Наши партнеры

Fc-borussia.ru - Новости фк боруссия анатолий тимощук боруссия новости.

АЛЕХО КАРПЕНТЬЕР (ALEJO CARPENTIER. 1904-1980)

ЛИТЕРАТУРА КУБЫ

— прозаик, эссеист, искусствовед и теоретик литературы; видный общественный деятель. Музыкант и исследователь истории музыки. Его концепции оказали влияние на художественную манеру создателей нового латиноамериканского романа, одним из которых явился он сам. Полное имя писателя — Алехо Карпентьер-и-Вальмонт. Отец его был французом, мать — русской, и по материнской линии он состоял в родстве с К. Бальмонтом. Его родители переехали из Европы на Кубу в 1902 г. Начальное образование Карпентьер получил на Кубе; в Париже изучал теорию музыки и сочинял импровизации для фортепьяно. Творческий путь он начал с литературной и музыкальной критики, сотрудничая в кубинских журналах. После установления на Кубе диктаторского режима А. Мачадо Карпентьер был арестован и провел в тюрьме семь месяцев, создав там первый вариант мифологического романа в духе эстетики негризма «Экуэ-Ямба-О!». В марте 1928 г. он тайно отплыл во Францию. В Париже Карпентьер сблизился с Л. Арагоном, А. Бретоном, П. Пикассо, И.Танги; первые рассказы он пишет по-французски. Конец 1920-х — середина 1930-х гг. — этап «сюрреалистской» деятельности Карпентьера. В этот период (до конца 40-х гг.) он проявил себя в основном в жанре критики, а также увлеченно работал над монографией о кубинской музыке. Историческая повесть «Царство земное» (изд. в 1949 г.), рассказывающая о Гаити XVIII— XIX вв., открыла цикл произведений, посвященных важнейшим духовным проблемам Латинской Америки. Повесть воскрешает эпизоды правления на Гаити Анри-Кристофа, бывшего раба, сражавшегося за освобождение страны от французских колонизаторов и провозгласившего себя королем. Человек обретает свое величие лишь в Царстве земном — такова философская концепция автора. В конце 1945 г. Карпентьер уехал в Венесуэлу, где возглавил кафедру истории и культуры в Высшей школе пластических искусств Каракаса, и возвратился на Кубу только в 1959 г., после падения диктатуры Батисты. В романе «Потерянные следы» (1952) Карпентьер воплотил новую теорию романа, пришедшую на смену концепции «чудесной реальности»: необходимость «универсальной литературы», обращенной ко всему человечеству. Поэтому ни имени главного героя (сообщается лишь, что он композитор, сын испанки и немца), ни названия города, где развивается действие, автор не дает. Форма повествования — путевые заметки. Совершая путешествие «во времени» (в том числе в глубь времен, к прошлым эпохам), герой приходит к выводу: художнику невозможно «ускользнуть» от изменчивой реальности. В повести «Погоня» (1955) ставится проблема индивидуального террора как несостоятельного метода борьбы. Автор обновляет литературную технику, художественно осмысляя категорию времени: есть «литературное» время — 46 минут, время действия повести (столько, сколько звучит в исполнении оркестра «Героическая симфония» Бетховена) и «субъективное» время — для каждого из героев свое. Один из временных планов — история главного героя, Беглеца, точнее, его воспоминания. Прошлое и настоящее героя слиты воедино. Сущность «музыкальной» композиции повести объяснил сам писатель: «Погоня» построена в сонатной форме. Первая часть — экспозиция, далее следуют три темы, семнадцать вариаций и заключение, или кода...» В 1973 г. опубликован роман «Превратности метода», в центре которого — проблема военной диктатуры. У карпентьеровского Главы Нации есть реальные прототипы, но в целом образ просвещенного тирана, предпочитающего жить в цивилизованной стране, — собирательный, обобщенный. В романе, действие которого ограничено 1913—1927 гг., отражены разноплановые исторические события, хотя политическая лексика почти не используется: язык с его барочной избыточностью как бы существует независимо от идейной концепции автора. В повести «Концерт барокко» (1974) царит «гармония барокко» — свобода воображения и изобретательность, единство разнородных элементов, сочетание несочетаемого, разнообразие впечатлений, стилей и ритмов. «Гармония барокко», по Карпентьеру, — метафора всей латиноамериканской действительности, ее культуры с присущими ей контрастными началами. Роман «Арфа и тень» (1979), в котором Христофор Колумб вспоминает незадолго до смерти всю свою жизнь, вновь возвращает читателя в прошлое Латинской Америки. Здесь писатель продолжает эксперимент с художественным временем (дробится линейность повествования, переносящего читателя то в XVI, то в XIX в.).

Век Просвещения (El siglo de las Luces. 1962)

— роман, Построенный на фрагментах биографии Виктора Юга, лица исторического, комиссара якобинского Конвента во французских колониях. Произведение насыщено конкретными историческими реалиями, событиями, приобретающими вместе с тем обобщенное звучание. Первая часть «Века Просвещения» (Гавана, конец XVIII в.) разворачивается в форме семейной хроники; герои — Карлос, София, Эстебан — стремятся замкнуться в мире фантазий, оградить себя от действительности. Неожиданно в их старинном доме появляется Виктор Юг — сама жизнь, само действие, — как бы пробуждающий каждого из героев, вовлекающий их в мир политики. Форма повествования меняется, оно все больше напоминает историю «странствий молодого человека». Путешествия — духовное формирование — увлечение деятельностью Виктора Юга, затем разочарование в ней... Таковы этапы становления личности Эстебана, и в этом смысле его можно сопоставить с героем европейского романа или философской повести XIX в., пережившим утрату иллюзий. А Виктор Юг предстает в конечном счете как тип буржуазного политика вообще, легко меняющего роли, теряющего в итоге свою индивидуальность. Для структуры «Века Просвещения» характерна симметричность отдельных частей, параллелизм, рациональная четкость.

Весна священная (La consagración de la primavera. 1978)

— роман отразил идейные искания Карпентьера на протяжении всего творческого пути: время действия — 1915—1961 гг. Здесь воплотились, иногда в новой интерпретации, темы и мотивы предыдущих произведений прозаика: столкновение с действительностью, историей, утрата иллюзий, бегство от реальности, «странствия», творческий поиск и обретение собственного «я». «Все мои предшествующие книги я назвал бы этапами того пути, что привел меня к Весне»,— пояснял Карпентьер. Роман вобрал богатейший жизненный и творческий опыт автора, преломившийся в судьбах главных героев — кубинского архитектора Энрике и балерины Веры, по национальности русской. Помимо внесюжетных фрагментов — воспоминаний, отрывков из любимых литературных произведений, ассоциативных отступлений, — в книге приведены конкретные исторические факты. Судьбы героев — а «Весну священную» называют также романом о современной интеллигенции— показаны в прямой взаимосвязи с путями исторического движения. Эпический мир «Весны священной» заключен в рамки субъективного повествования, как бы пропущен сквозь индивидуальное восприятие героев-рассказчиков, проходящих нелегкими путями духовного совершенствования.

Произведения

Избранные произведения: В 2 т. / Сост. и предисл. Н.Зюковой. — М.: Худож. лит., 1974; Весна священная / Пер. С.Сашиной и Н.Трауберг; Предисл. Л.Осповата. — М.: Радуга, 1982. — 480 с.; Мы искали и нашли себя: Художественная публицистика / Сост. и предисл. В. Земскова. — М.: Радуга, 1984. — 414 с.; Превратности метода / Пер. М. Былинкиной и Ю.Дашкевича. — М.: Прогресс, 1987. — 332 с.; Царство земное; Век Просвещения; Концерт барокко; Арфа и тень / Сост. и предисл. В.Земскова. — М.: Радуга, 1988. — 573 с. — (Мастера соврем, прозы). Obras completas: Т. 1—9 / Ed. al cuidado de М. L. Puga. — México: Siglo XXI, 1983—1985; Crónicas: En 11 t. — Habana: Arte y Literatura, 1975—1976.

Литература

Зюкова Н. Алехо Карпентьер. — Л.: Худож. лит., 1982. — 166 с.; Пискунова С., Пискунов В. Алехо Карпентьер и проблема необарокко в культуре XX века. — Вопросы лит., 1984, № 7, с. 74—95. Asedios a Carpentier: Once ensayos críticos sobre el novelista cubano / Sel. y nota prelim. de K. Müller-Bergh. — Santiago: Ed. Universitaria, 1972. — 233 р.; Entrevistas / Сотр., sel., pról. y notas de V. López Lemiis. — Habana: Letras cubanas, 1985. — 548 р.; Recopilación de textos sobre Alejo Carpentier / Compil. y pról. de S. Arias. — Habana: Casa de las Américas, 1977. — 585 p.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV