Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "К" (часть 3, "КАМ"-"КАР")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "К" (часть 3, "КАМ"-"КАР")

КАМПЕ

КАМПЕ И. Г. (J. H. Campe, 1746-1818) - наиболее популярный из немецких писателей для детей конца XVIII и начала XIX в. Его влияние распространялось далеко за пределы его родины и времени, в Германии сочинения К. переиздаются до сих пор. С 1779 начинает выходить его «Маленькая детская библиотека». В тот же год вышла его переделка для детей «Робинзона Крузо», к-рая в течение целого столетия занимала в детской лит-ре место подлинника (переведена на все европейск. яз.). Из других его произведений большой популярностью пользовались: «Открытие Америки» (1782), «Замечательные путешествия», 2 тт. (1785), «Краткая психология, или учение о душе для детей», «Каролинушка, или добрая дочь» и др.

Педагог по профессии, К. внес в детскую лит-ру систему и идеи филантропов, немецких последователей Руссо. Талантом рассказчика К. завоевал детскую аудиторию, а педагогический подход и нравоучительные «выводы» и пропаганда филантропии создали ему большую популярность в среде буржуазной педагогики и объясняют многолетнюю (более 100 лет) популярность К. и огромное влияние его не только на немецкую, но и на английскую, французскую, дореволюционную русскую и др. детские лит-ры. Русские переводы и переделки его книг издавались и переиздавались с 1787 до 80-х гг. прошлого столетия.

Библиография:

I. Samtliche Kinder- und Jugendschriften, 37 Bde, 1807-1814 (4 Aufl., 1832).

II. Чехов Н. В., Очерки истории русской детской литературы (1750-1855); «Материалы по истории русской детской литературы», т. I, вып I, изд. ИМВР, М., 1927. стр. 41-43; Koster, Geschichte der deutschen Jugendliteratur; Hallier E., J. H. Campes Leben und Wirken, 1862; Richter K., Campes Theofron, 1875; Bauer G., J. H. Campe, 1876; Leyser J., J. H. Campe, 2 Bde, 1877 (2 Aufl., 1896).

КАМПОАМОР

КАМПОАМОР Рамон (Ramon de Campoamor Campoosova, 1817-1901) - испанский поэт. Р. в дворянской семье. Принимал деятельное участие в политической жизни страны, занимал разные государственные должности и, находясь в лагере сперва умеренной, а затем консервативной партии, вел в парламенте и в прессе ожесточенную борьбу с демократическими веяниями. Творчество К. однако оторвано от социально-политической жизни страны и является отражением идеологии культурных слоев правящей аристократии, увлекающихся отвлеченным умозрением. В своей лирике К. пытался создать новые жанры философской поэзии (doloros, humoradas, paquenos, poemas); описание и повествование в его стихах лишь иллюстрируют вложенную в произведение идею, акцентируя ее в ироническом тоне. Сам он в своей «Поэтике» определяет свою цель как желание «открыть читателю ту область, в к-рой идеи освещают факты, и показать ему путь, идущий от реального к сверхидеальному». Как лирик К. имел много последователей и подражателей. Менее интересна огромная религиозно-дидактическая поэма К. «Универсальная драма» (El Drama Universal, 1873), написанная под влиянием Мильтона и повествующая в духе догматического христианства о загробной любви Онорис и Соледад. Из остальных произведений К. имели в свое время значение «Басни» (Fabulos morales y politicas, 1842).

Библиография:

I. Obras completas, ed. U. Gonzalez Serrano, V. Colorado y M. Ordonar, Madrid, 1901-1903.

II. Pesseux H. Richard, Humorades, dolores et petits poemes de Campoamor, «Revue Hisp.», 1894, I; Gonzalez E., Blanco, Campoamor biografia y estudio critico, Madrid, 1917; Henriquez P. Urena, C., «Revue Hisp.», 1917, XLI.

КАН

КАН Густав (Gustave Kahn, 1859-) - французский писатель и поэт. Р. в буржуазной семье в Метце. Был одним из пионеров французского символизма. Редактировал многочисленные литературные журналы, в которых дебатировались основные вопросы передовых поэтических теорий. В 1886 основал вместо с Полем Аданом и Жаном Мореасом лит-ый журнал «Символист». К. - один из основоположников «свободного стиха» (верлибризм). Не отрицая влияния Рембо и Верлена, К. возводил преемственность своей поэзии к Маллармэ и гл. обр. к Бодлеру, к-рый, по его мнению, пытался создать новую лит-ую форму, промежуточную между прозой и поэзией. «Одна из главных особенностей верлибризма заключается в том, - писал К., - что он позволяет каждому поэту устанавливать свое оригинальное построение строфы или свой собственный стих и индивидуальный ритм, не напяливая на себя уже заранее готового мундира, делающего его похожим на какого-нибудь прославленного предшественника». Помимо статей, разбросанных в различных журналах, К. дал исчерпывающее исследование о верлибризме в предисловии к своему сборнику стихов «Premiers poemes» (изд. «Mercure de France», 1897). Первые опыты применения новой стихотворной техники были им сделаны в 1887 в поэмах «Palais nomades». К. написал также несколько романов. В последние годы он занялся почти исключительно художественной критикой («Mercure de France», «Quotidien»), но не внес в эту область ничего оригинального. Импрессионизм и эклектизм являются отличительной чертой всех его писаний. Помимо «Символиста» К. был также основателем журналов «La Vogue» и «Revue Independante». Много внимания уделил К. в своих работах о французской поэзии В. Брюсов.

Библиография:

Les palais nomades, 1887; Limbes de lumiere, 1895; Le roi fou, 1895; Domaine de fee, 1895; Le livre d’images, 1897; L’adultere sentimental, 1902; Symbolistes et decadents, 1902; Fantin-Latour, 1926.

КАНАТЧИКОВ

КАНАТЧИКОВ Семен Иванович (1879-) - литературный деятель. Сын крестьянина, учился в начальном училище. С 15 лет рабочий заводов Москвы, Петербурга и т. д. Член РСДРП с 1898, с 1903 - большевик, активный подпольщик, в эпоху первой революции - член Московского и Петербургского комитетов партии, делегат Стокгольмского партсъезда 1906; неоднократно арестовывался и высылался. После 1917 - на ответственной партийной и советской работе (организатор Свердловского комуниверситета ректор Зиновьевского комуниверситета и т. д. и т. п.). В 1925-1927 участник «Ленинградской» и объединенной оппозиции, в дни XV партсъезда с оппозицией порвал. К. принадлежит много брошюр на политич. темы («История одного уклона», «Как рождалась Октябрьская революция» и др.).

К литературному движению К. вплотную подошел в 1924, будучи заведующим отделом печати ЦК ВКП(б). На I конференции ВАПП в январе 1925 К. выступил с содокладом к докладу И. Вардина об идеологическом фронте и задачах лит-ры, присоединившись к основным положениям Вардина и резко отвергая позицию А. Воронского. С 1928 К. работает в лит-ых организациях. Был секретарем Федерации советских писателей и редактором «Лит-ой газеты». В настоящее время - член секретариата Всероссийского о-ва крестьянских писателей, член редколлегии журн. «Красная новь», главный редактор ГИХЛ и председатель Редсовета изд-ва «Федерация».

К. опубликовал воспоминания, ярко и правдиво рисующие жизненный путь молодого рабочего, приобщающегося к революционной борьбе, - удачный и популярный образец художественно-мемуарной лит-ры. К. выступает также как очеркист.

Библиография:

Из истории моего бытия, «ЗИФ», 1929 (Гиз, 1930); Рождение колхоза, «Федерация», 1930.

КАНТАТА

КАНТАТА (итальянск. cantata) - принадлежит к числу синкретических художественных форм, соединяющих стиховую форму с музыкальным исполнением. Возникая на рубеже XVI и XVII вв. в Италии, К. обозначает первоначально вокальную пьесу вообще (pendant к инструментальной сонате); около 1620 название К. укрепляется за вокальной пьесой, исполняемой пением solo с инструментальным аккомпаниментом и состоящей из нескольких различных по темпу и такту частей: арий и речитативов. В дальнейшем развитии К. (в середине XVII в. сильно увеличивающейся в объеме благодаря повторениям - ария da-capo) ария иногда заменяется строфическими формами и даже драматизируется в дуэтах и терцеттах (начиная с Росси, ум. в 1653). В конце XVIII в. жанр перестает быть продуктивным.

Как лит-ое произведение К. принадлежит в огромном большинстве случаев к «произведениям на случай» (Gelegenheitsgedichte) придворной поэзии. Отсюда - близость ее тематики к тематике таких развлекательных зрелищных форм, как балет: легкие аллегории и эротические фантазии на мифологические сюжеты (пушкинская «Леда»). К. часто приобретает и формы прямого панегирика (Тредьяковский, Державин).

Попытки внести более серьезное содержание в К. связаны с использованием К. как формы культового песнопения (немецкие К. XVIII в.) и как формы философской лирики (Брокес, Жуковский).

Как все синкретичные формы, кантата может быть отвлечена от своего музыкального оформления: в этом случае свойственное К. чередование ритмов и тактов должно быть возмещено вариациями метров и размеров. Такой «К. для чтения» является напр. К. Брокеса: «Земное удовольствие в боге» (Das irdische Vergnugen an Gott).

Библиография:

Schmitz E., Geschichte der Kantate und des geistlichen Konzerts, 1914.

КАНТЕМИР

КАНТЕМИР Антиох Дмитриевич, князь (1708-1744) - русский сатирик XVIII в., сын молдавского господаря, переселившегося в Россию из Турции. Получил блестящее по своему времени образование, принимал живое участие в политической борьбе, отстаивая интересы служилого дворянства («шляхетства») против «верховников». Позднее был дипломатическим представителем России за границей - резидентом в Лондоне и полномочным министром в Париже, где и умер.

К. является выразителем настроений той зарождавшейся дворянской интеллигенции, «ученой дружины» (Плеханов), которая создавалась в эпоху петровских реформ и чрезвычайно живо ощущала наступившую после смерти Петра реакцию. В творчестве этой интеллигенции (Прокопович, Татищев, К. и др.) оформляется идеология служилого класса - европеизовавшегося дворянства, - к-рая придает стилю ранней дворянской лит-ры резкий публицистический отпечаток. В творчестве К. с особой силой проявляются элементы «просветительства», выражающиеся как в проповеди просвещения, так и в нападках на темные стороны жизни тогдашнего дворянства.

Отсюда - влечение К. к сатире. К. написал 9 сатир, к-рые составляют основу оставленного им лит-ого наследства; остальные его произведения - поэма «Петрида», басни и др. - мало интересны. Каждая из его сатир ставит ту или иную серьезную общественную проблему и разрабатывает ее с большой яркостью для своего времени (недаром сочинения К., не напечатанные при его жизни, расходились в большом числе рукописных списков). Помимо своих тем - «На хулящих учение», «На зависть и гордость дворян злонравных», «На бесстыдную нахальчивость», «О воспитании», «На человеческие злонравия» и т. п. - сатиры К. интересны еще своим ярким бытовым колоритом. Невежество, низкопоклонство, жадность, лицемерие, сплетни и т. п. - все эти пороки «казнятся» К. с большой едкостью, и в этом отношении он является интересным предшественником сатирич. журн. Новикова и др.

В характерных для настроения тогдашнего дворянства настойчивых указаниях К. на то, что главное в человеке - не «порода», а «выслуга», сказалось наступление среднего служилого дворянства на старые боярские роды. Однако в 30-х гг. XVIII в. это политическое наступление замедлилось, возникла реакция, отразившаяся в творчестве К. пропагандой «златой умеренности» и «малых дел». Кантемир оставил также ряд переводов в прозе (Фонтенель, Монтескье) и в стихах (Гораций, Анакреонт). В последних он первый в русской литературе дал образцы безрифменного стиха.

К. сыграл некоторую роль и в развитии русского лит-ого яз. (им напр. введены такие слова, как «центр», «понятие», «средоточие» и др.) и стиха (он значительно приблизил силлабический стих к его переходу в силлабо-тонический, осуществленному Тредьяковским. Специальная его работа, посвященная стиху: «Письмо Харитона Макентина к приятелю о сложении стихов русских»). Сочинения его «весьма много похвалялись современниками». Столетием позднее Белинский отметил, что К. «своими стихами воздвиг себе маленький, скромный, но тем не менее бессмертный памятник».

Библиография:

I. Впервые сатиры К. были напечатаны после его смерти, в 1762, в значительно искаженном виде. Лучшее изд. сочин., писем и избранных перев. К., Под редакцией П. А. Ефремова, со вступ. ст. В. Я. Стоюнина, в 2 тт., СПБ., 1867-1868; Полн. собр. оригинальных стихотворений, со вступ. ст. В. Я. Стоюнина, в «Русской поэзии XVIII в.», Под редакцией С. А. Венгерова, вып. I, СПБ., 1893. См. также вып. VI (стр. 146-210), где помещены подробные библиографические указания и статьи о Кантемире В. Тредьяковского, Венути, И. Баркова, Домашнева, Штелина, Новикова, Сумарокова, Карамзина, Белинского, Полевого и мн. др. Здесь же перечень изд. и пояснения к его сатирам и стихотворениям.

II. Кроме ст. о Кантемире В. Я. Стоюнина см. еще: Шимко И., Новые данные к биографии кн. А. Д. Кантемира, СПБ., 1891; Майков Л. П., Материалы для биографии кн. А. Д. Кантемира, СПБ., 1903; Глаголева Т. М., Материалы для полн. собр. сочин. кн. А. Д. Кантемира, «Изв. Отд. русск. яз. и словесн. Академии наук», т. XI, 1906, кн. 1 и 2; Ее же, К литературной истории сатир кн. А. Д. Кантемира. Влияние Буало и Лабрюйера, там же, т. XVIII, 1913, кн. 2; Плеханов В. Г., Собр. сочин., т. XXI, М., 1925.

III. Мезьер А. В., Русская словесность с XI по XIX ст. включительно, ч. 2, СПБ., 1902; Венгеров С. А., Источники словаря русских писателей, т. II, СПБ., 1910.

КАНТ И.

КАНТ Иммануил - см. Эстетика.

КАНТИЛЕНА

КАНТИЛЕНА (буквально «песенка») - употребляется иногда для обозначения кратких эпических произведений средневековой лит-ры, как напр. «К. о св. Евлалии» - древнейший памятник французской лит-ры конца IX в., представляющий подражание латинским секвенциям чисто церковного характера, или «Беллунская К»., - отрывок народной песни на события, имевшие место в Беллуно в 1193, на итальянском языке.

В особом смысле термин «К.» был введен в историю лит-ры известным историком старофранцузского эпоса Леоном Готье. Применив к проблеме происхождения старофранцузских chansons de geste известную теорию Вольфа о происхождении гомеровских поэм из отдельных песен, к-рую в том же направлении развивал в Германии Карл Лахман в отношении «Песни о Нибелунгах», Л. Готье рассматривал произведения французского феодального эпоса как сложившиеся из отдельных небольших песен лирико-эпического характера наподобие испанских романсов или русских былин. Эти-то короткие песни-былины и называл Л. Готье К. (Gotier L., Les epopees francaises, v. I, P., 1865). Против его теории возражали многие ученые, как напр. П. Мейер (Meyer P., Recherches sur l’epopee francaise, P., 1867), затем П. Райна, настаивавший на изначальном возникновении длинных поэм, для к-рых он сохранял впрочем самое название К.

(Rajna Pio, Lē origini dell’epopea francese, 1884). Во всяком случае теория К. потом уже не находила себе защитников, и последующие изыскания о французском эпосе строились на других предположениях, см. между прочим работы Ж. Бедье (Bedier J., Les legendes epiques, vv. I-IV, P., 1908-1913), Бекера (Becker Ph. A., Grundriss der altfranzosischen Literatur, B. I, Heidelberg, 1907) и др.

Библиография:

Boissonade P., Du nouveau sur la chanson du Roland, P., 1923. См. также «Эпос».

КАНТ М.

КАНТ Минна (Minna Canth, 1844-1897) - финская писательница. Дочь зажиточного буржуа. Образование получила в учительской семинарии, была учительницей, затем продавщицей в мануфактурном магазине отца. В начале 90-х гг. напечатаны первые литературные произведения. В рассказе «Прочь из дому» Кант с большим юмором отображает стремления разбогатевших мещан пролезть в светское общество. Популярны ее драмы из народной жизни «Кража со взломом» (1882) и «В доме Ройнила» (1883). Ее последующие произведения проникнуты ненавистью к старому мещанству, в них К. выступает также как борец за освобождение женщины от семейного и общественного гнета: «Жена рабочего» (1885), «Пасынки судьбы» (1888) и новеллы «Ганна» (1886), «Бедный народ» (1886), «Подводная скала» (1887), «По закону», «Торговец Лопо» (1889) и «Жена учителя Гельмана» (1890).

К. является одной из наиболее ярких представительниц реализма в финской лит-ре и причисляется к ее классикам. Ее произведения до сих пор пользуются широкой популярностью в крестьянской, мелкобуржуазной и рабочей среде. Некоторые из драм К. еще до сих пор ставятся на сценах народных театров Финляндии.

КАНТЫ

КАНТЫ - см. Псальмы.

КАНЦОНА

КАНЦОНА - буквально «песня», лирическая форма средневековой поэзии, возникшая первоначально в феодально-рыцарской лирике Прованса, откуда она была усвоена французскими и итальянскими подражателями. Последние придали ей наиболее разработанную форму, откуда и самое итальянское наименование жанра (итальянское - canzone, французское - chanson, провансальское canso). У трубадуров Прованса К. являлась довольно неопределенным термином, к-рым обозначалось лирическое произведение, посвященное исключительно темам рыцарской любви. По форме своей провансальская К. очень разнообразна: число строф неограниченно (обычно 5-7), чаще с особой концовкой (так наз. tornada), равно как и число стихов в строфе (как исключение встречается 42 стиха) и самые стихотворные размеры. Стихи связаны между собой рифмами в самых различных комбинациях (напр. «ababccdd» или «ababcdc», или «ababccd»), иногда даже так, что внутри строфы все рифмы различны, но в следующих строфах каждый стих рифмуется с соответствующим стихом первой строфы. Итальянские поэты, особенно представители городской буржуазной лирики XIII в., в том числе Гвиницелли, Кавальканти, Чино да Пистойя и сам Данте, усиленно культивировали К., особенно в своих произведениях аллегорического и философского содержания. Уже Данте дал некоторую теорию построения К. (во второй книге своего трактата «De vulgare eloquentia»), согласно к-рой К. должна состоять из двух частей: вводной (fronte) и основной (sirima), каждая из к-рых в свою очередь может распадаться на piedi (первая) и volte (вторая). Все части К. соединены рифмой, также весьма разнообразной. Число стихов в строфе и размеры стиха свободны, но на практике чаще всего у итальянцев встречается так. наз. одиннадцатисложный стих. Обычно К. сопровождается концовкой. Наиболее совершенной формы К. достигает у Петрарки в XIV в., после чего этот жанр постепенно замирает и возрождается в последний раз у испанских петраркистов XVI века, как например у Боскана или Гарсиласо де ла Вега, чтобы потом выйти совсем из употребления.

В немецкую литературу форму канцоны вводят романтики (А. В. Шлегель, Рюккерт, Платен), в русскую - символисты (Вячеслав Иванов, Валерий Брюсов - «К даме» в его сб. «Опыты», М., 1918, стр. 142).

Библиография:

Floeck O., Die Kanzone in der deutschen Dichtung, Berlin, 1910.

КАПЕЛЬГОРОДСКИЙ

КАПЕЛЬГОРОДСКИЙ Пилип Осипович (1882-) - современный украинский писатель и журналист. Р. в семье батрака, учился в городских школах в Полтаве и Ромнах, был долгое время на земской службе в Дагестане, Азии, затем работал фельетонистом в полтавской газете. Лит-ую деятельность начал в 1902. Стихотворения первого периода, полные призывов к «борьбе за правду» и жалоб на тяжелую жизнь крестьянства - мотивов, характерных для лит-ры народничества и «просвитянства», - в основном проникнуты бодростью и верой в победу.

С 1909 К. переходит к прозе и публицистике; его очерки и повести печатаются в лучших украинских журналах и газетах того времени («Рада», «Лiтературно-науковий вiстник», «Рiдний край», «Вiльна Украiна»). Большой популярностью - в особенности у бедняцкого крестьянского читателя - пользовались его многочисленные фельетоны, обладающие большими художественными достоинствами. За последние годы К. написал свыше 500 фельетонов и 200 сатирических стихотворений, преимущественно из крестьянского быта. Частушки, юморески и др. стихи К. - злободневные произведения, обличающие преимущественно темные стороны жизни современной деревни (злоупотребления местных властей, самогон, соревнование церквей разных толков, знахарство, темнота и т. д.). Они написаны простым, живым яз. Сатирические стихи К. в значительном числе вошли в состав репертуара, современной украинской эстрады и исполняются во многих рабочих клубах и домах крестьянина.

Библиография:

I. Вiдгуки життя (собр. поэзии), Киiв, 1908; Украiнцi на Кубанi, Очерк, 1909; Чарiвна сопiлка, Дит. пьеса, ДВУ, 1922; Гей не дивуйте, «Плужанин», Харкiв, 1927; Роздайсь, море, «Плужанин», Харкiв, 1927; Прейскурант отця Максима, «Плужанин», Харкiв, 1928. Стихи в альманахах (до революции): «Перше ластiвка», «Розвага», Досвiтнi огнi», «Нова рада», «З неволi», «Терновий вiнок», «Украiнська муза»; в журналах и газетах: «Лiтературно-науковий вiстник», «Рада», «Вiльна Украiна», «Рiдний край», «Нова громада» (после революции), «Наше слово», «Бiльшавик Полтавщины», «Сiльский театр», «Плуг».

II. Ефремов С., Ст. в газ. «Рада», 1907, № 267; Сирий Ю., Ст. в журн. Лiтературно-науковий вiстник», 1908, I; Ефремов С., Р†сторiя украiнського письменства, вид. «Вiк», 1917; Рецензии в периодических изданиях: «Червоний шлях», «Критика», «Життя й революцiя».

КАПНИСТ

КАПНИСТ Василий Васильевич, граф (1757-1824) - русский драматург. Р. в семье богатого украинского помещика, был в свое время губернским предводителем дворянства Киевской, а потом Полтавской губ. Известен как автор комедии «Ябеда», поставленной в 1798 на сцене, но запрещенной после 4-го представления. В ней он примыкает к тому сатирико-дидактическому направлению, к-рое было особенно характерным для дворянской лит-ры второй половины XVIII в. Вышедшая в разгар репрессий Павла I, усиленно искоренявших «вольные мысли» (сам Капнист едва не был за нее отправлен в ссылку), «Ябеда» имела продолжительный успех. Она была направлена против взяток и беспорядков, процветавших в судах, и очень резко на них нападала: тип судьи, про к-рого говорится,

«Что и ошибкой он дел прямо не вершил,

Что с кривды пошлиной карманы начинил,

Что он законами лишь беззаконье удит»;

самые судейские порядки, при к-рых любое дело, «как солнце будь, то будет, аки мрак»: пьяные судьи, к-рые в комедии распевают песню:

«Бери, большой тут нет науки,

Бери, что только можно взять,

На что ж привешены нам руки,

Как не на то, чтоб брать, брать, брать»,

и фамилии персонажей (по обычной для XVIII в. манере выражавшие их основные качества: Кривосудов, Хапайко, Праволов) - все это давало очень яркую картину судейских нравов и по существу не окупалось нравоучением, заложенным в комедии: «Законы святы, да исполнители - лихие супостаты...»

К этой же сатирической линии творчества К. примыкают и некоторые другие его произведения, в частности «Сатира первая и последняя», интересная своими язвительными нападками на современность и, между прочим, на лит-ые нравы. В творчестве К. заметна реакция дворянства против самодержавного произвола, жертвами к-рого часто становились и представители поместной интеллигенции. В таких напр. одах, как «Ода на рабство» (очень долго остававшейся ненапечатанной) или «Ода на истребление в России звания раба» (написанной им по поводу распоряжения Екатерины, чтобы русские обыватели в своих обращениях к верховной власти подписывались не рабами, а подданными), есть такое обращение к царям:

«На то ль даны вам скиптр, порфира,

Чтоб были вы бичами мира

И ваших чад могли губить?

Воззрите вы на те народы,

Где рабство тяготит людей;

Где нет любезные свободы

И раздается звук цепей» и т. д.

(«Ода на рабство»).

В позднейших произведениях К. эти мотивы - в связи с усилением реакции - сходят на-нет, и он примыкает к сентиментализму (см.), малозначительным представителем которого и является в своих одах - нравоучительных, элегических, горацианских и анакреонтических. К. пользовался популярностью у современников, ценивших «глубокое душевное чувство и неизъяснимо прелестную унылость» в его лирике и «благородную любовь к добродетели и святую ненависть к пороку» - в сатире. Но уже Белинский в «Лит-ых мечтаниях» писал: «Теперь К. совершенно забыт... потому что едва заметные блестки таланта еще не могут спасти писателя от всепоглощающих волн Леты», и позднее: «К... злоупотреблял своей грустью и слезами, ибо грустил и плакал в одной и той же оде на нескольких страницах».

Библиография:

I. Сочин. Капниста наиболее полно (но без «Оды на рабство», не помещенной по цензурным условиям) изд. А. Смирдиным в его серии «Полное собр. сочин. русских авторов», СПБ., 1849; Важнейшие оды, стихотворения и сатира, со ст. В. И. Саитова, «Русская поэзия XVIII в.», Под редакцией С. Венгерова, вып. IV, СПБ., 1894; см. также вып. VI.

II. Веселовский А. А., Капнист и Гораций (Эпизод из знакомства с классической лит-рой в конце XVIII, начале XIX вв.), «Изв. Отд. русск. яз. и словесн. Акад. наук», т. XV, кн. I, 1910; Его же, Капнист - переводчик Горация (Классический мир в представлении русского писателя первой половины XVIII в.), там же, т. XIX, кн. I, 1914.

КАПУАНА

КАПУАНА Луиджи (Luigi Capuana, 1839-1915) - итальянский критик и романист, один из основателей и теоретиков веристского направления в итальянской литературе (см. «Веризм»), К. не создал сколько-нибудь значительных художественных произведений; для истории веризма гораздо важнее его теоретические работы, в известной степени содействовавшие оформлению мировоззрения и стилевых приемов итальянской натуралистической школы (его «Studi sulla letteratura contemporanea, 1879 и 1882; «Per l’arte», 1885; Gli ismi contemporanei», 1889). По концепции К. искусство, заимствуя аналитический метод у современного научного мышления, приходит в свою очередь последнему на помощь художественной иллюстрацией регистрируемых наукой фрагментарных данных опыта. В основу реконструируемого художником психологического процесса полагается подлинный «человеческий документ»; художественное описание в общих чертах сходно с историей болезни, отдельные стадии к-рой сухо протоколируются врачом. В своих романах и рассказах К. уделяет преимущественное внимание болезням личности и особливо патологическим явлениям ревности и эротизма («Giacinta», «La sfinge», «Profumo» в сб. рассказов «Le appassionate»). Оккультные явления занимают особое место в произведениях К.: художественное изображение сомнамбулизма, гипнотизма, спиритизма и телепатии, по мысли К., может пролить свет на природу этих явлений и доказать, что они целиком относятся к области действительности (вызывание духов в романе «Il marchese di Roccaverdina», катастрофа, обусловленная явлениями телепатии в романе «La sfinge»). В тех своих рассказах, в к-рых он наподобие Верга (см.) пытается изображать быт сицилийских крестьян, он точно так же предпочитает патологические типы скупых маниаков (сборники рассказов «Le paesane», «Nuove paesane»), К. интересовался фольклором и писал народные сказки (fiabe) и рассказы, повести и пьески для детей, пользовавшиеся в свое время большим успехом.

Библиография:

I. Перев. на русск. яз.: Гиацинта, СПБ., 1887; Жили-были, Сказки, СПБ., 1894; Хромой зазывальщик, М., 1894; Итальянские рассказы, СПБ., 1900.

II. Оветт Анри, Итальянская литература, Гиз, М., 1922; Pellizzari A., Il pensiero e l’arte di L. Capuana, Napoli, 1819; Croce Benedetto, La letteratura della nuova Italia, v. III, Bari, 1922; Russo F., I narratori italiani, Roma, 1923.

III. Vetro P., L. Capuana, la vita e le opere, 1922.

КАРАВАЕВА

КАРАВАЕВА Анна Александровна (1893-) - современная писательница. Родилась в Перми в мелкобуржуазной семье. Окончив в 1911 гимназию, отправилась учительствовать в деревню. Спустя два года поступила на историко-филологический факультет Бестужевских высших женских курсов. В 1922 в журнале «Сибирские огни» появляется ее рассказ «Флигель»; в том же году вступила в ВКП(б). С 1925 произведения К. печатаются уже в столичных «толстых» журналах, и с тех пор К. как писательница пользуется заслуженной популярностью в широких читательских кругах. К. недолго состояла в «Перевале» и сейчас работает в рядах ВАППа, состоя членом ее правления и членом редакционной коллегии журнала «Октябрь».

Стилевые устремления творчества К. - ее образы, тематика, яз., заставляют квалифицировать ее как представительницу «крестьянского сектора» пролетарской лит-ры. На магистрали творческого развития К. - бытописание советской деревни - находятся такие ее произведения, как «Медвежатное», «Рыжая масть», «Двор» и особенно большой роман «Лесозавод». Несколько особняком от них стоит историческая повесть «Золотой клюв». К. изображает в ней события, развернувшиеся в конце XVIII в. на золотых приисках Алтая. «Золотой клюв» - одна из первых и успешных попыток создания пролетарского исторического романа. К. впервые вводит в исторический роман в качестве центральной и доминирующей среду мастеровых, полупролетариев конца XVIII в., в известном смысле предшественников современного русского пролетариата. Но преимущественно К. отображает современную деревню. Во всех своих основных произведениях К. дает волевого переустроителя деревни. Социально-психологический конфликт между старым, бешено сопротивляющимся, уходящим, отживающим, и новым, нарождающимся в деревне, пережившей Октябрь, - такова главная тема К., высшей своей общественной остроты достигшая в «Лесозаводе». Здесь с наибольшей отчетливостью обнаружилось отличие Караваевой от многих бытописателей советской деревни из среды «попутчиков», в творчестве которых вскрывается чрезвычайно характерная для них боязнь показа взаимодействий между пролетарским городом и деревней. Где, в каких пунктах общественной практики современности, как и в каких формах скрещиваются пути города и деревни - вот что прежде всего интересует К. Изображая эти взаимодействия, она остается на идеологических позициях авангарда рабочего класса. Люди, пришедшие из города, несут в заброшенные захолустья «низинок» живое дело индустриальной стройки, «переворачивающей» весь их уклад.

Творчеству К. свойственны порой некоторые идеологические недостатки. В повести «Двор» перерождение психики крестьянина дано почти исключительно в индивидуальном плане данного «героя» без широкого социального аргументирования, как напр. в «Брусках» Панферова. Такой же дефект - отсутствие показа ведущего коллектива - налицо в «Юности на Грязной», где бушевание революции описано без достаточного показа рабочего класса и его партии. Но при всем том творческий рост К. несомненен. Начав «Медвежатным» - повестью, еще в очень большой мере схематически зарисовывающей уголок советской действительности, - К. в последние годы пишет «Лесозавод» - реалистический, коммунистически обобщающий роман. Творческий путь К. - это характерный путь становления пролетарского писателя.

Библиография:

I. Собр. сочин., Гиз, М. - Л., 1927-1929 (вышли: т. I. Золотой клюв. Повесть о дальних днях, 1927; т. II. Юность на Грязной, Роман, 1927; т. III. Двор, 1927; т. IV. Каленая земля, Рассказы, 1929; т. V. Голубая заводь, Рассказы, 1929); Лесоза вод, Роман, изд. «Пролетарий», Харьков, 1928 (изд. 2-е, 1929) и др.

II. Дивильковский А., На трудном подъеме, «Новый мир», 1926, VIII-IX; Тоом Л., В борьбе за пролетарское мировоззрение (Анна Караваева), в кн. «На крутом переломе»; Горбачев Г., Современная русская литература, 2 издания (Л., 1928, и 1930); Фриче В. М., Заметки о современной литературе, изд. «Московский рабочий», М., 1928; Машбиц-Веров И., «На литературном посту», 1928, № 22.

III. Владиславлев И. В., Литература великого десятилетия (1917-1927), том I, Гиз, Москва - Ленинград 1928.

КАРАВЕЛОВ

КАРАВЕЛОВ Любен (1837-1879) - известный болгарский революционный писатель, поэт-публицист, фольклорист. В 1857 К. переезжает в Москву, где знакомится с передовой русской лит-рой и проникается современными радикально-националистическими идеями. Чтобы познакомить с бытом «несчастной родины» «тех русских людей, сердцу к-рых близко великое дело славянской свободы», К. издает здесь в 1861 «Памятники народного быта болгар», а в 1868 - «Страницы из страданий болгарского племени» (ранее печатались в «Русском вестнике» и в «Отечественных записках»). С 1867 К. живет в Сербии, где становится выразителем политических устремлений радикальной молодежи («омладина») в лит-ре. Особым влиянием пользовалась его повесть «Виновата ли судьба», к-рая является до известной степени переложением «Что делать?» Чернышевского. Кроме проповеди свободных отношений между полами К. проводит в этой повести и свои социально-политические взгляды, обличает богачей как грабителей чужого труда. В 1868 К., заподозренный в участии в убийстве сербского князя Михаила, был арестован. По освобождении из тюрьмы он уезжает в Румынию, где становится вождем революционно настроенных эмигрантов. Под его редакцией в Бухаресте выходили две газеты, к-рые ставили своей задачей подготовить крестьян и ремесленников Болгарии к восстанию. После казни Левского (1873) - руководителя революционной партии Болгарии, выражавшей освободительные устремления мелкой буржуазии к освобождению - с одной стороны, от ига турок и греков (извне) и с другой, от торгово-ростовщической буржуазии (внутри страны), - К. отходит от революции и становится типичным просветителем. Он организует общество для распространения полезных знаний, издает аполитичный журнал «Знание» (1875).

К. принадлежит несколько десятков рассказов и повестей; он является первым болгарским писателем-профессионалом и основоположником болгарской беллетристики. Его рассказы, несмотря на их растянутость и изобилие лирических отступлений, производили на читателей сильнейшее впечатление описанием страданий народа. В ряде рассказов К. с юмором и сарказмом изображает болгарских богачей.

Наибольшей популярностью пользуется его повесть «Старосветские болгары», сохранившая до сих пор интерес. К. имел большое значение и как лит-ый критик. В серии статей «Знаешь ли ты, кто мы?» он подверг беспощадной критике малохудожественное чтиво, печатавшееся на болгарском яз. Писал он также и стихотворения, не отличающиеся большой художественностью, но в свое время очень популярные. Кроме того К. выпустил «Детскую библиотеку» (1872-1873), кн. «Кирилл и Мефодий» (1875) и сборник «Сокол» (1872).

Библиография:

I. Переводы из Каравелова: Дума. в сб. Гербеля Н. В., Поэзия славян, СПБ., 1871; Кому он служил, «Век», 1882, V (здесь же и биографические сведения о К.); Царю-освободителю, в сб. Уманова-Каплуновского В., Славянская муза, изд. 3-е, СПБ., 1904 (здесь же и биографические сведения); Болгарские народные песни, М., 1905; Ты красив, мой лес родимый, «Славянский мир», 1911, II-III; Сочинения, 8 тт., под редакцията на Захария Стоянов, Русе, 1888; Избрани рассказы, 4 тт. под редакцията на Асен Млоденов, София, 1924.

II. Страшимиров Д. Т., История на априлского въстание, т. I, Пловдив, 1910; Бакалов Г., Българската литература и социализмът, София, 1919; Ангелов Б., Българската литература, ч. 2, София, 1924; Дмитров М., Биография на Христо Ботев, София, 1924.

КАРА-ДАРВИШ

КАРА-ДАРВИШ (1872-) - псевдоним современного армянского писателя Акопа Генджана. Р. в Ставрополе (Кавказском) в семье бедных родителей, выходцев из Нахичевани на Дону. В 1893 начал печатать в газ. «Нор-Дарье» (Новый век) статьи по армянской филологии. В 1914 сблизился с приехавшими в Тифлис на гастроли футуристами Вл. Маяковским, Вас. Каменским и Дав. Бурлюком и окончательно примкнул к лит-ому движению футуристов. Из дореволюционных произведений К.-Д. заслуживают внимания опыты создания заумной поэзии на армянском яз. и его работа «Что такое футуризм?». Последняя книга автора «Орериц Орадж» издана в Тифлисе, в 1928. В ней сделана попытка изобразить жизнь армянской интеллигенции дореволюционного периода, но не показано социальное расслоение в рядах этой интеллигенции. Явления общественной жизни рассматриваются здесь с точки зрения мелкобуржуазного анархизма. Некоторые из произведений К.-Д. переведены на русск. яз. Творчество К.-Д. в основном отражает мироощущение анархически настроенных мелкобуржуазных слоев армянского общества.

Библиография:

На русск. яз.: Дебагорий-Мокриевич, Историческая поэма, Женева, 1897; Памяти великого артиста (Адамяна), Ростов н/Д., 1903. На армянском яз.: Еруанд-гош, Тифлис, 1911; Кеанки Джутакы («Скрипка жизни»), Тифлис, Орериц Орадж («Канун дней»), Роман из жизни дореволюционной интеллигенции, Тифлис, 1928.

КАРАДЖАЛИ

КАРАДЖАЛИ Ион Лука (1852-1912) - румынский писатель. Был суфлером передвижных театров, затем журналистом, школьным инспектором, директором национального театра в Бухаресте. В 1890 приблизился к социалистическому движению, от которого однако вскоре отошел. После 1900 занимается торговлей (был содержателем пивной). В 1909 становится одним из вождей консервативно-демократической партии. К. - автор нескольких драм и комедий, многих рассказов, стихов и литературно-критических статей. Редактировал также некоторые литературные издания. В своих драматических произведениях и рассказах К. преимущественно сатирик («Дядя Леонид перед лицом реакции», «Бурная ночь», «Потерянное письмо», «Случай»). Воспроизводя типы социально-политической действительности своего времени, К. высмеивает недостатки либерально-конституционных учреждений, возникших в начальный период развития капитализма в Румынии. Он был близок к образовавшемуся в 1867 в Яссах литературному обществу «Молодежь» (Junimea), к-рое отрицательно относилось к европейской культуре и к либеральным реформам, считая их не соответствующими объективным условиям страны. Идейная устремленность этого о-ва совпадала с политическими воззрениями консервативной партии, защищавшей интересы крупных полуфеодалов-аграриев. Враждебность развитию капитализма получила свое отражение и в сатирических произведениях К. Высмеивая крупных помещиков, мелкую и крупную буржуазию, особенно чиновников (рабочие почти не встречаются в его произведениях), он с большим воодушевлением и горячей симпатией изображает крестьянское хозяйство. Произведения К. дают ценный материал для изучения румынского общества в начальный период развития капитализма в стране. Многие его произведения переведены на французский, немецкий и чешский языки.

КАРАЗИН

КАРАЗИН Николай Николаевич (1842-1908) - беллетрист. Р. в дворянской семье. В период колонизаторской экспансии России в Средней Азии непосредственно участвовал в качестве офицера в военных действиях, принимал участие в ученой экспедиции на Аму-Дарью, доставившей ему богатейший этнографический материал.

С 1871 всецело посвятил себя лит-ой деятельности. Большинство его произведений было напечатано в 80-х гг. в журн. «Дело». Лучшие из них - «На далеких окраинах», «Погоня за наживой», «С севера на юг», «Двуногий волк», «В камышах».

К. изображал купцов, предпринимателей, аферистов, к-рые бросились в Среднеазиатские владения в погоне за легкой наживой. Жестокая борьба этих рыцарей первоначального накопления друг с другом на почве конкуренции - обычная тема его произведений. К. менее всего интересуется угнетенными и бесправными «инородцами». Среди русских писателей прошлого он - один из немногих - является ярким представителем колониального романа. У К. заметно пристрастие к кричащим эффектам и мелодраматической фабуле.

Приключенческие романы К. охотно читались подростками. Специально для детей им написаны три книги, прекрасно изданные, с рисунками автора. Наиболее интересна не потерявшая своего значения и до сих пор повесть из жизни в сибирской тайге «Андрон Голован». В свое время была популярна большая повесть Каразина «С севера на юг» - яркое изображение природы по пути перелета журавлей от Осташковых болот до верховьев Нила.

Библиография:

I. Полное собр. сочин., 20 кн. (12 тт.), изд. П. Сойкина, СПБ., 1905 (прилож. к журн. «Природа и люди»).

II. Мезьер А. В., Русская словесность с XI по XIX ст. включит., ч. 2, СПБ., 1902; Венгеров С. А., Источники словаря русских писателей, т. II, СПБ., 1910.

КАРАМЗИН

Статья большая, находится на отдельной странице.

КАРАТЫГИН

КАРАТЫГИН Петр Андреевич (1805-1879) - артист петербургской придворной труппы, драматург, автор мемуаров; брат известного артиста-трагика Василия Каратыгина. Прошел школу классицизма, современник Шаховского, Гнедича, Катенина, Семеновой, Яковлева, Брянского и др. корифеев классической драматургии и сцены. Как артист К., по отзыву Белинского, - «талант односторонний, годный не для многих ролей, но тем не менее весьма замечательный». Приобрел имя в эпоху смены классических форм романтическими влияниями как автор мелодрам и гл. обр. водевилей. Почти все они представляют собой заимствования и переделки с французского и отчасти с немецкого. «Литературой» его творчество трудно назвать - это типичная театральщина, специально рассчитанная на сценический успех и не ставящая себе никаких иных задач. Многие водевили написаны на злобу дня и носят следы обывательского памфлета, персонального портрета и полемики, напр. водевиль «Горе без ума», направленный против критики, «Авось, или сцены в книжной лавке», заостренный против Греча и Сенковского, «Знакомые незнакомцы», сводящий счеты с Булгариным и Полевым, и др. К. до конца жизни оставался непримиримым врагом «натуральной школы» и очень враждебно встретил Гоголя. Написал около 75 произведений. Наибольший успех имели и долго сохранялись в репертуаре водевили: «Знакомые незнакомцы», «Ложа 1-го яруса», «Вицмундир». К. оставил после себя обширные «Записки», не доведенные однако до конца и охватывающие период времени до 1847.

Библиография:

I. Сочин., СПБ., 1854; Сборник театральных пьес, 3 тт., СПБ., 1880; Записки 1805-1879, изданы и ред. сыном К. - П. П. Каратыгиным, СПБ., 1880; Записки, нов. изд. по рукописи, Под редакцией Б. В. Казанского, 2 тт., изд. «Academia», Л., 1929 (в приложении даны воспоминания А. М. Каратыгиной и др. и перечень драматических произведений В. А. и П. А. Каратыгиных).

II. Венгеров С. А., Источники словаря русских писателей, т. III, П., 1914.

КАРАЧАЕВСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

КАРАЧАЕВСКАЯ ЛИТЕРАТУРА. - Лит-ры как таковой у карачаевцев до советской власти, кроме устного народного творчества (по формам близкого к фольклору других народов Кавказа), не было. К. л. возникает лишь с появлением письменности. Первая карачаевская печатная книга появилась в 1916. Это карачаевский букварь «Ана-Тили» (Родной язык) Измаила Акбаева. Но в силу того, что эта книга была издана на основе арабского алфавита, не получившего никакого распространения в массах и поэтому обреченного на полную неудачу среди «малых» народностей, никаких других книг на карачаевском яз. не выходило до советской власти, если не считать агитационного листка, издававшегося в 1919 деникинским «агитпропом» «Освагом». Карачаевская письменность на основе латинизированного нового алфавита ( См. . НТА) возникает при советской власти. Автором первой советской книги, напечатанной латинизированным алфавитом, является Умар Алиев - поэт, переводчик, научный работник, автор карачаевской грамматики, русско-карачаевского и карачаево-русского словаря, карачаевской хрестоматии и ряда работ на карачаевском и русском яз. («Карачай», «Адыгея», «Кара-Халк»). Много вложено в К. л. Асхатом Биджиевым - поэтом, переводчиком и автором карачаевской хрестоматии «Bilim» (Знание). В области переводной и оригинальной лит-ры выдвинулся Исса Каракезов, поэт и первый переводчик «Интернационала» на карачаевский яз. Для работ этих и других авторов (среди к-рых следует отметить Ислама Карачайлы - см.) характерен один момент: упорное искание самостоятельных форм, наиболее удобных и приемлемых для творчества на карачаевском яз. и для перевода с других яз. на родной. Среди переводчиков, помогавших созданию литературного карачаевского языка, нужно отметить Алия Хасанова и Ромазана Текеева.

Первый период возникновения К. л. характеризуется преобладанием переводов, а настоящей - попытками в области оригинального творчества. Сильно способствовал развитию карачевской литературы переход на латинизированный алфавит в связи с соответствующим решением об этом Первого всесоюзного тюркологического съезда в Баку (февраль - март 1926).

КАРАЧАЕВО-БАЛКАРСКИЙ АЛФАВИТ

Карачаевская

Большую роль в деле укрепления латинизированной карачаевской письменности сыграла областная карачаевская газета «Таулу-Джашау», принявшая первой латинский алфавит и часто заменявшая в национальных школах учебники.

Библиография:

Некоторые сведения о культурном строительстве в Карачае могут дать: Алиев Умар, Национальный вопрос и национальная культура в Северо-кавказском крае, Ростов н/Д., Крайнациздат, 1926; Его же, Карачай, Ростов н/Д., Крайнациздат, 1927; Его же, Адыге, Ростов н/Д., 1927; «Бюллетени Сев.-кавказского Горского научно-исследовательского института», Ростов н/Д., 1927 и сл.

КАРАЧАЕВСКИЙ ЯЗЫК

КАРАЧАЕВСКИЙ ЯЗЫК - яз. народа карачаевцев, в числе до 70 тыс. населяющих часть северного склона Кавказского хребта между отрогами Эльбруса и Черных гор, должен рассматриваться как западный «чокающий» диалект единого балкаро-карачаевского яз., к-рый, принадлежа к яз. турецкой системы, к так наз. кипчакскому ее фонетическому типу, в этом последнем отношении ближе всего стоит к кумыкскому яз. (см.); он уклоняется вместе с ним от остальных членов кипчакской группы (татарского, башкирского, казакского, ногайско-каракалпакского, киргизского, алтайского, половецко-куманского яз.) в сторону юго-западной групппы турецких яз. (турецкого, азербайджанского, туркменского, хорезмского) в отношении озвончения зачинного «k» в «g» перед гласными переднего ряда. Обща с кумыкским и утрата исходного заднеязычного носового «n» в родительном падеже, а также сонорного «r» перед аффиксальным «n» род. и вин. падежей.

К. яз. представляет большой интерес в лексическом отношении, содержа элементы скрещения с яз.: кабардинским, абхазским (абазинским), осетинским, чеченским (тушским), венгерским, сванским и, что особенно замечательно, - лазским. В лексике К. яз. обнаруживаются и следы манчжуро-тунгузского влияния, повидимому осуществленного в средние века через биляро-хазарский яз.

К. яз. обладает крайне слабо выраженными диалектологическими особенностями, в фонетическом отношении представленными, повидимому, лишь одной чертой - метатезой согласного соединения шипящих, свистящих или аффрикат с заднеязычным «х».

Библиография:

Марр Н. Я., Балкаро-сванское скрещение (Докл. Акад. наук, 1929, № 3); Караулов А., Краткий словарь балкарского яз., «Сб. материалов для описания местностей и племен Кавказа», 1912; Его же, Краткий очерк граммат. яз. «болкар», там же, вып. XLII, Тифлис, 1912; Акбаев, Краткий русско-карачаевский словарь, Баталпашинск, 1926; Алиев У., Карачаево-балкарская грамматика, 1930, Prohle W., Karatschaische Studien, Karatschaisches Worterverzeichnis («Keleti Szemle», X), Balkarische Studien («Keleti Szemle», XV, XVI).

КАРАЧАЙЛЫ

КАРАЧАЙЛЫ Ислам (1896-) - псевдоним Ислама Хубиева, карачаевского журналиста. Учился в гимназии в Ставрополе-Кавказском. Журналистом стал только при советской власти. Редактировал газету «Горская жизнь» - орган Карачаево-Черкесского обкома ВКП(б) (на русском языке) и «Таулу-Джашау» - на карачаевском яз. Работал в пятигорской газете «Терек» и ростовской газете «Советский юг». Много писал по вопросам быта, этнографии, лит-ры и культуры горцев. К. - автор нескольких критических работ о Пушкине, Льве Толстом, Лермонтове и др., вносящих существенные коррективы в оценку творчества этих классиков как «певцов Кавказа». В настоящее время - секретарь и соредактор журнала «Революция и горец» (Ростов н/Д.).

Библиография:

Родной язык в горских областях, журн. «Революция и горец», № 1; Горцы и казаки в XVIII в., там же, 1928, № 2; Афганистан в положении кризиса, там же, 1929, № 1-2; Горцы и их борьба за свободу в творчестве Пушкина, там же, 1929, № 7-8, и др.

КАРАШЕВ

КАРАШЕВ Омар (1872-1920) - казакский поэт. Р. в крестьянской семье. Образование получил в татарской медрессе, в 1900 назначается указным муллой. В 1905-1906 К. увлекается идеей пантюркизма, принимает активное участие в национально-буржуазном движении, возглавляемом Байтурсуновым А. и Дулатовым Я., и, разочаровавшись в кадимизме (схоластическая школа Ислама), примыкает к джадидизму (реформистская школа Ислама). В 1911-1912 К. - один из видных идеологов казакского национализма. В 1920 во время командировки убит в казакском ауле бандитами. К. принадлежит ряд сборников стихов: «Карлыгаш», «Орпек» (1910), «Тумыш», «Бала-Тулпар», «Ага-Тулпар» (1911-1912), «Турымтой» (1917).

Карашев кроме своих произведений выпустил еще 2 сборника фольклора, стихов и эпических поэм казакских баев и батырей феодального периода («Кок сельдыр» и «Шаирлар»).

КАРДАРЕЛЛИ

КАРДАРЕЛЛИ Винченцо (Vincenzo Cardarelli, 1887-) - современный итальянский поэт и критик, один из основателей римского литературно-критического журнала «Ronda» (1919). Лит-ая группировка, образовавшаяся около К. в 1919, представляет собою объединение литераторов, мечтавших о возрождении после мировой войны классицизма, искусства для искусства. «Рондисты» процветали в период деятельности министерства Нитти, пытавшегося проводить политику демократического равновесия между фашизмом и социал-реформизмом. Платформа этой лит-ой группы была направлена против футуризма, а также против Кроче и его лит-ой школы. Книга К. «Viaggi nel tempo» (Путешествие сквозь времена, 1920), написанная в духе неоклассицизма, по существу является подражанием Леопарди. После фашистского переворота группа «рондистов» распалась, и почти все члены ее перешли в лагерь фашистов.

КАРДУЧЧИ

КАРДУЧЧИ Джозуэ (Giosue Carducci, 1835-1907) - итальянский поэт и литературовед второй половины XIX в. Р. в Тоскане в семье врача, карбонара 1830. Воспитывался в атмосфере ненависти ко всему чужестранному и в духе либерального католицизма Мандзони и непротивленчества Сильвио Пеллико. В своей работе «A proposito di alcuni giudizi su Alessandro Manzoni» (1873) он подробно рассказывает о том, как навязанное ему отцом чтение «Католической морали» Мандзони, «Обязанностей человека» Сильвио Пеллико и «Жития святого Джузеппе Калазанцио» некоего патера Тоссетти внушило ему сильнейшее отвращение к католической доктрине. Пребывание в коллегии Scolopi во Флоренции, в к-рой господствовал тот же культ Мандзони, окончательно оттолкнуло его от итальянского романтизма. В то же время усиленные занятия греческими и латинскими классиками и поэзией тречентистов (гуманистическая поэзия XIV в.) дали отчетливую форму его мировоззрению. Свидетель событий 1848, войн и переворотов, в результате к-рых было достигнуто объединение Италии, К., хотя непосредственно и не участвовал в политической жизни, но до конца своих дней считал политику важнейшим делом писателя. К. оставался трубадуром борьбы за величие Италии даже после объединения, продолжая жить демократическими и революционными традициями, завещанными неаполитанскими республиканцами 1789, карбонарами 1820, «Молодой Италией» 1831. На протяжении истории Италии и всего человечества для К. не существует героев вне народных политических идеалов и чаяний, поэтов и писателей, не воспевающих красоты и величия борьбы народных масс. Гражданские добродетели, к-рых искал К., полностью отсутствовали у итальянской буржуазии после того как монархическая Италия дала ей возможность спокойно пожинать плоды революции; К. искал и находил их в далеком прошлом своей родины и в античном мире. «Неподражаемое искусство древних греков в весьма значительной степени было именно политическим искусством...» (Плеханов, Собр. сочин., т. XIV, стр. 117). Этих же идеалов К. искал в творчестве Данте, Петрарки, Бокаччо, каждый из к-рых по-разному подходил к политическим задачам Италии. XIV в. и представлял для него неисчерпаемый источник поэзии, к-рая основывалась на действенной природе человека, в противоположность средневековой аскезе и религии потустороннего.

Поэтические идеалы К., выросшие в период, когда в стремлении к объединению Италии, казалось ему, соединились все классы и слои общества, определяются преимущественно культом героя, суммирующего для него «всенародные» чаяния. Кардуччи непостоянен в своих политических симпатиях: демократ-республиканец по своему воспитанию и страстной натуре бойца, он то склоняется на сторону монархии (до 60-х гг.), когда считает, что она стремится опереться на народное движение, то переходит к резким обвинениям савойской династии в том, что она не доводит дела объединения Италии до конца. Эта своего рода романтика борьбы не покидает К. до конца его дней: в последние годы он поддерживает итальянскую политику экспансии, приветствует африканский поход и благословляет итальянских волонтеров, отправляющихся в Грецию для борьбы против Турции.

Основное значение К. заключается так. обр. в том, что он выразил стремления итальянской мелкой буржуазии за полвека, начиная от ее героической борьбы за освобождение «единой нации», с характерным для нее культом «вождя», и кончая ее империалистической романтикой. В истории Италии XIX века радикальная мелкая буржуазия несомненно сыграла революционную роль. И ее поэт вел борьбу со всем тем, что накладывает путы и мешает движению вперед, что связывает мысль и волю его класса, что препятствует свободному проявлению заложенных в нем творческих возможностей. Вот почему он подымает над буржуазным болотом Risorgimento знамя борьбы, на к-ром написаны славные имена Мадзини и Гарибальди; противопоставляет тусклой современности исполненные воли к действию эпохи человеческой истории, вооружается языческой мудростью древних для борьбы с католической церковью; изгоняет из храмов святых аскетов, призывающих к рабству человеческой воли, и населяет их сонмами радостных образов греческой и римской мифологии. Из того же источника он черпает ненависть к итальянским романтикам, к их женственной изнеженности, фантастике и мистицизму, ибо они усыпляли в народе волю к борьбе не только своей проповедью примирения с существующим, но и размягченным стилем, в к-ром господствуют нервы за счет мускулов. К. решительно преобразовывает материю своей поэзии. Он делает темой своих стихов всю человеческую историю в ее величайших взлетах, он «воспевает теоретиков, поэтов и солдат республики, он складывает вдохновенный гимн народу, борцу за свободу и правду» (Фриче). Он вводит новые, мужественные ритмы, заимствуя их у древних певцов народной свободы, у итальянских поэтов, мечтавших о свободе Италии, у таких европейских поэтов политического и социального протеста, как Гейне, Гюго, Шелли. Его философия борьбы выражена в знаменитом «Гимне Сатане» (Inno a Satana, 1863), представляющем страстный взрыв протеста против христианской церкви и проповедь безграничной свободы человеческой воли к жизни. В двенадцати песнях «ca ira», посвященных Великой французской революции, он воспел борьбу народных масс с аристократами. Отвечая своим противникам, К. хорошо поиздевался над их либерально-вегетарианскими высказываниями.

«Аристократов повесят, - писал он в «ca ira» (1883), - это плохо, без сомнения плохо. Но пусть скажет уважаемый М. Т., какие социальные, политические, религиозные революции совершались без жертв. Увы, вся человеческая история - это ужасный, кровавый прилив и отлив; но самый быстрый, самый глубокий, самый черный поток, идущий посредине, пролит благодаря царям, дворянам, священникам и вовсе не только на войнах, к-рые велись ими».

Определяющим для характеристики поэтического творчества К. являются его «Decenalia» (1871), «Giambi ed Epodi» (1867-1879), в к-рых выразились его политические идеалы, негодование против мелочности, трусости, продажности буржуазии. Классическая струя, выраженная в новых метрах и ритмах, заимствованных у древних, особенно сильно бьет в «Rime nuove» (1887) и «Odi barbare» (I - 1877, II - 1883. III - 1889).

Предметом «Odi ed Epodi» являются отдельные эпизоды истории. Отлично владея материалом, К. переходит от отдаленных времен к современным событиям, от древнего Египта к Гарибальди. Тут же в девятнадцати эпических кадрах «ca ira» проходят перед нами наиболее величественные моменты французской революции. Рисуя пейзажи родины (напр. «Alle fonti del Clitunno»), К. противопоставляет эпизоды героического прошлого Италии ничтожной современности. И тут он призывает Немезиду истории, к-рая не прощает малым людям мизерных дел, и предвещает «старой Европе» тот же конец, к-рый постиг Александрию, этот важнейший центр греко-восточной культуры.

В качестве историка лит-ры К. точно так же отдавал предпочтение тем явлениям, к-рые свидетельствуют об органической связи лит-ры с социальной и политической жизнью Италии. Его перу принадлежат блестящие работы о Данте, Петрарке, Бокаччо, Парини, ряд исследований, посвященных любимому им треченто.

К лучшим работам К. в этой области принадлежит и опыт исторического синтеза эволюции итальянской лит-ры («Dello svolgimento della letteratura nazionale», 1868-1871; русск. перевод, Харьков, 1896).

Поэтическое творчество К. проложило дорогу двум наиболее крупным представителям итальянской лит-ры конца XIX и начала XX в.: Джованни Пасколи и Габриеле д’Аннунцио (см.).

Библиография:

I. Стихи: в журн. «Отечественные записки», 1876, IX; «Русская мысль», 1893, X; отдельные отрывки см. Ватсон М., Дж. Кардуччи, СПБ., 1899. Историко-литературные произведения: Очерк развития национальной литературы в Италии, 8 лекций, Харьков, 1898; Данте и его произведения, Харьков, 1899; Opere, 20 тт., Zanichelli, Bologna, 1889-1909.

II. Иванов М. М., Очерки современной итальянской литературы, СПБ., 1902; Оветт А., История итальянской литературы, перев. А. Усовой, СПБ., 1909 (то же, перев. С. И. Соболевского, Гиз, М., 1922); Фриче В., Литература эпохи объединения Италии (1790-1870), ч. 1, М., 1916; Луначарский А., Мещанство и индивидуализм, Гиз, М., 1923; Torraca F., G. Carducci commemorato, 1907; Jeanroy A., G. Carducci, l’homme et le poete, 1911; Williams O., G. Carducci, 1914; Papini G., L’uomo Carducci, 1919; Carducci G., Pagine autobiografiche, Bologna, 1921; Evangelisti A., G. Carducci col suo maestro, Geremia Barsottini e col suo precursore Giovanni Fantoni, Bologna, 1924; Croce B., G. Carducci, Studi critici, изд. 2-е, 1927; Pinchetti B., La lirica italiana dal Carducci al D’Annunzio: Lineamenti estetici, G. Carducci, i poeti veriszi 1928; Ciarlantini F., Carducci, Roma, 1929.

III. Lignori E., Pelli A., Dizionario Garducciano, Firenze, 1913.

КАРЕЕВ

КАРЕЕВ Н. И. - см. Метод эволюционный.

КАРИКАТУРА

КАРИКАТУРА (от итальянского caricare - нагружать) - изображение какого-либо явления в смешном, нелепом виде путем намеренного искажения воспроизводимого материала, подчеркнутого нарушения привычных соотношений. Особенно резкую К. называют иногда шаржем (от того же слова, что и К., но в его французской редакции charger). Термин К. применим ко всем искусствам, но наибольшей отчетливостью пользуется в области изобразительных искусств.

Способы, при помощи к-рых достигается карикатурное искажение, весьма многообразны и могут основываться либо просто на чрезмерном подчеркивании имеющихся уже в натуре элементов, либо на приписывании изображаемому предмету признаков, в натуре ему не присущих. Наиболее распространенные из способов первой категории:

а) гипербола, подчеркивающая имеющиеся в натуре признаки путем их чрезмерного преувеличения,

б) комическая схематизация, подчеркивающая свойства натуры путем их обособления и отбрасывания всех остальных признаков,

в) комическое остранение, заключающееся в полном игнорировании всех тех признаков, восприятие которых обусловлено целой сложной системой привычных, условных ассоциаций, - например в статье Толстого «Что такое искусство», где дано карикатурное изображение оперного спектакля, достигаемое путем полного игнорирования всех сценических условностей.

Наиболее распространенные из способов второй категории:

а) реализованная метафора, изображающая один предмет под видом другого, в чем-либо сходного с ним предмета, и наделяющая его признаками этого последнего; примером может служить крыловская басня «Щука и кот», карикатурно изображающая под видом щуки адмирала Чичагова и в соответствии с этим приписывающая ему ряд «щучьих» признаков - зубастость, наличие хвоста и пр. (реализованная метафора в подобных случаях часто сопровождается аллегорией);

б) экземплификация, заключающаяся в том, что предмету приписывается какая-либо произвольно измышленная автором черта: предмет изображается в произвольно измышленной ситуации, с целью наиболее яркого показа его характерных признаков и осмеяния всего предмета, - напр. карикатурное изображение Чернышевского в повести Достоевского «Крокодил», где произвольно взятая ситуация дает целый ряд поводов для представления Чернышевского в самом нелепом виде.

Даваемое в карикатуре подчеркнутое искажение действительности роднит карикатуру с гротеском, для к-рого подобное искажение служит главным определяющим признаком. Тем не менее карикатура и гротеск понятия пересекающиеся, но целиком не совпадающие:

1. для гротеска не обязательно всегда присущее К. осмеяние изображаемого предмета (так, сон Татьяны в «Евгении Онегине» - один из образцов гротескного творчества, но никак не может быть сочтен за карикатуру), романтический гротеск (напр. у Гюго, у Гофмана) особенно часто бывает совершенно лишен карикатурных заданий;

2. гротеск может рассматриваться только в качестве одного из многих средств карикатурного изображения, поскольку для К. вовсе необязательна фантастически преувеличенная, чудовищная нелепость гротеска, а часто достаточно бывает лишь подчеркивания, слегка превышающего норму.

Гротеск всегда создает иллюзию особого мира, нарушающего самые основные законы природы, и тем самым отображает психоидеологию общественных групп, выведенных из устойчивого состояния и потерявших веру в устойчивость самой действительности. К. же может ограничиться лишь частичной нелепостью как результатом намеренного допущения, как явной условностью, выполняющей служебную роль в осмеянии данного предмета, и применение К. вполне совместимо с самой здоровой, самой устойчивой психоидеологией самых крепких общественных групп. Так, карикатурное изображение монахов у Бокаччо отнюдь не свидетельствует об упадочных настроениях торговой буржуазии эпохи Возрождения, а напротив, должно быть истолковано как симптом того, что буржуазия эта осознала необходимость бороться с пережитками феодального мировоззрения, затруднявшими ее рост.

Если карикатура может отличаться от гротеска самым своим методом и целеустремленностью изображения, то от пародии (см.) она отличается лишь предметом изображения, так что К. может быть названа пародией на изображаемый предмет (особенно часто таким предметом может являться известная, привлекшая к себе по той или иной причине общественное внимание личность), а пародия - К. на воспроизводимый стиль. Способ же, при помощи к-рого осуществляется эффект, в обоих случаях один и тот же: нарушение привычных соотношений, изображение в нелепом виде.

Тесное родство между К. и пародией наглядно подтверждается еще и тем, что в лит-ой практике они постоянно переплетаются друг с другом, достигая так. обр. наиболее полного осмеяния своего предмета. Так, в «Письмах темных людей», созданных гуманизмом молодой буржуазии в борьбе с церковным пленом феодализма, даны одновременно и карикатура на обскурантов и пародия на их схоластический стиль. Достоевский расправился с враждебной ему барственностью Тургенева двойным ударом карикатуры и пародии, дав в одном из героев романа «Бесы», писателе Кармазинове, карикатуру на житейский облик Тургенева, а в приписываемой тому же Кармазинову повести «Мерси» - пародию на тургеневский стиль, в частности на повести Тургенева «Довольно» и «Призраки».

По своей целеустремленности К. совпадает с сатирой и нередко поэтому бывает применяема с сатирическими целями. Но, во-первых, сатира пользуется, помимо К., и другими средствами осмеяния, среди которых одно из главных мест занимает ирония; во-вторых, для К. вовсе необязательна идеологическая заостренность сатиры, и карикатурное изображение не обязательно свидетельствует о социальном негодовании автора. Можно представить себе беззаботную К., выполненную в тонах легкой насмешки: таковы бытовые К. раннего Чехова (напр. Мерчуткина в «Юбилее», действующие лица в «Свадьбе» и т. п.).

Хотя сатирическое применение и необязательно для К., однако вне сатиры К. всегда стоит перед опасностью превратиться в безответственную легкую шутку, к-рая не может претендовать на серьезное общественное значение. Поэтому к К. так тяготеют всевозможные полемические жанры и журналистика. Поэтому наибольшее развитие К. исторически совпадает с наибольшим расцветом сатирического творчества и отмечает моменты наиболее напряженной социальной ломки, наиболее обостренной идеологической борьбы. К. на Сократа в «Облаках» и ряд карикатурных ситуаций «Женщин в народном собрании» свидетельствуют о том, что Аристофан напряженно следил за обостренной идеологической и экономической борьбой своей эпохи и страстно защищал интересы аристократии. Классовые противоречия средних веков оставили нам «Роман о Лисе», дающий в галерее К. всю социальную иерархию феодализма, осмеянную с точки зрения угнетенной буржуазии. Возрождение, помимо сатирических К. Бокаччо, оставило нам целую серию так назыв. «макаронических» поэм (см.), роман Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль», насыщенный карикатурным материалом, - следы борьбы с наследием отжившего феодального миросозерцания. В XVIII в. К. составляет одно из излюбленных орудий Вольтера (см.), имя к-рого в сознании его современников накрепко связано было с представлением о так наз. «персифляже» (persifflage), т. е. комическом снижении «высоких» предметов (примером чего может служить его «Девственница», где Жанна Д’Арк, национальная героиня монархической Франции, изображена в нарочито грубых, подчеркнуто-вульгарных чертах). Во вторую половину XIX и в начале XX вв. К. находит себе применение в творчестве Анатоля Франса, изобразившего в романе «Восстание ангелов» в тоне злой насмешки целый ряд библейских персонажей во главе с богом. Развитие К. у А. Франса свидетельствует о том, что, подобно сатире, К. может быть использована не только в борьбе с классово чуждыми явлениями, но и как орудие классового самобичевания. В советской литературе наиболее охотно пользуется К. Демьян Бедный в своих агитационных стихах, особенно в антирелигиозных; применял ее и Владимир Маяковский, зло издевавшийся в «Мистерии-Буфф» и «150 000 000» над мировой и отечественной буржуазией.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV