Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "Д" (часть 4, "ДЖИ"-"ДИМ")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "Д" (часть 4, "ДЖИ"-"ДИМ")

ДЖИВЕЛЕГОВ

ДЖИВЕЛЕГОВ Алексей Карпович (1875-) - историк культуры. В 1897 окончил Московский университет; с 1908 читал лекции, сначала в народных университетах, потом в вузах: до 1919 - в университете им. Шанявского, до 1924 - в I МГУ, в последнее время - на Высших гос. литературных курсах. Д. принимает деятельное участие в энциклопедическом словаре «Гранат», печатался в «Книге для чтения по новой истории» и других изданиях.

Дживелегов один из первых в России применил социологический метод к изучению культуры итальянского Возрождения («Начало итальянского Возрождения», М., 1908; 2-е переработанное и дополненное издание, 1924). На почве социологического метода Д. продолжает стоять и в настоящее время. Будучи хорошо знаком с подлинниками, а также с историографией вопроса (Буркгардт, Фойгт, Жебар, Монье, Фламини и др.), Д. в живой форме дает картину культурной жизни эпохи Возрождения, знакомя читателя с различными сторонами этой жизни (литература, изобразительное искусство, наука, быт, политика и т. п.). Д. также составлена хрестоматия по культуре европейского Возрождения («Возрождение», М., 1924), куда вошли отрывки из Данте, Петрарки, Рабле, Эразма Роттердамского и мн. др.

В 1929 вышла его книга «Очерки итальянского Возрождения».

ДЖИОВАНИТТИ

ДЖИОВАНИТТИ Артуро (Arturo Giovannitti, 1884-) - американский поэт и революционный деятель. 18-летним юношей эмигрировал из Италии в США, где с 1906 примкнул к социалистическому движению. Он был одним из вождей «Индустриальных рабочих мира» (I. W. W.), организовывал итальянских рабочих-иммигрантов; издавал на итальянском языке ряд пропагандистских брошюр и синдикалистский журнал «Il Proletario». В 1913 году, проводя известную стачку в Лоренсе (Lawrence, Mass), был арестован по обвинению в «подстрекательстве и подготовке убийства», судился и отбывал тюремное заключение. Плодом вынужденного досуга явился сборник стихов «Стрелы по ветру» (Arrows in the Gale, 1914). Принимал участие в создании радикальных журналов «Массы» и «Освободитель» (Masses, Liberator).

Наиболее характерным произведением Д. является его поэма «Шаги» (The Walker) - жуткое и патетическое преломление тюремного кошмара. Подавляющий гнет тюрьмы снижает и уравнивает всех узников в единой мысли о «маленьком медном ключе, полуоборотом которого отмыкают железо красной решотки». «Весь мой мозг, - говорит Джиованитти, - вся душа, все доселе дремавшие и внезапно проснувшиеся силы моего подсознания, - все они в кармане седого старика в синем мундире».

Искренность и документальность поэмы, ее широкое поэтическое дыхание, напряженный и страстный ритм ее свободного стиха (напоминающий Уитмена), не сломленная тюрьмой бодрость - все это делает «Walker’а», наряду с «Балладой Редингской тюрьмы» О. Уайльда, одним из лучших образцов тюремной поэзии.

Библиография:

I. Arrows in the Gale, N.-Y., 1914; Русский перевод поэмы «Walker» - «Шаги», в антологии «Революционная поэзия Запада», М., 1927.

II. Синклер Э., Деньги пишут, Гиз, 1928; Вульф Р., «Вестник иностр. лит-ры», М., 1928, № 5.

ДЖИОВАННИОЛИ

ДЖИОВАННИОЛИ - см. Джованьоли.

ДЖИРАР РУССИЛЬОНСКИЙ

ДЖИРАР (Жерар) РУССИЛЬОНСКИЙ (Gerard de Roussillon) - эпос с одноименным героем, входящий в Каролингский цикл, но связанный не с Карлом Великим, а с Карлом Мартеллом. В исторической основе эпоса слиты предания о борьбе Карла Мартелла с бургундами и более поздняя история борьбы Карла Лысого с графом Джираром, защитником юного Карла Прованского и позднейшим основателем Везелейского аббатства. Выбор и в особенности разработка сюжета - образ короля алчного, упрямого и мстительного, доводящего вассала до открытого возмущения своими притеснениями, - указывают на отражение в Д. Р. враждебных королевской власти настроений крупных феодалов.

Отдельные части - чудесное обращение Джирара и его благочестивая деятельность после покаяния - свидетельствуют о влиянии на сюжет пересказчиков-церковников. В сюжете Д. Р. много элементов, являющихся достоянием международного былинного и сказочного эпоса: обмен короля и вассала невестами, жизнь в лесу изгнанного королем графа-угольщика и т. п. Д. Р. представлен в следующих обработках: латинская «Vita nobilissimi comitis Girardi de Rossillon» (начало XII века), опирающаяся на более старый эпос; стихотворная (написанная десятисложником с цезурой после шестого слога) chanson de geste XII века, язык которой представляет интересное смешение провансальских и бургундских черт (показатель перехода эпоса в Прованс); позднейшая переработка эпоса и «жития» в сильно пропитанную дидактическими элементами написанную александрийским двенадцатисложником «историю» XIV века; прозаический пересказ Жана Вокелина XV века.

Библиография:

Изд. Chanson de geste XII в., К. Hofmann, B., 1855; Fr. Michel, P., 1856; франц. перевод - Girard de Roussillon, trad. p. P. Meyer, P., 1884; Jordan L., Girardstudien (Rom. Forschungen, XIV).

ДЖОВАНЬОЛИ

ДЖОВАНЬОЛИ Раффаэлло (принятое русское произношение «Джиованниоли» - совершенно неправильно) (Raffaello Giovagnoli, 1838-1915) - популярный итальянский романист-историк. Известность приобрел романом «Спартак» (Spartaco, 1874), к-рый открывает собой большой цикл его исторических романов из жизни Римской империи; все они однако, за исключением «Спартака», не представляют художественного интереса. Основные достоинства «Спартака» - историзм и особенно пафос борьбы, к-рым роман заражает читателя. Д., прекрасный знаток римской истории, принадлежит к тому поколению итальянской либерально-буржуазной профессуры, к-рое начало свою деятельность в эпоху войн за объединение Италии. Это поколение было еще проникнуто героически-революционным пафосом Гарибальди - буржуазный патриотизм не успел еще застыть в обывательски-повседневных формах. Вот почему с особенной любовью Д. обработал историю восстания Спартака - восстания угнетенных Римской империей народностей; конечный идеал Спартака у Д. - освобождение своей родины, Фракии, из-под власти Рима, - мотив, к-рый для Д. не потерял еще злободневности (техника конспирации в организации Спартака напоминает таковую же у итальянских карбонариев). Но, обрисовав четко классовую сущность мятежа Спартака (восстание рабов), Д. однако изображает утопистами тех, кто хочет низвергнуть собственнический строй; он ограничивается националистическим идеалом. - В своей поэтике Д. следует романтической традиции На него оказали сильное влияние Вальтер Скотт и Дюма-отец. Многим обязан Д. и итальянским романистам, примыкающим к «Молодой Италии» - М. д’Адзельо (см.) и Л. Капраника (1821-1891). Последние 20 лет жизни Д. ничего не писал.

Переведенный на все яз. «Спартак» в России испытал жестокий гнет цензуры; до 1905 печатался в сильно сокращенных переделках как историко-приключенческий роман для юношества; после 1905 издавался левыми издательствами в качестве произведения революционной лит-ры, наряду с «Оводом» и «Записками Лоренцо Бенони», и лишь после 1917 издан полностью.

Библиография:

I. Русск. перев.: Спартак, СПБ., 1881 (первонач. в журн. «Дело», 1880, №№ 8-10-12, 1881, №№ 1-8); перев. А. Каррик и С. Гулишамбаровой, изд. 2-е, Поповой, СПБ., 1904; изд. Гиз, М., 1921; лучший перев. в изд. «Пролетарий», Харьков, 1925. Имеются также сокращенные и обработанные переводы «Спартака»: сокращ. и обраб. А. И. Ромма, изд. «Красной нови», М., 1924; обраб. и примеч. Эдв. Шолок, предисл. В. Залежского, изд. «ЗИФ», М., 1928. Реалистические романы: Evelina, 1868; I drammi del lusso, 1878. Исторические романы: Spartaco, 1874; Opimia, 1875; Plautilla, 1878; Faustino, 1881; Messalina, 1885; Saturnino, 1897; Историческая драма «Marocia» (из времен Византийской империи), 1875.

II. Фриче В. М., Литература эпохи объединения Италии, М., 1916; Russo Luigi, I narratori italiani contemporanei 1860-1926, Roma, 1926 (нем. перев.: Italienische Erzahler 1860-1926, Heidelberg, 1927).

ДЖОЙС

ДЖОЙС Джемс (James Joyce, 1882-) - англо-ирландский писатель, психоаналитик, мэтр международного (особенно американского) модернизма. С 1904 - в эмиграции, с 1920 - в Париже. Пишет Д. медленно, пренебрегает традицией и не дает издательствам смягчать остроту своих выпадов. В результате книга рассказов «Dubliners» (Дублинцы, 1905) могла быть напечатана лишь в 1919; автобиографический роман «Portrait of the Artist as a Young Man» (Портрет поэта в юности, 1904-1914) вышел в Америке в 1916; печатанье романа-эпопеи «Ulysses» (Улисс, 1914-1921) в американском журнале было прервано нью-иоркским «О-вом борьбы с пороком», а парижское издание этого произведения до сих пор запрещено в Англии и Америке. В натуралистических и традиционных по форме «Дублинцах» Д. бьет по мелкой обывательщине родного города. В «Портрете» - на фоне разорения и распада семьи Дедалов показаны рост и раскрепощение Стивена от клерикального дурмана иезуитской школы, от гнета среды, и его попытки найти себя в разрыве с ними и в творчестве. Деклассированный выходец из обнищавшей вольнодумной буржуазии, трудовой интеллигент, идейный расстрига иезуитской догмы, богохульно поносящий традиции, но барахтающийся в тенетах религиозно-схоластического мироощущения, поэт, близкий к радикальной богеме, - Стивен - в значительной мере отражает взгляды самого Д. Эпическая символика «Улисса» с неслыханной остротой и точностью показывает мерзость буржуазного города. Центральное лицо «Улисса» - агент по сбору объявлений, Л. Блум, ирландский еврей, добрый, чувственный, пошловатый, склонный порассуждать. Рядом с новым Гамлетом, - вернувшимся из Парижа - Стивеном, - это новый Фальстаф, который, добровольно купаясь в грязи, отлично ее сознает и ловко обращает себе на пользу. Он отечески расположен к Стивену и «спасает» его от «гибельных» устремлений, пытаясь снизить до своего уровня, хотя Стивен задыхается в том мире, каким его сделали Блум и ему подобные. Закрепленный на последних 42 страницах поток сознания жены Блума, Марион, показывает интимную жизнь этой исковерканной средою женщины сквозь призму ее разнузданной и пассивной психики. Мнимое нарастание конфликта в творчестве Джойса в действительности - движение «из никуда в ничто». Глухой протест «Дублинцев» и мучительные искания «Портрета» приводят в «Улиссе» к статике предельной опустошенности и безысходности. В «Улиссе», где на 60 печатных листах описан ничем не замечательный день самых заурядных людей, мир остановился для Джойса в напряженном ожидании краха. Новатор формы и бунтарь, Д. еще в плену у старой психоидеологии схоласта и аскета (Аристотель и Фома Аквинский). Эта трагическая двойственность Д. и порожденный ею тупик ведут его к пассивности и анализу, но и тут сухое и беспощадное обнажение себя и окружающего сменяется романтической героизацией образа Стивена и сентиментальной лирикой (книги стихов «Chamber Music», 1907, и «Poems Penny Each»). Пассеизму и пассивности Джойса соответствует вторичность художественного выражения и пародирование старых форм (сотни цитат из существующих и вымышленных писателей, «Улисс» - по схеме «Одиссеи», пародия на вопросно-ответный строй английских экзаменационных работ, стилизация стихов под елизаветинцев, единство времени в сделанной под Ибсена психологической драме «Exiles» (N.-Y., 1918) и в «Улиссе» и т. п.). С чисто художественной стороны может быть цельнее и безупречнее всего написанного Д. некоторые его рассказы флоберовской традиции, с их скупой и емкой пластичностью. Но стоит Д. покинуть классическую раковину и сбросить груз прошлого, как проступает внутренний разлад, форма распадается от истерических вывертов, разменивается на пародии, и творческое лицо Джойса сводит болезненная гримаса. Иконоборец и разрушитель, он яростно атакует старые формы, религию, буржуазно-мещанскую мораль и быт, но по-интеллигентски неспособен осмыслить коренную причину зла и сделать последние выводы. В англо-саксонских литературах Джойс первым осмелился о многом говорить прямо и до конца. Но как наиболее чувствительное и запретное для английского пуританина табу он избрал узкую область половых отношений и вскрыл ее с полной откровенностью и намеренной непристойностью «Улисса», в эпатирующей буржуа художественной форме. Желая возможно точнее передать всю полноту и бессвязность потока сознания, показывая все изображаемое через восприятие своих героев, он психологизирует время и пространство и пользуется заумью, кинотехникой и полифоническим письмом. Весь «Улисс» дробится на отдельные и часто многопланные кадры переплетающихся восприятий и переживаний. Монтаж их - фиксация восприятий многих лиц на одном объекте, произвольные прыжки мысли, обратная съемка с мотивацией воспоминанием и т. п. Обычны у Д. такие приемы, как тематический пролог к «Дублинцам» - первые три рассказа сборника, в «Улиссе» - пролог к сцене Ормонд Отеля - пучок позднее развернутых лейтмотивов; симфоническое разрешение книги - воспоминания Марион и т. п. Логическая речь у Д. распадается в речь экспрессивную, т. е. в ряд лишь интонационно и тематически связанных алогических конструкций из междометий, намеков, неологизмов, построенных на игре смыслом и звучанием, и т. п. Непонятные цитаты и ссылки воспринимаются у Д. тоже как заумь. Если «Улисс» местами труднее самых запутанных страниц Белого, то «космическая фантазия» - «A Work in Progress» («Работа двигается» - первая из 4 книг новой вещи Д., печатается в журнале «Transition» за 1928) - сущая головоломка на сплаве из 12 языков с заумью самого Д. Вслед за Г. Джэймсом (см.) Д. делает решительный шаг к разрушению формы романа. Прикрасы господствующего в ирландской лит-ре конца XIX в. национально-романтического «Возрождения» чужды скептику Д. Его творчество, продукт старой межнациональной культуры, необычайно остро изображает ее гипертрофию и распад в сознании декадентской буржуазии и богемы. В этом смысле Д. близок Прусту, Белому, Шпенглеру. Респектабельный пессимизм обличений послевикторианской лит-ры в Англии стал у Д. потоком «желчи и грязи». На родине Д. - пу`гало; в Париже, где укрылась от пуританской цензуры анархо-эстетская молодежь Англии и Соединенных штатов, он, вместе с Фрейдом, - апостол похода против гнета лицемерного и прекраснодушного мещанства, а «Улисс» - евангелие «раскрепощенного» сознания. Мусорщик и могильщик растерянной и раздавленной капитализмом мелкой буржуазии, Д. расчищает дорогу для лит-ры будущего, но ему нечего противопоставить миру, им разрушаемому, и, запутавшись в формальных исхищрениях, Джойс гибнет как художник вместе с изображаемой им классовой прослойкой.

Библиография:

I. Произведения Д. на русск. яз.: Дублинцы, Л., 1927 (сокращ.) и несколько отрывков из «Улисса» в сборнике «Новинки Запада», М., 1925.

II. Фогэрти Ю., Д. Джойс, «Вестник иностранной литературы», М., 1928; Boyd Е., Ireland’s Literary Renaissance, N.-Y., 1922; Gorman H., James Joyce, монография, N.-Y., 1924 (в ней частично указана огромная журнальная литература о Д.).

ДЖОНС

ДЖОНС Эрнест Чарльз (Ernest Charles Jones, 1819-1869) - английский политический поэт и известный чартистский агитатор, воспитывался в Германии, в 1838 году вернулся в Англию, занялся адвокатурой и скоро стал одним из главных руководителей чартистского движения. В 1840 году Д. опубликовал романтическую «The Wood Spirit», затем ряд политических стихотворений («Chartist Poems», 1846). Во время революции 1848 он за одну из своих речей был присужден к двухлетнему тюремному заключению; в тюрьме написал свою известную революционную пьесу «The Revolt of Hindostan, or the New World». В 1851 Д. пытался возродить чартистское движение; издавал журнал «Notes to the People», в котором сотрудничали и сторонники Маркса в эмиграции; Д. был близким другом Маркса и Энгельса до конца жизни.

Д. является самым видным представителем чартистской поэзии; еще в 1847 году он совместно с О’Коннором издавал лит-ый журнал «Рабочий» (Labourer), вокруг к-рого группировались чартистские поэты-рабочие. После 1848 он издал ряд сборников своих стихов («Poems and Notes to the People», 1851, «The Battle Day and other Poems», 1855, «The Emperor’s Vigil and The Painter of Florence», 1856, «Corayda», 1859, «Beldagon Church», 1860 и др.). Д. использовал форму английской политической поэзии 30-х и 40-х гг. Тематика стихотворений Д. содержит в себе тягу к чистоте и безыскусственности сельских нравов. Машины высмеиваются Д., зато прославляется плуг. Д. известен также как талантливый переводчик немецких политических поэтов, особенно Фрейлиграта.

Библиография:

Davies David Р., A short Sketch of the Life and Labours of Ernest Jones, Chartist, Barrister and Poet, Liverpool, 1897.

ДЖОНСОН С.

ДЖОНСОН Сэмюэль (Samuel Johnson, 1709-1784) - английский критик, ученый и поэт, сын мелкого торговца книгами. В тяжелой нужде, без всякой материальной или моральной поддержки пробивал себе дорогу и упорным трудом завоевал выдающееся положение в лит-ом мире. Поэма Д. «Лондон», написанная в стиле Ювенала, обратила на себя внимание Попа. Затем Д. выпустил удачную биографию Ричарда Сэвэджа, после чего получил заказ на составление толкового словаря английского языка. Этот труд занял семь лет, создал автору славу и улучшил его материальное положение. Несмотря на то что Д. не имел предшественников в подобного рода работе и словарь его был первым в английской литературе, он до настоящего времени не потерял своей ценности (имеет приблизительно то же значение, что русский словарь Даля).

В 1765 Джонсон издал собрание сочинений Шекспира (8 тт.), снабдил его интересным предисловием, в котором, характеризуя великого драматурга, установил новый, идущий вразрез с господствующими точками зрения, взгляд на закон драматического творчества. Предвосхищая мысли Гердера, он объявляет Шекспира поэтом «природы», прощает ему различные «поэтические вольности», неподчинение классическим правилам, оправдывая даже шекспировский прием смешения комического с трагическим, который подвергался безусловному осуждению в кругах классиков. Но Д. не может рассматриваться как борец с взглядами классиков на искусство. Он сам в значительной степени находится под их влиянием. Все же его деятельность знаменует близость новых, антиклассических тенденций в английском искусстве и критике. Следующей большой работой Д. было десятитомное «Жизнеописание важнейших английских поэтов» (The Lives of the Poets, 1779-1781), в котором Д. выступает не только как биограф, но и как критик, еще не порвавший с теорией классицизма (его оценки Мильтона, Грея и пр.). Большой знаток лит-ры, Д. первый усомнился в подлинности поэм Оссиана. Из художественных произведений Д. выделяется «История Расселасса, принца абиссинского» (русск. перев., СПБ., 1875). Взгляд на жизнь в последней - крайне мрачный (жизнь - бесконечное страдание). «История» является предшественницей «Ватека» Бэкфорда и «Каина» Байрона, высоко ценившего это произведение.

Библиография:

I. Works of Dr. Johnson edited at Oxford, 11 vv., 1825; at New-York, 16 vv., 1903; Dr. Birkbeck Hill, ed. «Rasselas», 1887; Wit and Wisdom of Dr. Johnson, 1888; Select 4 vv., 1905. The Letters of Johnson, 1892; Lives of the Poets, Essays, 1889;

II. Тэн И., Развитие политической и гражданской свободы в Англии, т. II, СПБ., 1871; Всеобщая история литературы, Под редакцией Корша и Кирпичникова, т. III, СПБ., 1888; Карлейль Т., Герои и героическое в истории, СПБ., 1891. Life of Samuel Johnson by James Boswell, Bibliography of Johnson’s works, W. Courtney, 1915. (Обстоятельное извлечение из книги Босвеля сделано А. В. Дружининым и помещено в IV томе его «Собр. сочин.»).

ДЖОРДЖ

ДЖОРДЖ Уолтер Лайонель (Walter Lionel George, 1882-1926) - английский беллетрист и критик, автор психологических романов. Д. - писатель радикальной мелкой буржуазии. В своих романах он выступает обычно против лицемерия и ложных условностей буржуазного общества. Основные темы его произведений - проблема пола, свободная любовь, противоречия брака и т. п. Классовая борьба периода войны затронута в «Женитьбе чужеземца» и «Слепой Аллай». Лучшая книга Д. - «Калибан» - памфлет на газетного магната лорда Нортклифа, на массовую английскую прессу и т. п.

Библиография:

I. Ложе из роз, 1911 (русск. перев.: Виктория Фельтон, изд. «Космос», Киев, 1925); Второе цветение, 1914; Женитьба чужеземца, 1916; Слепой Аллай, 1919; Калибан (русск. перев. З. М. Цветковой, изд. «Мысль», Л., 1926); Исповедь Урсулы Трент, 1921; Дети утра, 1926 и др. Из критических работ Д. известны: Романист о романах (критические очерки по английской лит-ре); Анатоль Франс; Gifts of Sheba, 1926; The ordeal of Monica Mary, 1927.

II. Brimley, Some Contemporary Novelist Men, 1922.

ДЖУСТИ

ДЖУСТИ Джузеппе (Giuseppe Giusti, 1809-1850) - наиболее видный поэт итальянского национально-освободительного движения. Сын видного сановника; по образованию - юрист. Его политические сатиры в стихах распространялись в 30-х и 40-х гг. по всей Италии, снискав себе громадную популярность среди итальянской мелкой буржуазии, и особенно - радикальной интеллигенции, стремившейся к освобождению и объединению Италии, раздробленной и поделенной между Австрийской империей и феодальными государями. Д. - яркий выразитель нового периода - эпохи «Risorgimento» (Воскресения) - эпохи массовых выступлений революционного характера в Италии, толчок к к-рым дала революция 1830 и которые завершились движением 1848-1849. Во главе общественно-литературного движения стояла тогда радикальная интеллигенция в лице «Молодой Италии», и, следуя ее примеру, подняли свой голос идеологи более умеренных буржуазных групп. Наиболее левый среди них, Д. колебался между конституционализмом и республиканством; будучи другом Мадзини (см.), он однако относился скептически и к социалистам-утопистам («Gli Umanitari») и к радикальной интеллигенции («Il Sortilegio»). Вполне устойчивым было лишь его стремление к единству Италии, скорбная судьба которой изображена им в сатире «Lo Stivale» («Сапог» - намек на географические очертания Италии); он страстно желает этому сапогу быть «tutto di un pezzo e di un colore» («из одного куска и одноцветным»). Он затрагивает в сатире и папу («Brindisi», «Il papato di prete Pero»), и аристократов («Il Ballo» и другие), банкиров и буржуа («Le memorie di Pisa», «La coronazione» и другие); дает ряд великолепных сатирических портретов («Gingillino», «Girella» и другие). Примыкая отчасти к шутливой поэзии своего времени (Гваданьоли и др.), называя свои сатиры «scherzi» (шутки), Д. в то же время продолжает традицию националистической сатиры Парини (сочинения к-рого он выпустил под своей редакцией, 1846). От той и другой Д. отличает его поэтика. Он увлекался тосканскими народными песнями, так называемыми «rispetti», собирал тосканские народные изречения и пословицы; элементы народного диалекта Тосканы очень сильны в его языке. Изучение фольклора и народного говора и подсказало ему его своеобразный стиль, почти народный, песенный склад стиха, в значительной степени обусловивший огромную популярность его стихотворений среди демократических слоев населения. Как поэт радикальной мелкой буржуазии Д. отчасти близок Беранже; как и последний, Д. мастерски использовал форму народной песни.

Библиография:

I. Первое собрание стихов («I Versi») появилось в 1844; лучшее издание Д., с предисловием, комментариями, с приложением отзывов современной и новой критики, избранных писем Д. и т. п. принадлежит современному поэту Aldo Palazzeschi, в серии «Le piu belle pagine dei scrittori italiani, scelte da scrittori viventi», Под редакцией Ugo Ojetti, Milano, 1922. Издания прозы Д.: Raccolta di proverbi toscani, 1853; изд. 2-е, 1877; Discorso della vita e della opere di G. Parini, 1846; несколько журнальных статей о Данте; Epistolario, 2 тт., 1859, 1882 (все письма). На русский яз. Д. переводился только в журналах; на все европейские яз. переведен.

II. Джузеппе Джусти, очерк жизни и произведений, «Вестник Европы», 1882, № 10; главы о Д. в курсах Гаспари, Оветта, Шерра, т. I, М., 1896; Фриче В. М., Литература эпохи объединения Италии, ч. 1, М., 1916; Horner S., The Toscan poet Giuseppe Giusti and his time, 1864; Caldi A., La satira civile del Parini e del Giusti, 1908; Parodi Tommaso, Poesia e letteratura, 1916 (ст. о Giusti); статьи в изд. Palazzeschi, 1922; Ghirizzani G., Giusti e i suoi tempi, s. a.; Romussi Carlo, Vita di Giuseppe Giusti, s. a.; Carducci G., Opere, ed. Zanichelli, Bologna, v. XIX.

III. Bibliografia Giustiana straniera, «Rivista Internazionale», marzo 1876; Bibliografia Giustiana, «Rivista Abruzzese», marzo-novembre 1893.

ДЖЭЙМС

ДЖЭЙМС Генри (Henry James, 1843-1916) - американский писатель. Отец - рантье-интеллигент; брат - известный психолог Вильям Джэймс. Культурная обстановка семьи рано побудила Д. к писательству. Молодость его прошла в странствованиях по Европе. Не находя в Америке своего времени условий, необходимых, по его мнению, для развития писателя, Д. в 1875 году навсегда вернулся в Европу, культура которой была его кумиром. В Париже Д. сблизился с Тургеневым и кружком Флобера. В 1876 году обосновался в Лондоне и лишь дважды наведывался в Соединенные штаты. До середины 80-х гг. Джэймс еще гордится своей космополитической культурностью и к соотечественникам относится свысока. Его сентиментальная «Daisy Miller» (1878) пользуется успехом, но остальные ранние вещи Джэймса, написанные простым языком в обычных, легко воспринимаемых формах социально-психологического романа, отталкивают американского читателя своей основной темой: «Американский бык в посудной лавке Европы» (American, 1877 и др.). Конец XIX века проходит для Д. под знаком углубляющегося и остро переживаемого им неуспеха у публики. Фабульная занимательность чужда Джэймсу, а к его утонченному анализу и художественной технике равнодушны читатели его времени. Д. безуспешно пробует драматический жанр, пишет неубедительную критику, много путешествует, временно бросает роман и переходит к новеллам. Он критически приглядывается к буржуазно-мещанскому укладу позднего «викторианства» («А London Life», 1889). В книгах Д. появляются необычные для него темы: то это свара из-за наследства («Aspern Papers», 1888 и др.), то восприятие впечатлительным ребенком мерзостей буржуазного брака («What Maisie knew», 1897), то какие-то невнятные и сдобренные мистикой пороки («Turn of the Screw», 1898). Англия переживала в ту пору так называемое «эстетическое движение 90-х гг.»; идя своим путем, Д. пришел, как и эстеты, к примату искусства над отвергавшей писателя жизнью. «Искусство творит жизнь», объявляет он и рассматривает взаимоотношения их в «Tragic Muse» (1890), «Death of the Lion» (1894) и др. Начало XX века было для Д. временем полного самозамуровывания в чистом искусстве. Отказавшись от возможности быть понятым, Д. переходит к романтическому построению своего мира. Свою «башню из слоновой кости» он населяет собственными отражениями, над утонченной психикой которых производит абстрактные лабораторные эксперименты, облеченные в крайне трудную языковую форму и лишь с натяжкой именуемые романами. Сюжетная схема в них упрощена за счет углубленного анализа переживаний («Golden Bowl», 1904 и др.). Все отчетливей проступает у Д. мотив старческого примирения и угасания («The Altar of Dead», 1895). Если в одном из лучших ранних романов («Portrait of a Lady», 1881) излюбленный Д. тип праведницы вступает в культурную жизнь, то в «Wings of the Dove» (1902) показано, как «культурно» переносит героиня свое медленное умирание. В предпоследнем и, по мнению Д., лучшем своем романе («Ambassadors», 1903), к-рый свободен от вымученных изысков последней поры, Д. возвращается к теме Америки. После 1904 Д. не дал ничего значительного.

Произведения Джэймса написаны в конце XIX в., когда активный буржуа, делец и накопитель, занял в Соединенных штатах господствующее положение, трестируя капитал, выдвигая идеологию самодовлеющей и благоденствующей Америки и оттесняя тяготевших к Европе консервативных буржуа-рантье Крейна (см.) и др. Порожденный распадом старозаветного буржуазного уклада Новой Англии, сам деклассированный рантье, Д. изображает декадентское безделье обеспеченных верхов и нестрашные бури в их «хрустальном стакане». Его герои не знают нужды, борьбы, труда; это гл. обр. американские рантье, проживающие в Европе накопленный отцами капитал, а позднее - и артистическая богема. Покинув неуютную Америку как Джэймс, так и его герои не находят чаемой среды и в Европе и остро переживают трагедию беспочвенности, несоизмеримости и несвоевременности.

Замкнувшись в самоанализе и чистом искусстве, они теряют чувство живой жизни, проявляя обывательское безразличие ко всему, что прямо их не затрагивает. В этом отношении Д. реалистически точно изображает свою переходную классовую прослойку.

Д. - писатель для немногих и, прежде всего, для писателей. Тончайший анализ человеческой психики, изобретательные приемы, к-рыми Д. показывает самораскрытие личности, четкая осязательность описаний, чеканная (иногда до чрезмерности) работа над техникой - вот чему учились у Джэймса уже несколько поколений писателей. В последних его вещах фабула заменена аналитическим раскрытием сложной психологической ситуации. Рассудочная отделка приводит к чисто научной четкости и законченности, но и затрудняет художественное восприятие их. Д. стремится к преодолению максимальных трудностей, к всестороннему охвату крайне суженной темы. Отказываясь от непосредственного, «огрубляющего действительность» восприятия даже глазами своих рафинированных героев, Джэймс часто стремится отображать действительность не прямо, а косвенно, и притом устами многих свидетелей.

Несмотря на полный отрыв от Америки, в Д. подсознательно жив пуританин Новой Англии, ученик Хозсорна; отсюда его этические темы и явно ощущаемое морализирование. Но «дистиллированный» пуританин Д. чужд мономании греховности: он терпим к своим морально больным героям.

Непопулярный в широкой публике, Д. был признан равным лучшим писателям своей поры. Критика возводит его художественную генеалогию через Стендаля и др. к «раннему мастеру многостороннего и углубленного анализа чувств» Ричардсону и считает Д. мэтром психоаналитического жанра, предшественником Конрада, Пруста, Джойса и др. По методам изображения Д. - психолог-импрессионист аналитического типа, по охвату материала - в ранних своих вещах «условный» реалист, говорящий, хотя и правду, но не всю правду, о современности, а позднее - своеобразный, рассудочный романтик, влюбленный в культуру прошлого и создающий свой воображаемый мир человеческой психики «из центра к периферии», т. е. гл. обр. на материале «внутреннего опыта».

Библиография:

I. Лучшее и наиболее полное издание - 35-томное собрание романов и новелл Д. Macmillan (с крайне ценным предисловием автора). В него не вошли: критика Д. (French Poets and Novelists, 1878); монография Hawthorne, 1879; Notes on Novelists, 1914 и др.; путевые впечатления, автобиографические книги: Small Boy, 1913; Notes of a Son and Brother, 1914; Middle Years, 1917; и письма: Letters, 1921, 2 vv. На русский яз. переведено: Американки, Роман, «Еженед. Нов. вр.», 1880, т. V; Связка писем, Рассказ, «Вестн. Европы», 1882, VIII; Осада Лондона, Повесть, там же, 1884, I, II; Лондонская жизнь, Повесть, там же, 1889, VIII, IX; Лгун, Повесть, там же, 1889, XI.

II. Из огромной лит-ры о Д.: Hueffer, Henry James, 1913; West R., Henry James, L., 1916; Beach J. W., Method of Henry James, 1918; Bosanquet T., Henry James at Work, 1924; Edgar P., Henry James, man and author, 1927; Brooks Van W., Pilgrimage of Henry James, 1928.

ДЗАГУРОВ

ДЗАГУРОВ Григорий Алексеевич - видный культурный деятель Осетии, один из первых сторонников и инициаторов перехода на латинскую графику. В своей брошюре «Новая осетинская графика на латинской основе» Д. приводит убедительные доводы в пользу латинской графики. Д. - один из редакторов «Известий Осетинского института краеведения», автор ряда работ по вопросам яз. и лит-ры. Он записал и собрал произведения осетинского и дигорского народного творчества. Д. принадлежит также статья «Яфетическая теория акад. Марра и вопрос о происхождении осетин».

ДЗВIН

«ДЗВР†Н» - литературно-художественный и общественно-политический ежемесячный журнал, орган украинской соц.-дем. рабочей партии, издавался в Киеве в эпоху «Звезды» и «Правды» (1913-1914). Руководящую роль в журнале играли Юркевич, Антонович и др. Литературно-художественная сторона была представлена В. Винниченко, Л. Украинкой и С. Черкасенко (Стах). Из русских социал-демократов принимали участие в «Дзвiнi» А. В. Луначарский и Г. Алексинский.

ДЗЁРУРИ

ДЗЁРУРИ - возникший в Японии особый жанр драматической ритмованной прозы, предназначенной специально для речитативного пения. Прототипом для Д. послужило искусство бродячих монахов, собиравших подаяние чтением отрывков из самурайских героических хроник. Во второй половине XVI в. выступившая на сцену торговая буржуазия, усвоив и обработав в своем вкусе искусство монахов, создает Д. Вокально-исполнительская техника воспринимается целиком (вскоре вводится в употребление трехструнный «сямисэн»), но зато содержание текстов подвергается основательной редакции. Так напр. чудо-богатырь самурайских хроник, грозный Усивакамару, в Д. выступает в облике влюбленного томного отрока, всецело зависящего от капризов рока. История Д. разделяется на две стадии. В первой дзёрури представляет собой небольшие тексты для речитативного пения. Вторая стадия начинается с конца XVI в., когда Д. было приспособлено для мелодекламационного сопровождения кукольных представлений - любимого зрелища городского демоса. Расцвет Д. как жанра вокального искусства и как жанра драматической прозы относится к первой половине XVIII в. и связан с именами знаменитого певца Такэмото Гидайю, крестьянина из Сэтцу, и писателя Тикамацу (см.), создавшего цикл Д. на темы из жизни горожан. Военно-дворянское правительство (сёгунат), объявив Д. устами своих идеологов-конфуцианцев - «развратным искусством», в целях борьбы с популярностью Д. среди буржуа предприняло ряд репрессий, напр. лишило некоторых наиболее прославленных певцов права петь (Бунго в 1739), строго ограничило круг сюжетов Д. и т. д. Искусство дзёрури оказало большое влияние на театр «Кабуки», созданный горожанами в противовес придворно-самурайскому театру «Но». ( См. Кабуки).

Библиография:

Конрад Н., Японская литература в образцах и очерках, т. I, Л., 1927; Aston W. G., A History of Japanese Literature, London, 1907; Florenz K., Dr., Geschichte der japanischen Literatur, Lpz., 1909.

ДЗУИХИЦУ

ДЗУИХИЦУ - см. Японская литература.

ДЗЯДОК

ДЗЯДОК (Владимир Алексеевич Варава, 1895-1929) - пролетарский писатель Западной Белоруссии, член ВКП(б). Р. в семье бедного крестьянина дер. Жуковичи, Виленской губ. До 1926 ведет подпольную партийную работу в Польше. Несколько раз арестовывается и подвергается жестоким пыткам в полицейских застенках. После эмиграции в Советскую Белоруссию работает в г. Слуцке в крестьянской газете «Вясковы Будаунiк» (зам. ответственного редактора), затем в Минском окружном земельном отделе. «Белорусская литературно-художественная коммуна» привлекла Д. к активному сотрудничеству в ее журнале «Росквiт», где он был членом редколлегии.

Основные произведения Дзядока являются художественным показом классовой борьбы как в Западной, так и Советской Белоруссии, рисуют мещанство, подхалимов-чиновников («Подхалим», «Начальство» и т. д.). В последнем рассказе «Шкоднiк» (Вредитель) Д. отображает кулацкий террор в деревне, жертвой которого он сам вскоре пал: враги советской власти ненавидели Д. - этого «фанатика большевизма», как назвал Дзядока стрелявший в него контрреволюционер Пасута.

Произведения Д. разбросаны по газетам, журналам и подпольным изданиям. Белгосиздат приступил к собиранию их.

ДИ

ДИ (Dit, Dict - буквально «сказ») - в старофранцузской лит-ой терминологии - обозначение относительно короткого стихотворного произведения преимущественно дидактического характера, тематически совершенно неопределенного. Поэтому название Д. дается как рифмованным легендам и житиям святых, так и повестям светского и даже легкого содержания, приближающимся по технике то к фаблио (см.), то к лэ (см.). Название Д. чередуется в этих произведениях с названиями «Conte», «Esample». Часто название Д. или «Traitie» применяется к аллегорическим, сатирическим и дидактическим стихотворным произведениям небольшого объема, иногда совершенно лишенным фабульности. Этот тип Д. процветал во Франции особенно в серед. XIII и XIV вв.; представлен в творчестве Рютбёфа (призывающий к крестовым походам «Д. о пути в Тунис», панегирический «D. de Puille», сатирический Д. о различных монашеских орденах и т. д.), Жеана де Конде (дидактические и аллегорические Д.), Фруассара (аллегорические, панегирические и сатирические Д.), Гильома де Машо (аллегорически-панегирические Д.) и многих других. О Д. драматических (см.) «Фарс».

Библиография:

Вedier I., Les fabliaux, 1895; Dits de G. de Machaut, ed. E. Hopffner, 3 vv., 1908-1923; Bedier et Hazard, Histoire de la litterature francaise, v. I, P, 1923; Grober G., Franzosische Literatur, «Grundriss d. rom. Philol.», B. I, 1902.

ДИАЛЕКТ

ДИАЛЕКТ - в учении компаративной лингвистики - совокупность ближайше-родственных между собою говоров (см.) какого-либо яз., т. e. единица высшего порядка в диалектологическом дроблении яз. Весьма часто однако между понятиями яз. и Д. устанавливается промежуточная величина - наречие, состоящее следовательно из нескольких, наиболее близких друг к другу Д.: яз. слагается из совокупности наречий, в свою очередь состоящих из Д. Надо заметить однако, что некоторые лингвисты употребляют термины «наречие» и «Д.» в обратном соотношении, т. e. Д. является у них совокупностью наречий, а последние непосредственно делятся на говоры. Кроме обычного для лингвистической лит-ры понятия территориального или локального (местного) Д., новейшая лингвистика пользуется еще как общим понятием социально-группового Д., так и его спецификациями: понятиями классового, профессионального Д. и т. д.

Точный теоретический критерий, который позволил бы во всех случаях проводить безусловное различие между понятием диалекта одного и того же яз. и понятием родственных яз. (а тем более между Д. и наречием), фактически отсутствует. На практике здесь зачастую довольствуются признаком взаимной понимаемости или непонимаемости: если представители двух данных (родственных) языковых систем могут, несмотря на существующие расхождения между этими системами, взаимно понимать друг друга (не прибегая к изучению языковой системы собеседника и говоря каждый на своем родном говоре), то данные две системы считается позволительным определять как два Д. (или же как два наречия) одного и того же яз.; в противном же случае (т. e. при невозможности взаимного понимания, но при наличии все-таки ряда сходств) мы будем иметь дело с двумя «родственными языками».

Критику традиционного определения Д. см. Диалектология.

ДИАЛЕКТИЗМ

ДИАЛЕКТИЗМ - лингвистический термин, объединяющий старые более узкие термины традиционной стилистики: «вульгаризм» (см.), «провинциализм» (см.) и др., и обозначающий слово или выражение всякого диалекта, местного или социального, введенное в лит-ый язык. О стилистическом значении Д. и истории их введения в лит-ый язык см. Диалектология.

ДИАЛЕКТОЛОГИЯ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ДИАЛОГ

ДИАЛОГ (греч. dialogos - первоначальное значение - разговор между двумя лицами) - словесный обмен между двумя, тремя и больше собеседниками. Возможность, к-рую открывает такое сопоставление в разговоре нескольких лиц, уже издавна заставляла писателей обращаться к Д. как к особой форме развития философических или вообще отвлеченных по своей широкой значимости (моралистической и т. п.) тем. Так философское учение Платона известно нам из его диалогов (у Платона насчитывается 28 Д. - «Пир», «Федон», «Федр» и т. д.), а «Разговор гетер» Лукиана представляет уже в древности образец типологических, сатирически обобщенных диалогов на специфическом бытовом материале. В новой Европе жанр этот особенно расцветал в периоды обостренной идеологической борьбы различных общественных группировок, способствующей развитию красноречия. Последней в значительной степени и обязан диалогический жанр своим происхождением. В Германии, например, в эпоху реформации вырастает богатейшая диалогическая литература. Особенно много диалогов появилось в 1524-1525 (при этом на один лишь 1524 падает 30 Д.). Характерно, что волна Д., спадающая после реформации, снова поднимается в XVIII в., в эпоху так наз. Просвещения (здесь можно, напр., назвать Клопштока с его моралистическими Д., Гердера - «Gesprach zwischen einem Rabbi und einem Christen» (Разговор между раввином и христианином) по поводу «Мессиады» Клопштока, Лессинга - «Freimaurergesprache» (Разговоры свободных каменщиков), Виланда - «Gottergesprache» (Разговоры богов) и т. д.). В следующий за Просвещением период Д. как жанр уступает в Германии место вымышленной философской переписке (напр. «Философские письма» Шиллера). Почти с аналогичным явлением встречаемся мы во Франции. Так в части своих «Lettres provinciales» (Провинциальные письма), имевших громадное значение в борьбе янсенистов с иезуитами, Паскаль прибегает к Д.; Фенелон в знаменитых «Dialogues des morts» (Диалоги мертвых), заставляя говорить ряд исторических персонажей, пользуется Д. как средством моралистического воспитания в духе католицизма; есть Д. у таких писателей, как Монтескье, а позже Ренан («Dialogues philosophiques» - «Философские диалоги»), в наши дни - особенно у П. Валери и т. п.

В России Д. часто встречаются в журналах XVIII в. («Всякая всячина», «Были и небылицы» и т. п.) в период «либеральных» веяний Екатерины II. Позднее Белинский, ратуя за новую литературную школу («натуральную»), отвечавшую «мотивам современности», пользовался Д. как орудием борьбы со своими лит-ыми врагами (напр. «Лит-ый разговор, подслушанный в книжной лавке»); несколько раньше, в ярко полемических «Мыслях на дороге» Пушкина встречаем набросок «Разговора с англичанином о русских крестьянах», Пушкину же принадлежит высокий по лирическому напряжению Д. - «Разговор книгопродавца с поэтом», произведение, знаменательное для одного из первых этапов профессионализации литературного труда, когда «вольному поэту» начинает противостоять книгопродавец. Из более крупных диалогов позднейшего времени можно упомянуть «Три разговора» Владимира Соловьева, затем «Диалог об искусстве» А. В. Луначарского. Предисловие А. В. Луначарского к его Д. и может послужить исходным пунктом для оценки Д. как жанра. «Диалог дает возможность, - пишет в названном предисловии Луначарский, - объективно изложить ряд мнений, взаимно поднимающих и дополняющих одно другое, построить лестницу воззрений и подвести к законченной идее». Здесь весьма правильно отмечены важнейшие композиционные принципы диалога - отчетливо ощутимая динамичность тематического развития и отдельные этапы этого тематического развития, в к-рые участники Д. должны вносить разнообразие. Художественность Д. и определяется тем, насколько собеседники дополняют один другого в смысле динамической модификации темы, т. е. насколько именно они «нужны» в определенном Д. Как определительный компонент драматических произведений Д. существенно отличается от Д. как жанра. В диалогическом жанре налицо установка на силу и убедительность высказывания, на полноту и многообразие развития темы; диалог в драме является средством борьбы между определенными лицами, поставленными в определенное положение самозащиты и нападения. Драматургу важно показать не убедительную жизненность известного строя мыслей как автору диалогического жанра, а субъективное использование некоторой истины определенным героем для защиты или нападения. Собеседники в драме устанавливаются не просто для совместного раскрытия известной мысли, а соотносятся один к другому или как враги, или как сообщники. В драме сквозь реплики, произнесенные участниками Д., мы должны уловить драматическое напряжение, душевное состояние, а в диалогическом жанре собеседники нужны лишь как орудие для развития мысли. Поэтому в Д. могут участвовать схематические «анонимные» А, В, С, а в драме - лишь так или иначе охарактеризованные и «названные» личности. В тех случаях, когда Д. в драме является отвлеченным рассуждением, он нарушает действенность ее и становится как бы инородным телом. Отличительным признаком Д. в драме, кроме того, является неоднородность языка собеседников. Правда, надо оговориться, что в античной и классической французской драме все действующие лица говорят почти одним и тем же яз. Наибольшей индивидуализации достигает язык Д. у Шекспира, в русской литературе - у Островского.

От драматического Д. в свою очередь совершенно отличается Д. как компонент эпического произведения. Собственно с теоретической точки зрения ввод диалога в эпическое произведение разрушает чистую эпическую тональность: сущность эпики в том, чтобы все сообщенное воспринималось как повествование некоего лица - автора; последний предполагается стоящим вне или над событиями; из того, что знает, он может быть раскрывает лишь часть, он - лицо сугубо объективное. Конечно такая объективность - фикция, но восприятие эпического произведения возможно лишь при допущении этой фикции. Поэтому в эпике Д. может играть или по преимуществу характерологическую, или сюжетную роль. Заставляя тех или иных героев говорить друг с другом, вместо того чтобы передавать их разговор от себя, автор может внести соответственные оттенки в такой Д. Тематикой и манерой речи он характеризует своих героев с психической, бытовой и классовой стороны. Известно, что душевный склад человека сказывается в характере его речи: «Человек живет словами, - говорил Лесков, мастер эпического диалога, - и надо знать в какие моменты психологической жизни у кого из нас какие найдутся слова».

Каждый класс имеет свой словарь, свои образы (один словарь у крестьянина, другой - у рабочего, у буржуа). Речь напр. героев Достоевского (упадочников-интеллигентов) - неровная, неуклюжая, то чересчур многословна, как будто ищет и не находит нужного слова и оборота, то отрывиста и до такой степени кратка, что в словах не укладывается мысль (Переверзев). Язык героев Тургенева изящен, отделан, что характерно для образованных людей его класса. Следует лишь отметить, что недостаточная характерологическая цельность эпического диалога может с успехом восполняться авторскими замечаниями об условиях, в которых происходит разговор, о жестах, производимых собеседниками, и т. п. Такие - условно говоря - эпические ремарки конечно существенно отличаются от ремарок, восполняющих драматический Д., где они являются лишь указателем для режиссера или артиста, но самостоятельной роли не играют. В эпическом произведении они входят полноправными компонентами в художественное целое, как бы восстанавливая нарушенное вводом Д. равновесие между эпической и внеэпической тональностью. Такое нарушение проявляется например во внезапном, как бы немотивированном введении Д. в повествование (напр. у Достоевского, в отличие от классической эпики Гомера, у к-рого Д. иногда вводится по такой схеме: «и сказал такой-то, отвечая...»). Автор оказывается захлестнутым событиями, о к-рых он повествует, вместо того, чтобы противостоять им. Здесь мы переходим ко второй функции эпического Д. - сюжетной. Развивая сюжет частью повествовательно, а частью диалогически, эпик выделяет из целого отдельные сюжетные узлы, выдвигая тем самым некоторые этапы сюжетного развертывания, отмечая особую значимость сюжетных функций определенных персонажей. Сюжетный Д. требует большой «заполненности», одновременного участия нескольких действующих лиц: в этом - его отличие от Д. характерологического, где задача характеристики определенного лица заставляет именно его выдвигать на первый план. Композиционно важным для эпического Д. является самое место, где он поставлен: в зачине ли, в концовке, в нейтрально-описательном окружении и т. п. Так например в произведениях русской натуральной школы, как указывает в своей книге «Этюды о стиле Гоголя» В. Виноградов (издание «Academia», Л., 1926), диалог является сюжетным ключом, т. е. замечается стремление диалогически начинать сюжетное развитие; этот же пример может послужить иллюстрацией сочетания характерологической (ставящей целью создание «типа») и сюжетной функций диалога, которые и вообще могут быть совершенно разобщены лишь чисто теоретически.

Библиография:

Лит-ра о диалоге - особенно эпическом - чрезвычайно скудна. Так можно назвать: отдельные замечания в статье Гиппиуса В., О композиции тургеневских романов, в сб. «Венок Тургеневу», Одесса, 1919; Волькенштейн В., Драматургия, М., 1923; изд. 2-е, 1929; Якубинский Л. П., О диалогической речи, в сб. Под редакцией Щербы Л. В., «Русская речь», Л., 1923; Балухатый С. Д., Проблемы драматургического анализа, Л., 1927; Габель М. О., Форма диалога в былине, «Науковi записки Наук.-дослiдчоi катедри iсторii украiнськоi культури», 1927, № 6; Wolf H., Dialogues and monologues, N.-Y., 1929.

ДИАНА

ДИАНА - см. Артемида.

ДИАСТОЛА

ДИАСТОЛА - в античной метрике употребление краткого слога вместо долгого в сильной части стопы, в противоположность систоле (см.). В силлабо-тонической теории Д. называют произношение ударного слога, как неударного, т.е. его атонацию, напр.:

«Час близок; может быть, увы,

Меня не будет - будьте вы» (Дмитриев).

ДИБЕЛИУС

Статья большая, находится на отдельной странице.

ДИВАН

ДИВАН (соб. «счетная книга, канцелярия») - в языках Ближнего Востока - собрание лирических стихотворений одного поэта или группы их, объединяемой по какому-нибудь признаку (напр. «Диван племени Хузайль»). Стихотворения располагаются в алфавитном порядке их рифм (см. Поэтика, раздел «Арабская поэтика»).

ДИВИЛЬКОВСКИЙ

ДИВИЛЬКОВСКИЙ Анатолий Авдеевич (1873-) - современный критик-коммунист. Р. в г. Лохвицы, Полтавской губ., в семье врача. В революционном движении - с 1897, был в ссылке, сидел в тюрьмах. Печататься начал в 1901 («Мир божий»). Участвовал в журналах: «Правда», «Современная жизнь», «Современный мир», «Вестник воспитания» и др., в коммунистическом журнале «Demain» (Женева, 1917-1918), с Октябрьской революции принимает участие в «Правде», «Бедноте», с 1921 - в журналах «Печать и революция», «Новый мир», «На лит-ом посту», «Красная новь», «Книга и революция» и др. В коллективной «Истории русской литературы XIX века» (изд. «Мир», 1909-1912, Под редакцией Овсянико-Куликовского) Д. поместил ряд статей: о В. А. Слепцове, Аполл. Н. Майкове (т. III), С. Я. Надсоне (т. IV). По своему критическому методу Д. - марксист.

Библиография:

Перечень работ Д. см. в кн. Мандельштам Р. С., Художественная литература в оценке русской марксистской критики, ред. Н. К. Пиксанова, изд. 4-е, Гиз, М., 1928.

ДИДАКТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

ДИДАКТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА (от греч. didaskein - поучать) - условное обозначение весьма многообразных лит-ых жанров, вводящих нелитературный (философский, богословский, научный, практически-моральный и т. д.) материал в обычные формы художественно-словесного творчества. Традиционное определение Д. л. как «формы художественного творчества, имеющей целью поучать, показать полезность какого-либо предмета или популяризировать отрасль какой-либо науки», несколько суживает границы понятия, выводя за пределы его, с одной стороны, формы так наз. описательной (см.), или дескриптивной поэзии, с другой - формы тенденциозной и агитационной лит-ры (см.), в действительности тесно связанные и часто сливающиеся с формами собственно Д. л. Включение Д. л. в область художественно-словесного творчества предполагает наличие в ней эстетического оформления, воспринимаемого, как таковое, и производителем и потребителем Д. л. Поэтому ни дидактический материал, поданный без эстетического оформления (напр. современные формы научного произведения), ни лит-ые формы, преследующие другие (напр. мнемотехнические) цели (рифмованные правила грамматики, катехизисы и т. п.) не входят в понятие Д. л.

Формы Д. л. особенно продуктивно представлены, с одной стороны, в специфических культурах Востока, античного мира и европейского средневековья; именно на почве этих культур создаются канонические формы Д. л. - дидактический эпос, фабульный и бесфабульный, малые фабульные жанры (притча, басня, аполог), дидактическая лирика - различные формы изречения. Возможность эстетического оформления такого своеобразного материала, как агрономия («Труды и дни» Гезиода, «Георгики» Вергилия), космогония («De rerum natura» Лукреция), философия (Парменид и др.), астрономия (Арат), поэтика («Ars poetica» Горация) свидетельствуют о недостаточной дифференцированности различных форм идеологии, следовательно отображают сравнительно малую дифференциацию производственных отношений и процессов: синкретизм науки и искусства - характерный признак этих культур.

С другой стороны, преобладание дидактических форм наблюдается в словесно-художественной продукции некоторых группировок, к-рые можно признать на первый взгляд чисто идеологическими, - религиозных сект, лит-ых школ. Исключительно дидактический характер носит литература раннего буддизма и христианства, лирика суфиев и вообще мистиков Востока и Запада, пуритан и пиетистов; явно преобладает Д. л. в эпоху реформации и контрреформации. Анализ исторической обстановки, слиянной с периодом расцвета Д. л., ее характера (преобладание практической морали), особого значения в ней форм сатиры и риторики (см.), сближающих ее с агитационной и тенденциозной лит-рой (ср. сатирическую Narrenliteratur реформации), риторический характер лит-ой продукции раннего христианства, мрачный пафос пуританской дидактики (Бэньян, Мильтон), чувственность и сентиментальность пиетистов - все это раскрывает связь роста дидактической продукции с борьбой за определенные идеологии и лежащие в их основе реальные интересы. Именно в эпохи обострения борьбы за эти интересы и выступает Д. л. как прямое орудие пропаганды, защиты и нападения.

Поэтому-то вполне реальные причины - борьба за классовую аристократическую культуру, кодификация и охрана ее, с одной стороны, нападение на старые устои, в частности на церковное мировоззрение, с другой, - лежат в основе и, казалось бы, чисто подражательного явления - расцвета Д. л. в эпохи классицизма и просвещения XVII-XVIII вв. (Буало, Делиль, Поп, Дидро, Руссо, Сен-Ламбер, Ломоносов, Херасков, Сумароков и др.).

Поэтому и расцвет в известные эпохи Д. л., типологически совершенно тождественной с описанными выше формами, невозможно связать с выступлениями лит-ых или религиозных группировок, тогда как совершенно четко выступают лежащие в его основе явления классовой борьбы: таков, напр., подъем дидактической продукции в XIV-XV вв., отражающей энергичное наступление городского сословия на старую феодальную культуру. Разумеется, явления второго типа можно наблюдать и в мало дифференцированных культурах; и такие явления, как расцвет Д. л. в греческой лит-ре VII-VI вв., в римской лит-ре I в., современными исследователями ставятся в связь с крупными экономическими и социально-политическими сдвигами в соответствующие эпохи.

Специфическая установка Д. л. - «miscere utile dulci» - ставит ее перед разрешением ряда своеобразных стилистических задач, определяющих ее оформление. Это, прежде всего, колебание между большими формами, допускающими всестороннее обсуждение предмета, и малыми формами, допускающими мнемотехническое заострение темы. Это, далее, искания фабульной формы: отсюда - тяготение Д. л. к аллегорическому выражению, позволяющему подавать динамически (путем введения фабульной интриги, драматического конфликта и т. п.) в сущности статический материал.

В области внешнего оформления - Vortrag - можно отметить в Д. л. преобладание торжественной периодической речи, обильной философскими и научными терминами и соответствующей важности трактуемого предмета. Однако формы фабульных дидактических жанров (басня, моралитэ и т. п.) допускают и введение сниженных житейски-речевых форм выражения.

ДИДЕРИХ

ДИДЕРИХ Франц (Franz Diederich, 1865-1921) - немецкий социалистический поэт и журналист. Еще молодым студентом примкнул к социал-демократии во время действия закона против социалистов, состоял редактором ряда рабочих газет и часто сидел в тюрьмах; затем работал в просветительных организациях соц.-дем. партии и с 1914 до смерти редактировал в духе реформизма отдел фельетона берлинского «Vorwarts». Как поэт Д. теснее всего был связан с мелкобуржуазной интеллигенцией периода раннего натурализма, наложившего печать на все его творчество. Д. по преимуществу лирик (сборники «Die Hammer drohnen», «Worpsweder Stimmungen», «Die weite Heide», «Kriegssaat»). Но особенно популярна его антология революционной и рабочей, гл. обр. немецкой, поэзии «Von unten auf» (1910; 3-е изд., 1928).

Библиография:

Избранные стихи с биогр. очерком «Jungfreudig Volk», Berlin, 1925.

ДИДРО

Статья большая, находится на отдельной странице.

ДИЕРКС

ДИЕРКС Леон (Leon Dierx, 1838-1912) - один из последовательных продолжателей Леконт де Лилля и самый характерный представитель парнасской (см.) школы. После смерти Маллармэ, в 1898, молодежь удостоила его звания «принца французских поэтов». Та четкость формы и восприятия жизни, к которым так стремились парнасцы, Диерксом усвоены особенно удачно, но они зачастую обретают у него характер внешнего приема: ему нехватало ни широты размаха, ни поэтической глубины. Гордый пессимизм и безысходное отчаяние характеризуют его как интеллигента безвременья 80-х и 90-х гг. Наибольшее значение имеет его первый сборник «Les levres closes» (1867), после - «Paroles du vaincu» (1871); творчество Диеркса за весьма малым исключением исчерпывается перепевами его первых юношеских стихов.

Библиография:

Poemes et poesies, 1861; Les levres closes, 1867; Les Paroles du vaincu, 1871; La Rencontre, drame poetique, 1875; Les Amants, 1879; Полное собрание сочинений, в 2 тт., Lemerre, P., 1896.

ДИЗРАЭЛИ

ДИЗРАЭЛИ Бенжамин, впоследствии лорд Биконсфильд (Benjamin Disraeli, lord Beaconsfield, 1804-1881) - английский романист и крупный политический деятель Англии, один из представителей «социального романа». Предки его - испанские евреи, бежавшие в Англию от инквизиции. Отец - Исаак Дизраэли - писатель и библиофил. Д. учился под руководством отца. В 1821 поступил практикантом к адвокату и сразу обнаружил блестящие дарования. Рано увлекся литературой. Вслед за неизданным романом «Ayemes Papillon» написал «Vivian Grey» (1828). Это - история светских и политических похождений молодого честолюбца. Литературный успех открыл перед Д. двери великосветских салонов, где он учился политической интриге и находил материал для романов. Ясный практический ум, находчивость, остроумие, неотразимая личная привлекательность, честолюбие и железная настойчивость помогают Д. завязать связи в высших сферах; путешествия на Восток (Турция, Малая Азия, Палестина) обогащают его воображение, расширяют кругозор, а выгодная женитьба навсегда освобождает от денежных затруднений. После четырех неудачных попыток пройти в парламент (сначала как либерал, опираясь на О’Коннеля) Д. меняет программу и в 1837, наконец, избирается от партии тори. В парламенте произносит нашумевшие в свое время речи за чартистов, группирует вокруг себя земельную аристократию, являясь душой партии «Молодая Англия»; затем - лидер оппозиции, в 1852 - министр, в 1868 - премьер. Дизраэли - характерная фигура карьериста-империалиста прошлого века. В своих лит-ых произведениях, отмеченных байронизмом, он развил теорию «героя», к-рому «все позволено». Неслучайным является совпадение имен персонажей у Д. и О. Уайльда (ср. «Вивиан Грей» и «Дориан Грей» и т. п.). Часто романы Д. портретны: он изображал в них самого себя и других политических деятелей, что вызывало сенсацию.

Свою литературную работу в ее лучшей части Д. сделал средством пропаганды своих социально-политических взглядов. Первый его социальный роман «Coningsby or the New Generations» (1844) провозглашает идеалы «Молодой Англии» - объединение всех социальных слоев нации в лоне эстетизированной государственной церкви под отеческим попечением земельной аристократии, омоложенной слиянием с новым классом промышленников, и под высшим протекторатом природного отца нации - монарха. Второй социальный роман Д. - «Sybil, or the two Nations» (1845) - пытается разрешить проблемы, заостренные чартистским движением. Автор предлагает религиозно-моральный и социально-политический союз между «двумя нациями» - между классами - правящими и производящими.

Следующий роман Д. - «Tancred, or the new Crusade» (1847, русск. перев. в «Неделе», 1878, № 8-10), полный экзотики, является пропагандой английского империализма, шествующего под знаменем креста и полумесяца.

Исторический роман «Alroy» посвящен еврейскому вопросу. Изображая лжемессию XII века, автор выступает своеобразным палестинофилом. Это произведение было впоследствии использовано сионистами в целях пропаганды.

Библиография:

I. Произведения Д. (кроме указанных в тексте), романы: The Adventures of Captain Popanilla, 1832; Contariny Fleming, a pseudological autobiography, 1832; Henriette Temple, 1837 (русск. перев. в 6 книгах, СПБ., 1859 и СПБ., 1867); Endymion (три русск. перев.: СПБ., 1880; СПБ., 1881, изд. 2-е, Н. Аскарханова, 3 тт.; первонач. в журн. «Дело», 1881, I-II); Lothair (перев. на русск. яз. в «Заре», 1870, №№ 6-12 и отд. в 3 чч., СПБ., 1871, под заглавием «Римские происки»); Собрание романов Д. издано в Лондоне в 1881, в 11 тт.; Selected speeches of the late Right Hon. the Earl of Beaconsfield, 2 vv., Kebbel, L., 1882; Home letters, written by the Earl of Beaconsfield 1830-1831, L., 1885; Correspondence with his sister, изд. Ralph Disraeli, L.,1886; трактат Vindication of the English Constitution.

II. Disraeli’s opinions, political and religious, 1852; O’Connor T. P., Life of Lord Beaconsfield, 1879; Brandes G., Lord Beaconsfield, a Study, 1880 (русск. перев. в Собр. сочин. Брандеса, т. XV, изд. «Просвещение», СПБ., без года издания); Bauer, Disraeli’s romantischer Imperialismus, 1882; Ewald С., The R. H. Benjamin Disraeli and his Time, 2 vv., 1883; Kebbel T. E., Life of Lord Beaconsfield, 1888; Troude J. A., Lord Beaconsfield. A Biography, 1890; Harrisson F., Disraeli’s place in Literature, 1894; Gorst H. E., The Earl of Beaconsfield, 1900; Fraser J. A. L., Disraeli, 1901; Vogue Eug., Les romans de Disraeli, «Revue des Deux Mondes» 1-е mai 1901; Courcelle M., Disraeli, 1902 (по названной книжке, с очень сочувственным отношением к Д., составлена биография Д. (с крупными ошибками) Пименовой, Политические вожди современной Англии, СПБ., 1904); Meynell W., Benjamin Disraeli, 2 vv., 1903; Bryce I., Studies in contemporary biography, L., 1903 (русск. сокращенный перев. В. Держинского в книге «Выдающиеся английские деятели. Характеристики Брайса», СПБ., 1904); Villari I., La Vita di В. Disraeli, 1911; Maurois Andre, Disraeli, P., 1927.

III. Apjohn Lewis, Disraeli Benjamin, Earl of Beaconsfield. Memorable men of XIX cent., v. 11, Chronological list of works, 1881.

ДИК

ДИК Айзик-Меер (1814-1893) - еврейский писатель. Автор свыше 300 рассказов и новелл, пользовавшихся в 60-70-х годах XIX века огромной популярностью и расходившихся в огромных для того времени тиражах. Поборник «просвещения», он ратует в своих произведениях за реформу быта и за торжество «добрых» буржуазных начал. Д. создал своеобразный жанр новеллы, сочетавшей мещанскую мораль еврейских традиционных «проповедников» («magid») с сюжетикой европейского «лубка». В некоторых своих произведениях Д. дает характерные бытовые зарисовки, предвосхищая реализм еврейских классиков.

Библиография:

Reisen L., Lexikon fun der jidischer literatur, B. I, 2 Aufl., Wilno, 1926, SS. 711-734; Weinreich M., Bilder fun der jidischer literaturgeschichte, Wilno, 1928, SS. 292-329; Niger Sch., Dos naje lebn, 1923, V; Ц(инберг) С., «Евр. энц.», т. VII, стр. 189-191.

ДИКИЙ

ДИКИЙ - см. Украинская литература.

ДИККЕНС

Статья большая, находится на отдельной странице.

ДИЛОГИЯ

ДИЛОГИЯ - соединение двух драматических произведений, связанных между собой общностью сюжета, действующих лиц и т. п., по типу трилогии, тетралогии (см.) и т. д. Встречается редко; как на пример Д. можно указать пьесу Ибсена «Кесарь и Галилеянин», состоящую из двух композиционно отдельных, но связанных замыслом, сюжетом, героями - драм: «Отступничество цезаря» и «Кесарь Юлиан». К Д. может быть также отнесен «Валленштейн» Шиллера, состоящий в сущности из двух пьес: «Пикколомини» и «Смерть Валленштейна», к-рым в виде пролога предшествует «Лагерь Валленштейна», и т. д.

В ином значении термин Д. употреблялся как синоним двусмысленности.

ДИЛЬТЕЙ

ДИЛЬТЕЙ Вильгельм (Wilhelm Dielthey, 1833-1911) - немецкий философ, историк и литературовед, введший впервые понятие так наз. наук о духе (Geisteswissenschaft), оказывающее огромное влияние как на современные исторические науки в Германии (Риккерт, Виндельбанд, Шпрангер и другие), так и на литературоведение (Унгер, Вальцель, Гундольф и др.). В своем главном сочинении «Введение в науки о духе» (Einleitung in die Geisteswissenschaften, 1880), а также в «Построении исторического метода в науках о духе» (Der Aufbau der geschichtlichen Methode in den Geisteswissenschaften, 1910) Д. резко противопоставляет науки о духе наукам естественным (к к-рым Д. относит и эмпирическую психологию), изучающим явления путем эмпирического анализа, между тем как наука о духе имеет дело с непосредственной психической деятельностью - переживанием - и поэтому должна отстаивать свой, специфически соответствующий ей метод. Психическая жизнь признается единым непрерывным потоком, сущность ее заключается, якобы, в иррациональности, подсознательности и телеологической направленности; методологически Д. противопоставляет «предметному» или «естествоведческому» объяснению явлений свой метод «понимания» или «толкования» жизни - описательную психологию. Жизнь, по Д., - в этом пункте он почти целиком примыкает к Бергсону, - ничем не ограничена и неопределима, она течет из тайных источников и стремится к неизвестным целям; она доступна нашему познанию лишь частично: доступны индивидуальные жизненные явления и психологическое их толкование и понимание. Путем наблюдений над их повторением и закономерностями создается некоторая общая классификация, дающая возможность включения того или иного индивидуального явления в относительно твердые общие типы и законы; они служат исследователю вспомогательным средством при его весьма приблизительном объяснении истории, представляющей собою смешение и срастание таких типовых явлений. История как целое не имеет своего смысла; им обладают лишь отдельные ее эпохи, замкнутые в себе «культурные системы» индивидуальной структуры.

Методологически «наука о духе» Дильтея есть попытка соединения двух систем: каузально-генетического объяснения английского позитивизма и интуитивного понимания немецкого идеализма. Д. хотел возродить немецкий идеализм на более научном базисе. Но из этого соединения идеализма с позитивизмом не получилось ни цельного мировоззрения, ни цельного метода; элементы этих систем всегда распадаются там, где Д. применяет их на практике; он склоняется то к одной, то к другой системе: в первый период своих многочисленных исторических работ он ближе к позитивизму, во второй - особенно после критики его трудов Риккертом и Гуссерлем - к идеализму. Теории Д. больше всего недоставало идеи исторической динамики; изучение исторического процесса он заменял изучением (описанием) психического развития личности: почти все его исследования - биографии или биографические очерки. Чтобы сделать свою науку способной к «созидающему синтезу», он вернулся к Гегелю, но заимствовал лишь метафизические элементы его метода, игнорируя диалектику; стержень исторического развития он видел в «метафизическом переживании» гениев-художников, открыто сделав таким образом основным понятием развития - метафизику. Однако Д., мировоззрение к-рого сложилось во времена грюндерства и начала германского империализма, понял невозможность возрождения классического идеализма в ту эпоху и впал в скептицизм. Он представляет звено в длинной цепи развития Ницше - Шпенглер.

Применяя свое мировоззрение, страдающее дуализмом, к литературоведению, Д. прежде всего противопоставил свой метод историко-филологической школе Шерера-Шмидта; если эта школа под влиянием позитивизма Конта, Тэна и др. стремилась свести изучение лит-ых явлений к точности естественных наук и рассматривала человека как социальное существо, слагающееся под влиянием окружающей его среды, то Д., наоборот, восстал против исследования внешних условий, определяющих художественное произведение, перенеся свое внимание непосредственно на мировоззрение писателя и на значение переживания для поэзии. Мир художника отличается, по Д., от мира других людей: он, во-первых, питается поэтической фантазией, a priori входящей в его душевную конструкцию, и во-вторых, художнику свойственно стремление освободиться от давления действительности при помощи присущего ему одному сильного, непроизвольного стремления к созиданию (Bautrieb); так. образом каждое художественное произведение есть оформление питаемого жизненными переживаниями отдельного события. Задачи литературоведения - установить связь между поэзией и переживанием писателя. Д. писал очень много на литературоведческие темы; главные его произведения: серия биографий немецких романтиков, начиная от Новалиса (1865) и кончая Гельдерлином (1905). Основные темы его работ: «Фантазия и психология в поэзии» («Ч. Диккенс и гений повествовательной лит-ры» - «Charles Dickens und das Genie der erzahlenden Dichtung», 1876-1877; «Воображение поэта» - «Die Einbildungskraft des Dichters», 1877; «Поэтическое воображение и безумие» - «Dichterische Einbildungskraft und Wahnsinn», 1886; «Материал для построения поэтики» - «Bausteine fur eine Poetik», 1887; «Три эпохи в развитии современной эстетики и ее современные задачи» - «Die drei Epochen der modernen Aesthetik und ihre heutige Aufgabe», 1892; «Переживание и творчество» - «Erlebnis und Dichtung», 1905).

Последнее сочинение оказало особенно заметное влияние на современную духовно-историческую школу. Но так как метод Дильтея в целом страдает дуализмом, выражающимся в постоянном колебании между позитивизмом и метафизикой, то и его литературоведческий метод дал право ссылаться на него как формалистически-эстетической школе (Вальцель, Штрих и другие), так и многочисленным течениям внутри духовно-исторической школы (Унгер, Майнк, Гундольф, Цизарц, Бертрам, Корф, Эрматингер и др.). Но все они исходят из того идеалистического положения Д., что «история духа», или «наука о духе», должна строиться на рассмотрении каждой отдельной области культуры как выявления саморазвития единого духа идей эпохи.

Библиография:

I. Das Leben Schleiermachers, 1870; Gesammelte Schriften, 2 Aufl., hrsg. von Mulert H., I-VII Bde, 1922-1928.

II. Шиллер Ф. П., Духовно-историческая школа в немецком литературоведении, «Лит-pa и марксизм», 1929, кн. IV; Erdmann В., Gedachtnisrede auf Dilthey, 1912; Spranger E., W. Dilthey, eine Gedachtnisrede, 1912; Krakauer H., Dilthey’s Stellung zur theoretischen Philosophie Kants, 1913; Heynen W., Dilthey’s Psychologie des dichterischen Schaffens, 1916; Unger Rud., Weltanschauung und Dichtung. Zur Gestaltung des Problems bei Dilthey W., 1917; Cremer H., Die Begriffe «Romantik» und «romantisch» in den «Schriften» W. Dilthey’s, 1922; Unger R., Literaturgeschichte als Geistesgeschichte. Zur Frage geisteshistorischer Synthese mit bes. Berucksichtigung auf Dilthey W., 1924; Hoff B., Die Psychologie Dilthey’s W., 1926.

ДИМЕТР

ДИМЕТР - см. Стихосложение.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV