представление о будущем как о «царстве поэзии». Возвращением к исконной идее творчества, к гармонии жизни, воплощением их должно быть романтическое искусство, «универсальное», синтезирующее все свои роды и виды. Мысль об интуитивном познании — ключевая в философствовании Новалиса; искусство оказывается инструментом этого познания. Истинный художник, по Новалису, — маг, пророк; его миссия — высветить человечеству путь к новой, небывалой исторической эпохе, вернуть людям утраченный ими золотой век гармонии с природой и собой. Новалис интереснее и полнее других умел воплощать идейные устремления раннего немецкого романтизма в художественной практике. Он был лириком сильным, непосредственным, подлинно философским. Поэтический цикл «Гимны к ночи» (1797—1799) — это расставание с мировоззрением просветительского века, с его несколько прекраснодушной верой в непогрешимость разума, со скучной ясностью его мышления. Тяга к непознаваемому, иррациональному, бесконечному возведена в гимнах в ранг высшего жизненного принципа, а любовь, принимаемая как приобщение к стихии жизни, к ее первоистокам, провозглашена космической силой, способной преодолеть все преграды, в том числе и границу между жизнью и смертью. Символисты считали Новалиса своим предтечей: в художественной организации его поэзии и прозы заложена символическая многозначность. В меньшей степени это чувствуется в «Духовных песнях» (1799—1800), где сильнее влияние литературной (псалма) и, главное, религиозной (христианской) традиции.

Генрих фон Офтердинген (Heinrich von Ofterdingen. 1802)

— роман, над которым Новалис работал с 1799 г., так и не успев его завершить, вошедший в историю как энциклопедия идейных и художественных исканий раннего романтизма. Обращение к средневековью не сопряжено у Новалиса с обязательством художественного воссоздания конкретной исторической эпохи; историзм здесь другой, романтический, ищущий в прошлом приметы будущего. Средневековье в романе — лишь условность, оно только обозначено упоминанием немногих реально живших лиц да небрежно расставленным реквизитом: где-то виднеется замок, рыцари в доспехах и т. п Все внешние реалии (в том числе и исторические) — лишь необходимая (но в минимальной дозе) материальная оболочка для изображения процесса глубоко внутреннего: становления поэта, постижения им мира и таинств своего ремесла. Противопоставление внешнего и внутреннего и есть источник повествовательного напряжения: внешний, событийный слой незамысловат, нарочито наивен, принципиально необязателен, неважен; все, о чем говорят и думают персонажи, что им представляется или снится, чем они живут внутренне, духовно, важно чрезвычайно. Герою романа предначертано стать поэтом, он еще не скоро им станет, но через всю первую часть проходят рассказы и рассуждения о благородстве и всемогуществе поэтического ремесла; герою предстоит встретить Матильду и изведать всепоглощающую силу любви; встреча эта уже предварена чудесным сновидением о голубом цветке. Новалис сочетает в романе поэзию и прозу, новеллу и притчу, сказку и миф, аллегорию и символ, уверенно осуществляя на практике теорию романа как универсального жанра. Действующие лица в «Офтердингене» не действуют сами — ими действуют. Поведение персонажей почти не детерминировано, каждый из них выступает носителем определенной темы и ее же философским истолкованием (Матильда воплощает тему любви, миннезингер Клингсор — поэзии, рудокоп — природы и ее познания, отшельник — истории и т.д.). Полифоническая, контрапунктная композиция романа, динамика которого обусловливается не внешней событийностью, а движением идей, переплетением различных философских мотивов, делает роман «Генрих фон Офтердинген» явлением новаторским: опыт Новалиса чрезвычайно важен для практики философского, прежде всего немецкоязычного, романа XX в., он с очевидностью использован Т. Манном («Волшебная гора»), Г. Гессе («Игра в бисер»), Р. Музилем («Человек без свойств»).

Произведения

Генрих фон Офтердинген Окончание «Генриха фон Офтердингена» в изложении Л.Тика / Пер. 3.Венгеровой под ред. С. Ошерова.— В кн.: Избранная проза немецких романтиков, т. 1, М., 1979, с.205—342; Ученики в Саисе / Пер. А.Габричевского.— В кн.: Немецкая романтическая повесть, М; Л., 1935, т. 2, с. 109-144. Schriften. Die Werke Friedrich von Hardenbergs: In 4 Bd. / Hrsg. von P. Kluckhohn, R. Samuel. — Stuttgart: Kohlhammer, 1960-1975.

Литература

Берковский H.Я Новалис.— В кн.: Берковский H Я Романтизм в Германии, Л., 1973, с. 167—207;

Жирмунский В. М. Немецкий романтизм и современная мистика.— СПб., 1911.— 206 с. Novalis. Beiträge zu Werk und Persönlichkeit Friedrich von Hardenbergs / Hrsg. von G. Schulz.— Darmstadt: Wiss. Buchges., 1970. — XX, 423 S.; Schulz G. Novalis in Selbstzeugnissen und Bilddokumenten.- Hamburg: Rowohlt, 1975.- 189 S.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV