Звездные войны (эпизод первый)

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СИНЕМАЛОГИЧЕСКИЙ ПРАКТИКУМ

Глава десятая. Фантазия и фантастика

Режиссер: Джордж Лукас

Сценарист: Джордж Лукас

В главных ролях: Марк Хэмилл, Харисон Форд, Гэри Фишер, Дэвид Проузи, Алек Тиннесс

Оператор: Гильберт Тейлор

Награды: Премия "Оскар" в номинациях "Лучший сценарий", "Лучший художник по костюмам", "Лучший монтаж ", "Лучший звук", "Лучшие спецэффекты"

Композитор: Джон Уильямс

Производство: Gary Kurtzperzoth Century Fox, США, 1977г.

Длительность: 121 мин., цв.

Сюжет: группа повстанцев, возглавляемых принцессой Лейлой Органа (Фишер), оказывает сопротивление сверхвластям Галактической империи, пытаясь вывести из строя страшнейшее оружие - Черную Смерть. Им на помощь приходят молодой Лука, старый рыцаръ-джидай Оби-ван Кеноби и один циник с "золотым" сердцем (Форд).

Технология власти образа

Оставляя в стороне наигрыш и выдумки кинофильма, с его помощью я хочу объяснить то, как технология образа манипулирует поведением людей. Человеческое существо поначалу подвергается воздействию образа, а затем кладет данный образ в основание своей экзистенциальной реальности, вылепливает себя как индивида и члена социума. Каждый образ, создается ли он субъектом или только воспринимается им, сосуществует с человеком, становится структурой его истории.

Титры, предваряющие кинокартину, повествуют о той истории, которая впоследствии развернется перед нами на экране: "Наступила эпоха звездных войн. Гражданские корабли повстанцев, разгромив секретную базу, одержали свою первую победу...". В этих словах выражен момент бессознательной формализации дальнейших событий.

Индивид является не только носителем, но и "телетайпом" повседневной реальности, поскольку отчасти испытывает ее на себе, отчасти сам формирует в других людях. Изобретение стратегий, призванных устранить внешние опасности и трудности с помощью врачей, психологов, шаманов, полиции, священников, адвокатов, коммерсантов, профессионалов всех мастей происходит с опозданием. Необходимо опережать явления, побочные и второстепенные по отношению к центру действия, расположенному в образе, который навязчиво воспроизводится субъектом на нейронном уровне. Недостаточно сказать, что образ задает общий тон психоэмотивной семантики: образ буквально отпечатывает реальность, окружающую субъекта.

Власть над собственным существованием, руководствующаяся требованиями здорового эгоизма, возможна только тогда, когда субъект способен изменить или аннулировать образ, который автоматически и неуловимо прокручивается в его психике.

Образ может быть внедрен по четырем каналам: 1) системой социального образного ряда (печать, культура и т.п.); 2) семантикой другого человека; 3) историей собственной жизни; 4) беспочвенными измышлениями (субъект фантазирует, выдумывает миф, создает идеал, самовлюбленно мечтает и затем расплачивается за это).

Образ всегда связан с верой: субъект профилирует фантазию и вкладывает в нее свою веру. Это верование не возникает в силу сознательного волеизъявления, потому что осознанные проявления воли всегда слабы; необходимо подключить весь квант бессознательного для того, чтобы наделить образ властью создания истории, властью экзистенциального действия. "Вера" — это взаимное соответствие, синхронность между отправителем и получателем, это прямое включение: верующий настолько повязан этой идеей, что его жизнь настраивается на волну получения данных образов.

Религии всех времен всегда взывали к свободной интенции ума, к образу, желанному, выбранному, тобой возлюбленному. Не важен мотив, по которому субъект выбирает определенный образ: главным является то, что образ функционирует, начинает действовать. Поэтому для того чтобы избежать некоторых аспектов социального, биологического, исторического ада, в котором зависло человечество, необходимо уметь аннулировать образ, восседающий в головном мозге.

Прежде всего, следует выявить рефлективную матрицу, по причине которой субъект состоит в симбиозе с заданными координатами и именно с оглядкой на них, в согласии с совершенной технологией1 образа психосоматически выстраивает собственную реальность.

Вся логистика нашего сознания представляет собой машину, а не дух. Рациональность является тем инструментарием, которым пользуется онто Ин-се в целях адаптации к химическо-материаль-ной типологии кванта психики, спроецированного в земное пространство. Когда мы говорим о комплексах, о мониторе отклонения, сознании и воле, то остаемся на уровне процессов, воплощающих директивы интенциональности, которая создает свои собственные иллюстрации в рамках обстоятельств этой планеты. Но пока мы пребываем на этом уровне, нам неведома чистота онто Ин-Се.

Голографическая проекция в виде принцессы Лейлы, молящей о помощи ("Помоги мне, Оби-Ван Кеноби, ты моя единственная надежда..."), становится стартом исторической реальности юного Люка, попавшегося на крючок из-за своего любопытства ("Что это такое?.."). Голограмма — это даже не отражение в зеркале, потому что в зеркальном отражении существует нечто, что отражает. Следовательно, нет даже данности зеркала, нет квантовых вариаций, но только голографические. Реальность может создавать другую реальность без того, чтобы измениться в самой себе. Голограмма задает реализм событий, которые произойдут с Люком.

Каждый человек руководствуется подобным голографическим образом, следует сценариям, опирающимся на рефлективную матрицу, и тем самым совершает собственный тематический отбор: типологическая специфичность языка возбуждает соответствующие ему смыслы. Субъект идентифицирует себя на основе рефлективной матрицы, в него спроецированной. Отождествив себя с опреде-

1 "Технология" в смысле процессов, происходящих на молекулярном уровне в металлоконструкциях.

ленным образом, субъект будет отбирать все то, что придает ему квантовую конкретность в пространственно-временном измерении.

Образ лежит в основе типологии мыслей, аффектов, эмоций, вкуса, чувств, предпочтений — всей множественности черт, характерных в большей или меньшей степени и составляющих психологическую идентичность каждого из нас. Проприоцептивное восприятие каждого человека определяется образом, доминирующим в поведенческой логике индивида.

Если сопоставить такое положение вещей с нашей повседневностью, станет очевидным, что сам субъект пестует свое несчастье, свою болезнь, свою несостоятельность: человек постоянно сталкивается в своей жизни именно с тем, что навязчиво покручивает в своем уме (в фантазии, в сознании, в комплексе, в сновидениях).

Моя клиническая практика позволяет утверждать, что ничего плохого не может случиться, если субъект не выбрал определенные образы. Онтопсихологический анализ показывает, что, сам того не ведая, субъект нажимает на кнопку и вызывает процессы, искажающие его существование. Субъекту неизвестна весомость образов, неведомы последствия их действия. Кроме того, образы претворяются в жизнь в контексте других образов, и потому выхода из рабства не видно. Выбраться из глубин образа можно лишь с помощью специалиста, или техника, способного указать дорогу к восстановлению. Неотъемлемым условием освобождения от гнета образа является расположенность закрепощенного субъекта к совершению метанойи.

Поэтому не следует полагать, что достаточно подумать о каком-то событии, и оно действительно произойдет. Претворение образа в реальную данность происходит, только если в нем формализуется весь бессознательный квант субъекта. В настоящее время только монитор отклонения и стереотипы способны увлекать за собой открытый потенциал бессознательного. Они располагают арсеналом необходимых средств для установления контакта, закрепления и утверждения себя в бессознательном, что и приводит к реализации внедренного образа.

Фильм повествует о фантастических событиях, разворачивающихся в космическом пространстве, но фактически его действие сводится к маневрам в туннелях: перед нами зияют пещеры бессознательного, мелькают типичные образы наших снов.

Бессознательная мотивация может воплотиться как на телесном уровне, вызывая регистрируемые медициной изменения, так и в историческом, политическом, экономическом, социальном, юридическом плане. Большая часть физически здоровых людей сталкивается с патологической соматикой в виде постоянной агрессии юридического характера. Все проявления тоски и страха, в которых врачи усматривают проекцию невроза, в реальности представляют собой сгустки пассивности субъекта, не владеющего ключом решения проблем. Только лидер может распоряжаться этим ключом; для того чтобы обладать точной волей, необходимо знать, чего хотеть (предмет воления) и как хотеть (какими должны быть волеизъявления).

В первую очередь, субъект должен ориентироваться на выстраивание собственного благополучия, прийти к удовлетворению своих потребностей, достичь нормальной реализации. Добившись этого и не исследуя до бесконечности бессознательное и матрицу (исследование ради исследования никогда не приведет к цели), необходимо суметь аннулировать образы, которые возникают иногда без всяких на то оснований, иногда в силу повторения цикла, иногда по ассоциации, вызванной телевидением, прессой, словом, индивидами и т.д. Это ассоциации, которые точный субъект отследит по неожиданно возникающей неуверенности. Речь идет о том, чтобы устранить эти образы в фантазии. Если субъекту не удается стереть образы, значит он сам, в сокровенных глубинах своего внутреннего мира, постоянно культивирует контакт с ними.

Следует изгонять из своего мозга все призывы, которые не привносят экзистенциальную выгоду в данный момент. Любой образ, фантазия, манифест, фотография, фильм, песня, музыка, танец, одежда, открытка, цветок...: все может придать специфический облик, характер энергии.

Конечно, недостаточно стереть образы в своей фантазии. Прежде всего, необходимо располагать экзистенциальными условиями освобождения, не быть зацементированным в той ситуации (окружение, работа, человек), которую сноведения обличают как проникновение негативной семантики, приводящее к регрессивным для субъекта последствиям. Нет надобности бороться с другим человеком, и нет смысла в бегстве от него. Достаточно изменить самого себя. Несчастья одолевают субъекта до тех пор, пока он позволяет им случаться, сам ожидает лишений. Борьба с другим человеком превозносит и усиливает патологическую идею: чем больше вы преследуете зло вне себя, тем больше патологическое начало отравляет ваше нутро. Стержень экзистенциальной техники состоит именно в этом: авутогенез осуществляется изнутри, от собственной сокровенности.

Этот кинофильм интересен, поскольку демонстрирует то, как образ бесконечно воспроизводит историю. Мне понравилась фраза, сказанная лордом Фернером Оби-Ван Кеноби: "Ты не должен был возвращаться". Истинный учитель никогда не возвращается к прошлому. Оби-Ван Кеноби повернул назад и потому погиб.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV