Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "А" (часть 7, "АПО"-"АРИ")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "А" (часть 7, "АПО"-"АРИ")

АПОЛЛОН [ГРЕЧЕСКИЙ БОГ]

АПОЛЛОН - греческий бог, сын Зевса и Лето (Латоны), первоначально повидимому малоазиатское божество. Основной функцией А. является «ведовство», «знахарство», выражающееся в «прорицании» и религиозном врачевании, тесно связанном с «заговорами» (в «Илиаде» А. насылает чуму на войско ахеян). Напевный характер, одинаково свойственный и прорицанию и заговорам, делает А. богом пения и музыки; некоторые формы музыкальной лирики, напр. так наз. «номос» и «пеан» (см.) были связаны с культом А. Поскольку «ведун» оформляет и хранит идеологию первобытного общества и подчиняет себе все области его жизни, функции А. имели тенденцию к безграничному расширению. А. был объявлен сыном Зевса - богом-юношей, рожденным Лето от Зевса на острове Делосе, одном из крупных центров религии А. В другом крупном центре, Дельфах, А. стал вещать волю своего отца, Зевса, через свою пророчицу Пифию. А. был поставлен на службу интересам могущественных дорийских государств; содержание религии А. определялось аристократическим строем с его консервативной этикой. От имени дельфийского бога проповедывалась «умеренность» («ничего слишком») и «благоразумие», каралась «заносчивость», стремление выйти за пределы издревле установленного порядка в личной и социальной жизни («познай самого себя»). Культ А. вытеснял пережитки древности, не умещавшиеся в рамках аристократического государства, заменял кровную месть своими «очищениями», способствовал героизации легендарных основателей знатных родов. Ассимилируя себе второстепенные культы, А. проникал во все отрасли жизни - в земледелие и скотоводство, в мореплавание и гимнастические упражнения юношей, в постройку городов и в основание колоний, в установление календаря и в пути сообщения, повсюду являясь блюстителем аристократической законности. А. повидимому значительно повлиял и на мифотворчество, приспособляя к морали феодального общества мифы, отражавшие более первобытную социальную структуру. А., поглощавший второстепенные божества, умел примиряться с могучими соперниками, и в главном центре религии А., в Дельфах, рядом с ним мог находиться Дионис (см.). Глубокое различие между этими двумя богами уже древние пытались выявить в противоположении успокаивающей, проясняющей сознание музыки А. и возбуждающей, оргиастической музыки Диониса. Это различение было положено Фр. Ницше в основу его метафизического противоположения двух начал - А. и дионисовского. А. начало есть «принцип индивидуализации», стремление к обособлению личного сознания от изначального единства бытия, к восприятию мира в четких и расчлененных образах. Дионисовское начало - принцип наркотического слияния с природой, когда все грани стираются, личность растворяется в первоедином и рациональное уступает место мистическому экстазу и художественной интуиции. Некоторые стороны образа А., развившиеся сравнительно поздно и не связанные со специфическими условиями феодальной Греции, заняли преобладающее место в римской и зап.-европейской литературной традиции, а именно, солнечная природа А. (древним является лишь его имя «Феб» - «сияющий»), поведшая к отождествлению его с Гелиосом, солнцем, равно как и представление об А., боге поэзии, «предводителе муз» («Мусагете») на горе Парнасе.

АПОЛЛОН [ЖУРНАЛ]

«АПОЛЛОН» - художественно-литературный журнал, выходивший в Петербурге с октября 1909 по 1917, по 10 книг в год (в 1909-1910 вышли №№ 1-12). Редактором был Сергей Маковский (лишь в 1911 и 1912, до № 9), потом бар. Н. Н. Врангель. Издатели: до января 1911 - книгоиздательство «Якорь», в 1911-1917 - С. К. Маковский и М. К. Ушков. В 1909-1910 в «А.», наряду с отделами искусства, литературы и критики, помещалась обширная хроника и «Литературный альманах» с отдельной нумерацией страниц. «Литературный альманах» прекратился с 1911, и журнал становится по преимуществу журналом искусства с большим количеством репродукций, частью в красках. В 1911 выходила отдельно два раза в месяц хроника «Русская художественная летопись». «Вступление» к первому номеру определяет цели журнала как «чисто эстетические», посвященные искусству как «самоцельному достоянию нашему». «А.» «хотел бы называть своим, - говорится в том же „Вступлении", - только строгое искание красоты, только сильное и жизненное искусство за пределами болезненного распада духа и лже-новаторства». Однако «жизненность» искусства представлялась редакции неясной. Это видно и из передовой статьи (в том же номере) Александра Бенуа, к-рая носит характер гимна «лучезарному и благому богу» Аполлону: «Искусству, - говорит он, - необходимо освободиться от пут узкой замкнутости и от искания недостойной полезности. Но искусство не должно быть и для искусства, ибо искусство, будучи от бога, существует для бога». Поэтому на вопрос, какая будет «новая правда» в искусстве, поставленный самой редакцией в названном вступлении, она не нашла другого ответа, как: «всякий ответит по-своему». В первые годы существования журнала литература занимала в нем заметное место, преобладали статьи символистов Ин. Анненского (см.), Вяч. Иванова (см.), А. Блока (см.), В. Брюсова (см.). Но в дальнейшем ли-тра осталась почти исключительно в хронике, а символистов сменяет родоначальник акмеизма Н. Гумилев (см.); под конец в журнал проникают формалисты: Б. Эйхенбаум (см.) и Б. Томашевский (см.). По существу, журнал не имел определенного литературного лица и явился лишь слабой тенью «Весов» (см.): это было время упадка символизма, когда говорили уже о его «заветах» (статья Вяч. Иванова). Зато отдел изобразительного искусства чрезвычайно вырос, включив в себя крупнейшие художественные силы того времени, к-рым было посвящено не мало монографий с многочисленными репродукциями.

АПОЛЛОНИЙ РОДОССКИЙ

АПОЛЛОНИЙ РОДОССКИЙ (III в. до христ. эры) - древнегреческий поэт, представитель эпохи александринизма (см. Греческая литература). До нас дошла его поэма «Аргонавтика».

АПОЛОГ

АПОЛОГ (греч.) аллегорически-дидактическое повествование, по основным формальным признакам тождественное с басней. Различие терминов только в том, что А. обычно называют произведения античных и восточных литератур, тогда как термин «басня» применяется и к произведениям новых литератур европ. народов.

АПОЛОГИЯ

АПОЛОГИЯ - речь или письменное произведение, направленное к оправданию или защите кого- или чего-либо; таковы напр. Платоновская «А. Сократа» (оправдательная речь Сократа перед судом), «А.» Апулея - защитительное слово на суде по обвинению в чародействе. В христианской письменности имеется длинный ряд А. в защиту христианства. Так от первых веков нашей эры сохранилось много А.: Тертуллиана (лучший из апологетов), Оригена, Василия Великого, Кирилла Александрийского и др. Содержание и характер А. изменялись в зависимости от научных и философских интересов эпохи (напр. «научные» А. XIX в.). Апологетические моменты встречаются и в нашей литературе (Достоевский, В. Соловьев и др.).

АПОСИОПЕЗА

АПОСИОПЕЗА - умолчание, перерыв в конце фразы. А. имеем мы, напр., в разговоре Хлестакова с городничим в «Ревизоре» Гоголя: «Да как вы смеете? Да вот я... я служу в Петербурге. Я, я, я...». Давая подчеркнутое несоответствие между объемом мысли, подлежащей выражению, и характером этого выражения, А. с тем большей силой заставляет стремиться к смысловому заполнению авторского пробела. Создаваемая А. напряженность может разрешиться или в драматическом, или в комическом плане. Яркие образцы последнего дал в русской литературе Гоголь, пользуясь, напр., А. как определенным приемом для характеристики своих элементарных в психологическом отношении героев.

АПОСТОЛОВ

АПОСТОЛОВ Николай Николаевич (1890-) - исследователь творчества Л. Н. Толстого. Окончил историко-филологический факультет Киевского университета, где получил премию за сочинение «Исторический роман Толстого и его предшественников». Редактировал сочинения Толстого в изд-вах «Жизнь» и «Голос» (1918-1921).

Библиография:

Литературные очерки, 1907; Импрессионизм и модернизм, 1908; Утренние сумерки, 1908; Карамзин как романист-историк, 1916; Религиозно-анархические идеи Толстого и современный политический психоз, Киев, 1919; Л. Толстой над страницами истории, М., 1928; Живой Толстой, М., 1928; Лев Толстой и его спутники, М., 1928; Жизнь Л. Н. Толстого в воспоминаниях и переписке, М., 1928.

АПОСТРОФА ИЛИ МЕТОБАЗ

АПОСТРОФА или МЕТОБАЗ - обращение к отсутствующему лицу, как к присутствующему. Напр.: «Доколе же, Катилина, ты будешь испытывать наше терпенье», в речи Цицерона. Также обращение к неодушевленному предмету, как к одушевленному, напр.: «Что, дремучий лес, призадумался?» (Кольцов).

АПОФАЗИЯ

АПОФАЗИЯ - риторический прием, состоящий в опровержении только что высказанного положения самим высказывающим.

АППЕРЦЕПЦИЯ

АППЕРЦЕПЦИЯ (латинск. apperceptio - восприятие) - термин описательной психологии, родовое название для всех психических актов, благодаря которым, при активном участии внимания и при воздействии ранее сложившихся комплексов психических элементов, мы ясно и отчетливо воспринимаем данное психическое содержание. В психологии нового времени термин «Апперцепция» прошел несколько этапов развития. Впервые в новую психологию понятие «апперцепция» ввел Лейбниц (1646-1716), противопоставивший «апперцепцию» простой «перцепции». В то время как перцепция есть внутреннее состояние души, представляющей внешний мир, - «апперцепция» есть «сознание или рефлексия этого внутреннего состояния». Лейбниц подчеркнул активный характер А. В актах А. представления не просто даются нам, но мы овладеваем ими, как нашим достоянием. Т. к. деятельностью отчетливого представления необходимо предполагается субъект, то, по Лейбницу, акты А. обусловлены самосознанием. Дальнейшее развитие понятие А. получило у Канта (1724-1804). По Канту, А. есть высшая и в каждом субъекте тождественная форма самосознания, благодаря к-рой все многообразие наглядных представлений относится к представлению того субъекта, в к-ром это многообразие находится. В А. Кант подчеркивает синтетический характер ее актов. По Канту, А. есть высшее условие единства всех понятий рассудка; единством А. обусловлена возможность априорных синтетических суждений в науке и в философии. - В то время как Лейбниц и Кант выдвинули на первый план гносеологическую функцию А., кантианец Гербарт (1776-1841) перенес центр тяжести в психологическое содержание этого понятия. По Гербарту, А. есть акт ассимиляции вновь вступающих в поле сознания представлений, посредством воздействия на них со стороны сложных комплексов, образовавшихся в прошлом психическом опыте. Возможность А. обусловлена, по Гербарту, механизмом сознания. Представления, исчезающие из сознания, не погибают бесследно, но, подвергшись торможению, продолжают существовать в качестве «стремления к представлению». Посредством ассоциаций (см.) или посредством самопроизвольного движения представления, ушедшие из кругозора сознания, могут вновь в него возвратиться. Процесс А. состоит в том, что ушедшие из поля сознания массы представлений не остаются пассивными, но, посредством особого рода притяжения, стремятся присоединить к своему составу вновь появляющиеся представления. Учение Гербарта об А. было сплошь механистично и интеллектуалистично, ибо оно сводило всю психическую жизнь к механическому движению и к механической борьбе одних лишь представлений. В духе волюнтаризма теорию А. развил знаменитый психолог Вильгельм Вундт (1832-1920), учение к-рого об А. есть синтез всей предыдущей истории этого понятия, начиная с Лейбница. Под А. Вундт разумеет всякий отдельный процесс, посредством к-рого мы ясно воспринимаем какое-нибудь психическое содержание. Характерный признак А. состоит, по Вундту, в напряжении внимания; восприятие, не сопровождаемое состоянием внимания, Вундт называет перцепцией. Вундт различает два вида А.: пассивную, при к-рой новое содержание схватывается вниманием мгновенно и без предварительной эмоциональной установки, и активную, при к-рой восприятие содержания предваряется чувством ожидания, а внимание направляется на новое содержание еще до его появления. - В эстетике понятие А. широко применяется при изучении эстетического восприятия. Особенное значение понятие А. получило в тех эстетических теориях, к-рые стремятся из устанавливаемых психологией законов и условий эстетического восприятия вывести нормативные предписания, регулирующие художественный процесс. Дело в том, что изучение А. выдвинуло такие вопросы, как вопрос об объеме воспринимающего сознания, т. е. о количественном пределе эстетических впечатлений, могущих быть воспринятыми в одном представлении; вопрос о прерывистом или непрерывном характере эстетического восприятия при перенесении внимания с одного психического содержания на другое; вопрос о градации моментов напряжения и ослабления в процессе эстетического восприятия и т. д. В зависимости от ответов на все эти вопросы нормативные теории эстетики пытались указывать свойства эстетического объекта, к-рые должны быть налицо - чтобы объект во всем содержании своих элементов и с исчерпывающей полнотой мог быть воспринят в эстетическом впечатлении. Особенные надежды возлагались на теорию А. при обсуждении таких вопросов, как проблема синтеза искусств. При этом исходили из мысли, что возможность синтеза искусств зависит не только от возможности объединения двух или нескольких искусств в лице одного художника, но также и от обусловленной законами психики возможности восприятия синтетических продуктов искусства. На этом основании многие эстетики (в том числе Лев Толстой (см.)) отрицали всякую возможность синтеза искусств, полагая, что даже если бы могли быть созданы совершенные произведения синтетического искусства, они, в силу ограниченности объема апперцепирующего сознания, не могли бы быть полностью усвоены. Нормативные теории, основанные на законах А., явно несостоятельны. Несмотря на то, что к изучению А. давно уже стали применять экспериментальные методы исследования, акты А. до настоящего времени не изучены еще в такой мере, чтобы на них можно было строить какие бы то ни было нормативные выводы в эстетике. К тому же формы А., ее объем, состав, условия осуществления не суть постоянные, неподвижные психические величины; они изменяются вместе с изменением психики общественного человека. С другой стороны в основе всех нормативных теорий лежит неверная психологическая гипотеза, будто эстетическое восприятие покоится исключительно на законе экономной траты сил. Новейшие работы по эстетике и в частности по теории литературы убедительно показали, что диалектика художественного процесса в целом ряде случаев побуждает художников к введению материалов, приемов и форм, не облегчающих, но напротив затрудняющих процесс эстетического восприятия. Условия, при к-рых художники испытывают необходимость в введении компонентов, затрудняющих усвоение произведения, определяются не имманентной логикой формального развития искусства, но социологическими причинами: диалектикой классового сознания и диалектикой развития самих общественных классов.

АПСАРАСЫ ИЛИ АПСАРЫ

АПСАРАСЫ или АПСАРЫ - полубожества древнеиндийской мифологии, небесные девы, обладающие магическими силами и даром перевоплощения и повинующиеся Индре. Обычно боги посылают А. искушать брахманов - святых аскетов (риши), к-рые своими подвигами достигают чрезмерной власти над мировым порядком. Соблазненный А. риши теряет свою силу и становится простым смертным. Этот мотив необычайно распространен в древнеиндийской поэзии, в героическом эпосе, в религиозно-эпических пуранах (напр. история отшельника Канду в Брахмапуране), драме (история рождения Сакунталы).

АПСЕСДЭЛС

АПСЕСДЭЛС Август Апсит (1880-) - латышский поэт, начал писать еще до революции 1905. Поэтический облик А. определился в эпоху реакции под влиянием десятилетней каторги. За тюремной решеткой написана лучшая книга его стихов - «Тяжелые думы», где революционер-одиночка в своей «переоценке ценностей» доходит до крайнего анархизма. В последние годы А. все чаще саркастически изображает конкретные явления буржуазного общества («Дьявол ущелий» и др.), не будучи однако в состоянии преодолеть свой анархо-индивидуализм, стать на точку зрения революционной классовой борьбы.

Библиография:

Upits Andrejs, Latweeschu jaunaks rakstneezibas wehsture, Riga, 1921.

АПСИТ

АПСИТ Яков (Ян Яунзем) (Jekabs Apsit, 1858-) - латышский писатель. Его литературная деятельность совпала с тем периодом в истории Латвии, когда патриархальные отношения разлагались, а капиталисты победоносно вступали в свои права. А. своим писательским обликом всецело обращен к прошлому. В лучших своих рассказах («Богатая родня», «В чужих людях», «С малолетства» и др.) А. дает классически яркие зарисовки старинной латышской усадьбы и представителей ее патриархального быта с их христианскими «добродетелями», библейской моралью безропотного смирения. Апологет отживающей общественной формации и ее консервативного мировоззрения, А. догматически нетерпим по отношению к нарождающейся городской культуре, к людям новой, капиталистической эпохи. После неудачной антихудожественной попытки изобразить сплошной черной краской ненавистный ему город, в начале 900-х гг. А. навсегда замолкает. Консервативным духом патриархальной усадьбы, идеологией реакционных слоев латвийского крестьянства в большей или меньшей степени проникнуто творчество всех представителей так наз. «школы А.», бытописателей реалистов - братьев Каудзит, А. Дока, Я. Пурапуке, А. Саулиета и др. (см. Латышская литература).

Библиография:

Upits Andrejs, Latweeschu jaunaks rakstneezibas wehsture, Riga, 1921.

АПУЛЕЙ

АПУЛЕЙ Люций (II в. христ. эры) - древне-римский писатель, наиболее талантливый и яркий выразитель настроения образованных классов эпохи упадка Римской империи. Это была эпоха идеологических колебаний и исканий разочарованной, оторванной от масс интеллигенции, эпоха застоя творческой мысли, мистики и суеверий, философско-литературного эклектизма и архаизма, т. е. романтического возвращения к языку древнейших литературных образцов. А. родился в г. Мадавре в Сев. Африке и принадлежал к аристократическому роду. Получив в Карфагене блестящее образование, он много путешествовал по Востоку, Греции и Италии. А. был поэт, ритор-софист, философ и даже слыл (особенно после смерти) магом и волшебником. Он считал себя мастером всех литературных жанров: писал стихи, диалоги, речи и т. д.; частично сохранился сборник его риторических декламаций на разные темы («Florida» - «Цветы»). Философ-идеалист и эклектик, он популяризировал в своих сочинениях греческих философов, особ. Платона и Аристотеля (сохранились три его философских трактата). Суеверия эпохи ярко отразились в его сохранившейся до нас «Апологии», - речи, произнесенной им в свою защиту по поводу обвинения его в волшебстве. Имя в мировой литературе А. приобрел своим романом - «Метаморфозы» или «Золотой осел»; здесь оккультизм эпохи сочетался с восточной фантастикой. Содержание романа - всевозможные приключения осла, в к-рого в доме одной волшебницы был обращен герой романа Люций. Самая яркая часть этого романа - большая новелла - сказка о любви Амура и Психеи, - о том, как сам бог любви Амур (см.) влюбился в смертную красавицу Психею и как после долгих перипетий состоялось на небе их бракосочетание. В основе всего романа лежит ионийская новелла; его стиль - витиеватый, так наз. «азианский» (азиатский) модный стиль эпохи, получивший в обстановке восточной роскоши господствующего класса еще больше изнеженности и слащавости; яз. архаизован в духе времени. Впоследствии сделалась особенно популярной сказка об Амуре и Психее; она вдохновляла и позднейших художников (Рафаэля, Канову и др.) и писателей разных стран. В Германии в XVIII в. ее переработал Виланд (и у Гёте «Амур и Психея»; несомненно и влияние образа Психеи на его Гретхен). В XIX в. известны переработки Гамлинга и некоторых других менее значительных немецких писателей. Во Франции еще в XVII в. ее переделывал Ла Фонтэн, роман к-рого послужил образцом в России для Богдановича (поэма «Душенька», 1775). В новой поэзии можно указать на стих. Вал. Брюсова «Психея».

Библиография:

Амур и Психея, Золотой осел, пер. Соколова, СПБ., 1895; изд. 2-е, СПБ., 1899.

II. Андерсон, Роман А. и народная сказка, Уч. зап. Каз. ун-та, 1909-1910; Нажотт, История латинской литературы, М., 1914; Дератани, История древнеримской литературы, М. - Л., 1928.

АПУХТИН

АПУХТИН Алексей Николаевич (1840-1893) - русский поэт-лирик. По рождению А. принадлежал к старинному дворянскому роду, воспитывался в привилегированном училище правоведения; в личной жизни был тесно связан с великосветским петербургским обществом. А. - эпигон «светского» стиля поэзии, ведущего свое происхождение от литературы эпохи Пушкина. В сборнике стихотворений А. встречаются типичные для этого стиля классические мотивы («Греция», «Подражание древним» и др.), идиллическое изображение деревни («Вечер», «Проселок»), патриотические и исторические темы, послания к друзьям, стихи на разные случаи, эпиграммы и пародии. Довольно часто А. обращался к теме о призвании поэта, являясь горячим поклонником «чистого искусства» и врагом «гражданского» служения в поэзии («К поэзии», «Музе», «Дилетант»). Но главной темой лирики А. является интимная тема неудачной, разбитой любви, определившей собою меланхолическую настроенность поэта. Крупнейшее произведение этого рода - поэма «Год в монастыре». Чувство одиночества, надвигающейся старости и смерти, грусть воспоминаний проникают лучшие по искренности и простоте стихотворения А. Музыкальные по форме, часто снабженные рефренами, стихи А. иногда приближаются к песне, и не случайно многие из них положены на музыку. Слабее более длинные стихотворные произведения, своего рода психологические этюды, рассказы в стихах, не чуждые сентиментальности и мелодраматизма (напр.: «Перед операцией», «Из бумаг прокурора» и др.). В прозе А. писал мало. Центральные фигуры его повестей - светские люди, неудачники в личной жизни, понявшие ничтожество окружающей их среды и ищущие спасения в глуши родовых усадеб («Дневник Павлика Дольского», «Неоконченная повесть» и др.).

Библиография:

I. Стих. А. в 2 тт., СПБ., 1886; 7-е изд., СПБ., 1912.

II. Перцов П., Филос. течения в русск. поэзии, изд. 2-е, 1899; Волынский А., Сб. «Борьба за идеализм», СПБ, 1900; Коробка Н., Очерки литературных настроений, СПБ., 1903; Шулятиков В., Этапы новой лирики, сб. Из. ист. нов. русск. литературы, М., 1910; Языков Д., Обзор жизни и трудов русск. пис., вып. XIII, СПБ., 1916; Венгеров, С. А., Этапы неоромантич. движения, Русская литература XX в., изд. т-ва «Мир», вып. I, М., 1914; Арсеньев, Критич. этюды по русск. литературе, т. II., СПБ., 1888.

АРАБАЖИН

АРАБАЖИН Константин Иванович (1866-) - историк литературы и критик-прогрессист. Из польских дворян. Отдельные издания: «Казимир Бродзинский и его литературная деятельность» (Киев, 1891), «Публичные лекции о русских писателях» (кн. I, СПБ., 1909), «Леонид Андреев» (СПБ., 1910) и др.

АРАБСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Статья большая, находится на отдельной странице.

АРАБСКИЙ ЯЗЫК

Статья большая, находится на отдельной странице.

АРАГВИСПИРЕЛИ

АРАГВИСПИРЕЛИ (1867-1926) псевдоним грузинского беллетриста Шио Дедабришвили. Вырос в крестьянской среде Восточной Грузии. Высшее образование получил в Варшаве. Литературная деятельность А. развивалась в эпоху укрепления капиталистических отношений в Грузии. Главным стержнем творчества А. и явилось изображение быта и жизни трудового крестьянина в условиях развивающихся капиталистических отношений в Грузии. В реалистических новеллах А. ярко отражен процесс распыления обломков дворянских поместий и старого уклада жизни под влиянием могучего роста капитала и городской культуры. А. верит в непреодолимую силу урбанистической цивилизации, со свойственными ей этическими нормами, а в позднейших его этюдах сквозит определенное упоение буржуазной «аморальной» стихией с проповедью смелого наслаждения доступными человеку земными благами. Проблему отношения индивидуальных устремлений и помыслов к общественной морали А. разрешает провозглашением личного счастья и эгоизма, вытекающего из конфликта между субъектом и коллективом. На основании такого мироощущения А. проповедывал радикальный переворот в понятиях о формах семьи и в проблемах пола и любви. В своем последнем романе «Габзарулли Гули» (Треснувшее сердце) А. высказывает мысль о том, что чувство идеальной любви, романтическое увлечение, свойственно только легендарным типам. В грузинской новой художественной литературе А. является первым представителем психологической прозы (см. Грузинская литература).

Библиография:

I. Избр. сочин. А. с предисловием Т. Табидзе, Тифлис, 1927; Габзарулли Гули, Роман, Тифлис, 1927.

II. Хаханов А., Очерки по ист. груз. слов., вып. IV, М., 1907; Сб. посвящ. А. Н. Веселовскому, М., 1914.

АРАЗИ

АРАЗИ (1878-) - псевдоним современного армянского писателя Мосеса Арутюняна. Первоначальное образование А. получил в родной деревне Шулавер, затем перешел в Тифлисское реальное училище, по окончании к-рого в 1898 поступил в Петербургский технологический институт. В 1901 и 1905 А. был арестован за участие в революционном движении. Пишет с 1906. Особенно сильно начало развиваться творчество А. после советизации Закавказья. В своих рассказах он удачно изображает столкновение классовых интересов в городе и деревне.

АРАИС-БЕРЦЕ

АРАИС-БЕРЦЕ (Arajs-Berze, 1890-1921) - видный латышский пролетарский писатель. Сын батрака, А. уже в ранние детские годы проходит суровую школу эксплоатации. С 15 лет работает на фабрике, здесь же он вступает в партию. В дальнейшем - обычный путь революционера-подпольщика: тюрьма, эмиграция, снова тюрьма, ссылка. В 1919, во время советской власти в Латвии, А. - сначала наркомсобес, потом секретарь Совнаркома. После падения Советской Латвии отправляется на подпольную работу и, арестованный вместе с другими товарищами, расстреливается палачами белолатвийской буржуазии. Литературное наследство А. невелико: ряд небольших рассказов и сборник стихотворений «Красный путь». В лучших своих рассказах («Смерть Менуса», «Мать», «Тайная типография», «Друзья запрещенного человека») А. сдержанными штрихами, без лишней расплывчатости, но ярко и волнующе рисует хорошо знакомую ему жизнь революционера-подпольщика. В этих рассказах-эскизах, а также в натуралистическом наброске «Кусок хлеба» чувствуется свежее реалистическое дарование. Его стихотворения несравненно слабее. Рассказы А. переведены на русский яз. под общим заголовком «Смерть Менуса» (М., 1925).

Библиография:

Кнорин, Латышская литература в Советском Союзе, Альманах «Молодая латышская литература», 1926.

АРАКЕЛ БАГЕШСКИЙ

АРАКЕЛ БАГЕШСКИЙ (XIV-XV в.) - армянский средневековый поэт, ученик Григория Тзеренца (см.). Его перу принадлежит ряд поэм на грабаре (древнеармянском литературном яз.) и на современном ему народном яз., в частности «Песня о розе и соловье» (перев. на русский язык Валерием Брюсовым) и стихотворные переложения армянских версий «Истории Иоасафа» и «Истории семи мудрецов».

АРАКИРА МОРИТАКЭ

АРАКИРА МОРИТАКЭ (1473-1549) - японский поэт эпохи распада раннего феодализма (1467-1600), писавший в жанре «рэнга»; вместе с Ямадза-ки-Сокан положил начало шуточному, юмористическому направлению в этой области. Сборник стихотворений А. - «Тоби-умэ-Мэнку» (см. Рэнга, Японская литература).

АРАМЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

АРАМЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА. Среди ряда древних семитических культур арамейская культура по времени своего развития занимает срединное положение. Выйдя в середине XIV в. до христианской эры из равнин Аравии, арамейские кочевники широкой волной затопили области средней и северной Месопотамии и Сирии, но, встретив здесь организованный и мощный отпор древних культурных насельников этих стран, принуждены были занять области, лежащие между Сирией и Месопотамией на скрещении торговых путей из Малой Азии к Персидскому заливу и из Месопотамии в Сирию. Арамейцы не смогли образовать единого, сильного и централизованного государства, но в то же время захватили в свои руки большую часть переднеазиатской торговли, навязав почти всей Передней Азии свой язык.

Древнейшие памятники арамейской письменности - надписи, найденные в районе Алеппо и в Зенджирли и принадлежащие арамейским царькам. Одна из этих надписей говорит о победе Закара, царя Хамата и Лагиша, над Бар-Хададом, царем Дамаска, к-рый со многими союзниками осадил Хадрак. «Они возвели стену, более высокую, чем стена Хадрака, и вырыли ров, более глубокий, чем его ров. Я воздел мои руки к Ваалу небесному и он меня услышал...» - говорит Закар в этой надписи, начертанной им в честь своего бога «Небесного Ваала Алура» (в IX в. до христ. эры). Другая надпись начертана на громадной статуе бога Хадада (VIII в. до христ. эры). В ней Панамму, царь страны Иауди, благодарит бога Хадада за исполнение молитв, за урожаи и за охрану царского дома «от меча и злого языка». Третья надпись на статуе Панамму, царя Сам’аля, начертана сыном Панамму Бар-Рекубом в честь своего отца. Она повествует об истории жизни и царствования Панамму и говорит о помощи, которую оказывал арамейскому царьку великий ассирийский царь Тиглат-Палассар III. Большой интерес представляют две надгробные плиты из Нираба (близ Алеппо), содержащие заклинания против тех, кто потревожит эти гробницы. В одной из этих древних надписей жрец Агбор говорит: «За мою праведную жизнь бог дал мне хорошее имя и продлил мне мою жизнь. В мой смертный день мои уста не были замкнуты и безмолвны и я своими глазами видел своих потомков вплоть до четвертого поколения, оплакивавших меня. Число их достигало сотни. Со мной не похоронили ни серебряных, ни медных сосудов. Лишь в одежде моей похоронили меня, дабы ты впоследствии не разграбил моей гробницы. Кто бы ни был ты, нарушивший мой покой, Шар, Никкал и Нуску принесут тебе тяжелую смерть, и твои потомки погибнут».

К этому же времени, когда арамейский яз. еще не успел распасться на резко обособленные наречия, относятся мелкие надписи на геммах, печатях и разновесках, найденные в восточной половине области распространения арамейского яз. Все эти надписи начертаны еще старым семитическим алфавитом и обнаруживают сильное ханаанское и вавилонское влияние.

Начиная с VIII в. до христ. эры арамейский яз., благодаря торговле, широко распространяется и становится международным языком почти всех племен Передней Азии. Гири, найденные в Калахе, уже носят на себе арамейские надписи. Арамейский яз. проникает в Ассирию и даже в Вавилонию. Под влиянием нового писчего материала, папируса, вырабатывается особый, арамейский, алфавит, ветвь древнего семитского алфавита. К этому времени относится разделение арамейского яз. на несколько отдельных наречий и среди них - западное и восточное.

Самым ранним памятником западного арамейского языка являются арамейские части Библии: части книги Эзры, содержащие указ царя Артаксеркса и рассказ о событиях в связи с постройкой второго храма в Иерусалиме (V-VI вв. до христ. эры). К этой же эпохе относятся найденные в Элефантине (верхний Египет) папирусы местной иудейской военной колонии. В этих папирусах были найдены интереснейшие отрывки повествовательной литературы (V в. до христ. эры). К более позднему времени принадлежат арамейские главы книги Даниила (II в. до христ. эры), представляющие собой отрывки легенд о царе Навуходоносоре, о разрушении Вавилона и о пророке Данииле. От последнего века до христ. эры и от первого века христ. эры сохранился ряд поговорок, пословиц и изречений в некоторых более древних частях «Мишны», а также арамейские части «Мегиллат Таанит» (свиток о постах), состоящие из кратких записей событий, послуживших поводом для установления разных памятных дней. К этому же периоду относятся многочисленные надписи Пальмиры (I-III вв. после христ. эры) и рассеянные по Хаурану, Синаю и Северному Хиджазу надписи увабатеев, говоривших по-арабски, но писавших на арамейском яз.

В течение первых веков христ. эры евреи восприняли арамейский яз., и появилась потребность в переводе на этот язык Библии. Эти переводы обычно называются «таргумы». Для Пятикнижия существует «Таргум Онкелос», являющийся почти буквальным переводом текста, для книг Пророков - «Таргум Ионатан», представляющий более свободный перевод текста. В «Иерусалимских» таргумах Пятикнижия постепенно все усиливается элемент толкования текста, который в «Мидрашах» (свободное изложение поучений и легенд) и в Иерусалимском Талмуде, вернее в их арамейских частях, переходит в вольный рассказ. В VI-VII вв., под византийским гнетом, в Палестине замирает культурная жизнь и продолжает развиваться лишь народная литература в виде легенд, сказок и рассказов. К этому времени относятся «2-й Таргум» к книге Эсфири с легендами о царе Соломоне и царице Савской и апокрифическими добавлениями к книге Даниила («Рассказ о Беле, идоле халдеев», «Рассказ о крокодиле» и др.), к книге Эсфири («Сновидения Мордохая», «Молитва Мордохая и Эсфири» и др.). Христианская литература на западном арамейском наречии чрезвычайно скудна. Сохранился лишь перевод Евангелия, отрывки из Ветхого завета, переводы греческих гимнов, легенд и церковных книг. На восточном арамейском наречии литературное развитие началось немного позднее, чем на западном, т. к. в Месопотамии продолжал употребляться в литературной речи вавилоно-ассирийский яз. долго после того, как он в разговорной речи умер. И лишь вавилонские евреи начали писать на своем разговорном арамейском яз. Вначале их литературная деятельность сводилась к обработке произведений палестинских: здесь получил окончательную редакцию «Таргум Онкелос», «Таргум Ионатан», «Иерусалимские Таргумы» и ряд апокрифов. Но наиболее крупным иудаистическим произведением на восточном арамейском наречии являются арамейские части «Вавилонского Талмуда», легенды, поверия, пословицы и поговорки, к-рые дают богатый литературный и фольклорный материал. Начиная с VII в. А. Л. ослабевает, а в IX в. вытесняется арабской. Писавший в X в. Саадия-Гаон называет арамейский яз. «язык наших предков». Но и на мертвом арамейском языке евреи продолжают писать. В средние века на арамейском яз. был написан проникнутый пантеистическим и мистическим духом трактат «Зогар». На восточном арамейском наречии написаны также и священные книги христианско-языческой секты «мандеев» или «насурайев». Содержание этих книг - пестрая смесь древневавилонских, христианских и парсских религиозных элементов, сильно проникнутых пантеизмом и гностицизмом. Основное ядро мандейских книг восходит к первым векам христ. эры, окончательная же редакция относится к VIII-IX вв.

Особое место занимает обширная литература на эдесском наречии арамейского яз., к-рое сделалось литературным яз. всех арамейских христиан и более известно под названием «сирийского яз.» (см. Сирийская литература).

Библиография:

Коковцев П. К., Древнеарамейские надписи из Нираба (З. В. О. И. Р. А. О., СПБ., 1899, т. XII, вып. II и III); Нельдеке Теодор, Семитские яз. и народы, в обр. А. Крымского, М., 1903; Sanda, Die Arameer, Lpz., 1908; Schiffer, Die Arameer, Lpz., 1911.

АРАМЕЙСКИЙ ЯЗЫК

АРАМЕЙСКИЙ ЯЗЫК - или вернее А. языки - та ветвь семитской группы яз., на к-рой говорили в стране «Арам», т. е. в Сирии, Месопотамии и в ближайших районах. Первые упоминания об арамейцах мы встречаем в клинописных памятниках XIV в. до христ. эры, как о группе племен «Арими» и «Ахламэ», к-рые кочевали в районе к западу от р. Ефрата и появлялись по временам в разных пунктах Междуречья, где пытались осесть и подчинить себе местное население. Основные же волны арамейцев направились на северо-запад, параллельно берегу Ефрата, в Сирию, где ими в X в. до христ. эры был основан ряд самостоятельных княжеств. Здесь арамейцы перешли к земледелию, покорив местное население и ассимилировав его в языковом отношении. Параллельно с этим идет постепенное проникновение А. яз. в Месопотамию, население к-рой в IX-VIII в. до христ. эры (т. е. в эпоху ассирийских завоеваний) говорит уже в значительной степени на А. яз. Основание Ново-вавилонского государства (Халдейского), объединившего значительную часть Передней Азии, способствовало еще большему распространению А. яз., к-рый становится яз. торговых сношений и господствует на крупных торговых путях из Месопотамии в Египет и в южную Аравию. В персидскую эпоху А. яз. является официальным яз. для западной половины государства. На нем говорило на западе население Сирии, за исключением финикийского побережья и части Палестины, на востоке - Месопотамия, область Тигра до гор Курдистана и Армении и Суристан. По торговым путям А. яз. проникает в глубь Аравии, а вместе с военными колониями доходит до Ассуана в верхнем Египте.

В древнейшую эпоху, пока на А. яз. еще говорили одни кочевники, в нем не замечается распадения на наречия. Когда же А. яз. стал яз. земледельческого населения, ведущего замкнутое хозяйство, он распался на две группы наречий:

1) западную группу - в Палестине и Сирии и

2) восточную - в Месопотамии и в прилегающих горах до Армении на севере и до Персидского залива на юге. Из последней группы наибольшее значение получило наречие северной Месопотамии, известное под названием - сирийский яз. (см.).

Начиная с VII в., т. е. со времени завоевания Ближнего Востока арабами, А. яз. быстро вытесняется арабским. В настоящее время сохранились лишь остатки А. языка на западе в некоторых пунктах Антиливана и на востоке в виде новосирийского или «айсорского» языков.

Графика А. яз. обозначает лишь одни согласные; гласные же обозначаются весьма скудно. В позднейшее время для обозначения гласных развилась система над- и подстрочных значков, так наз. пунктуация.

Старейшие арамейские надписи написаны старофиникийским алфавитом. Пальмирские и набатийские надписи начертаны своеобразным алфавитом, развившимся из финикийского. Параллельно с этим при писании на папирусах развивается более курсивный «древнеарамейский» алфавит, давший начало, с одной стороны, еврейскому «квадратному» шрифту, с другой стороны, сирийскому «эстрангело», к-рым написаны древнейшие сирийские рукописи.

АРАМЕЙСКОЕ ПИСЬМО

Арамейский

Библиография:

Renan E., Histoire générale et système comparé des langues sémitiques, изд. 3-е, P., 1863; Nöldecke Th., Mandäische Grammatik, Halle, 1875; Lidzbarsky М., Handbuch der Nord-Semit. Epigraphik, Weimar, 1898; Nöldecke Th., Die semitischen Sprachen, Lpz., 1819; Cooke G., Text-book of North-semitic Inscriptions, Oxf., 1903; Dalman G., Grammatik des jüdiseh-palästin. Aramäisch. (Palästin. Talmud, Onkelos, Pseudo-Jonatan, Jerusalem. Talmud), Lpz., 1905; Margolis M., Lehrbuch d. aram. Sprache d. babylonischen Talmud, München, 1910; Marti K., Kurzgefasste Grammatik der biblisch-aramäischen Sprache, Berlin, 1911; Strack H. L., Grammatik des Biblisch-Aramäisch, München, 1921.

АРАНИ

АРАНИ - см. Арань.

АРАНЬ

АРАНЬ Янош (правильнее Оронь) (Arany Jànos, 1817-1882) - один из крупнейших венгерских поэтов. Р. в Нагь-Салонта в семье бедного крестьянина, умер в Будапеште. В 15 лет был уже деревенским учителем, затем стал кочующим актером. Впоследствии он был нотариусом в своем родном городке и усердно пополнял свое образование, особенно в области иностранных яз. и литератур.

Первое литературное выступление его относится к 1845, когда он успешно участвовал на литературном конкурсе сатирическою поэмою. Вскоре после этого он выпустил в свет героическую поэму «Тольди», описывающую подвиги одного из народных героев рыцарского времени. Уже в этом произведении А. показал зрелое формальное мастерство и глубокое понимание венгерской народной поэзии. В то время известный и популярный поэт Петёфи (см.) признал в нем равного себе товарища. Несмотря на разницу в их мировоззрении - Петёфи был более радикальным - они остались до конца жизни Петёфи друзьями. Революционное правительство в 1848 поручило А. редактирование одной из правительственных газет, к-рая в противовес резко радикальной программе крестьянства пропагандировала более умеренную правительственную политику. Впоследствии А. предполагал издавать более левый журнал («Свобода народа»), но крушение революции этому помешало. После подавления революции А. принужден был некоторое время скрываться. К этому времени относится поэма «Цыгане из Надьида», в к-рой отзвуки отшумевшей революции переплетаются с субъективными нотами пессимизма. В 1860, когда реакция ослабела, А. вернулся в Будапешт, где был избран пожизненным секретарем Академии наук. Большая часть поэтических работ А. относится к эпическому жанру. Самым крупным произведением его является трилогия «Тольди» (вторую часть ее - «Вечер Тольди» он написал еще в 1848, а последнюю, наиболее романтически окрашенную часть «Любовь Тольди» - закончил только в последние годы жизни). В поэме «Смерть Буда», тема к-рой заимствована из сказаний о гуннах - он дал совершенный образец так наз. «венгерского александрийского стиха». К романтическим поэмам относится также «Штурм крепости Мурань». Баллады А. своим мрачным драматизмом напоминают шотландские баллады.

Приняв во время революции и борьбы за независимость активное участие в политических событиях, А. после подавления революционного движения отошел от политики. В аллегорических одах он дал выход своим националистическим тенденциям; в грустных элегиях оплакивал жертвы революции, в острых сатирических поэмах бичевал угнетателей и тех, кто примирился с реакцией. Мировоззрение А. в основе типично мелкобуржуазное. Его идеалом было - выбраться из крестьянской темноты, создать возможности культурной жизни для «венгерской нации», побудить к этому народные силы. Но с нарастанием капиталистических отношений, особенно в Будапеште, где жил, он уже не мог примириться. Отсюда его романтизм, его пассивность, а к концу жизни его беспочвенность и тоска по оставленной им навсегда провинции с ее «простонародными формами» жизни. Эти последние мотивы особенно ярко выражены в последнем сборнике его стихов «Осенние песенки». Собрание сочинений А. появилось после его смерти в 12 тт. А. много также работал как художественный критик, переводчик и историк литературы (переводы Шекспира, Аристофана, работа о происхождении венгерской поэзии и др.).

Библиография:

I. Переводы: A. I., Toldi, übers. v. Kertveny, Lpz., 1851; Toldis Abend, übers. v. Kolbenheyer, Pest, 1857; König Buda’s Tod Sturm, Lpz., 1879; Toldis Liebe, Pest, 1884; Ausgewahlte Gedichte, Dux, Pest, 1861, Lpz., 1880, Wien, 1886; The Legend of the Woudrous Hunt (canto of Buda’s Death), by Butler D., L., 1881; Toldi, Poème en 12 chants, P., 1895.

II. Riedl F., A., B-pest, 1887, изд. 4-е - ?; Hemrech Gustav, I. A., Dichtungen in deutscher Sprache, Ungarische Rundschau, 1914.

АРАТ

АРАТ (III в. до христ. эры) - греческий поэт, один из самых выдающихся представителей античной дидактической (см.) поэзии. Его главное произведение - поэма «Феномены» - перелагает в стихи сочинения астронома Эвдокса. «Феномены» сыграли в древности и средние века большую роль в деле популяризации астрономических знаний.

АРБЕС

АРБЕС Яков (Arbes, 1840-) - чешский беллетрист, зачинатель реалистического романа в Чехии.

Библиография:

Наиболее значительные произведения: Komanetta, 1878-1884; Mracovarne Komanky, 1880; Moderni upirir, 1892; Predmetske arabesky, 1883; Сesky Paganinie 1894; Povidky o Kresby, 1884; Jdylly utrenio bidy, 1885; Dva baricadnici, 1885; Miniatury, 1886; Okoli Prahu, 1887; Zezakulisi, 1888.

АРБЕСНОТ

АРБЕСНОТ (John Arbuthnot, 1675-1735) - английский романист-сатирик; друг Свифта (см.) и Попа (см.). Его сочинения ранее приписывались этим двум писателям, и лишь критика XIX века воздала должное таланту А. Его два лучших произведения - сатирические романы: «Memoirs of Extraordinary Life, Works and Discoveries of Martinus Scriblerius» и «The History of John Bull». От этого романа пошло столь распространенное впоследствии насмешливое прозвище англичан (буквально «Bull» значит «бык»). Романы А. написаны под влиянием Сервантеса (см.), а отчасти и Рабле (см.); наряду со Свифтом А. оказал большое воздействие на Л. Стерна (см.), особенно на его «Tristram Shandy».

АРВАТОВ

АРВАТОВ Борис Игнатьевич (1896-) - искусствовед и литературовед, деятель Пролеткульта, один из теоретиков Лефа (см.), автор ряда работ (гл. обр. статей) по вопросам ИЗО и поэзии, наиболее выдающийся представитель «формально-социологического» метода (см. Методы литературоведения), основы к-рого им изложены в статье «О формально-социологическом методе» («Печать и революция», № 3, 1927). Отвергая «имманентную» точку зрения чистых формалистов, лишавшую их возможности «дать помимо хронологической и структурной морфологии более глубокое, исчерпывающее объяснение закономерностям, наблюдаемым в истории литературы», равно как и точку зрения ортодоксального марксизма об общественной (классовой) психоидеологии или идеопсихологии как субстрате («содержании») поэтических произведений, А. рассматривает литературу как «профессиональную практическую общественную систему литературного труда, обладающую своей техникой, экономикой и своими надстройками». Хотя литература как профессиональная система литературного труда и «функционирует как часть всей общественной системы в целом» и хотя «механизм переработки материала (т. е. жизни) в литературную форму» надлежит изучать как механизм «социальный и профессиональный, детерминированный общими законами исторического развития», однако профессиональный момент главенствует и даже действует исключительно, ибо «материал и структура литературного произведения определяются общественным способом его производства и общественным способом его потребления». «Исходными пунктами» формально-социологического метода исследования литературных произведений являются поэтому «типы литературного сотрудничества и присвоения, техника обработки материала, работа на потребителя, по заданию, по свободному соглашению, на заказ, на вольный рынок, в виде журнала, газеты, альманаха, индивидуальной книги, устного или письменного изложения и т. д.». Так смена индивидуалистической и не «тенденциозной» дооктябрьской литературы литературой общественной и «тенденциозной» объясняется формально-социологическим методом тем, что до Октября «писатель представлял собой одиночку-товаропроизводителя, обособленного ремесленника, производившего на безличный рынок, к-рый состоял из индивидуальных покупателей», а после Октября профессиональное положение писателя изменилось, ибо «Октябрьская революция, национализировавшая промышленность, во многом национализировала, частично коллективизировала и литературное хозяйство», произошло «огосударствление писателей», а с другой стороны «конкретный потребитель был соединен в заводские, профессиональные и прочие коллективы». В итоге - «производство на общественного потребителя, потребность в политической отчетливости заставили художников перейти к тенденциозным сюжетам». Отвергая принципиально общественную (классовую) психологию и идеологию как определяющее литературные формации и литературную эволюцию начало, формально-социологический метод на практике часто именно ими объясняет литературные явления. Так для объяснения упадка «большой поэтической формы, последним реализатором к-рой был Пушкин», решительно отметается «смена общественных идей» и «смена общественной психологии», а приводятся факторы именно этого порядка, - на фоне «развития промышленно-товарного хозяйства», «первое появление разночинцев-интеллигентов, рост городов, укрепление буржуазии с ее индивидуальным бытовым укладом, семейственностью, комнатно-квартирным уютом, расширение просветительски-конкретных нужд общества, требовавшее грандиозных по размеру сюжетных планов» и т. д.; в силу этих условий «большая поэтическая форма» оказалась неподходящей для развертывания сюжета, и Пушкин (см.), Лермонтов (см.), Гоголь (см.) переходят к повести, к роману, - к прозе. Если в данном примере профессиональный момент исчез из объяснения данного литературного явления, то он появляется при объяснении смены большой поэтической формы (Пушкин) - малой (Тютчев (см.)), смены, вызванной появлением (на фоне роста буржуазии) «кадра индивидуальных и обособленных художников-товаропроизводителей». Т. к. в 60-х гг. профессиональное положение писателя в этом смысле не изменилось, то следовало бы заключить, что «большая поэтическая форма» не стала в эту эпоху возможностью, однако, как известно, она снова появляется у Некрасова (см.) и появляется не в силу профессионального момента, а «ввиду огромного общественно-политического движения, положившего начало народничеству». Так формально-социологический метод, благодаря неправильности исходной точки зрения, вынужден давать литературным явлениям или неубедительное истолкование, или же сходить с своей собственной позиции, или же наконец объяснять те или иные литературные явления одного порядка то профессиональным моментом, то напротив «общественно-политическими движениями».

Библиография:

Главнейшие работы А.: Искусство и классы М., 1923; Контрреволюция формы, «Леф», № 1, 1923; Синтаксис Маяковского, «Печать и революция», кн. 1, 1923; К марксистской поэтике, сб. «На путях к искусству», М., 1926; Современный художественный рынок и станковая картина, «Новый Леф», № 2, 1928. Статьи А. собраны в сборнике «Социологическая поэтика», М., 1928.

АРГО

АРГО (1897-) (псевдоним Адр. Марк. Гольденберга) - поэт-драматург. Р. в семье инженера. Автор ряда мелких пьес и инсценировок для театра сатиры, миниатюр или мюзик-холл, сотрудник журналов «Молодая гвардия», «На литературном посту» и др. Совместно с Н. Адуевым перевел для Камерного театра комическую оперу «Жирофле-Жирофля» и «Прекрасную Елену» - для Гос. экспер. театра в Москве.

Библиография:

«Старая Англия», стихи, изд. «Litera». Харьков, 1919.

«АРГОНАВТЫ»

«АРГОНАВТЫ» - кружок московских символистов, существовавший в 1903-1910. Во главе «А.» стояли Андрей Белый и Эллис. В кружке разрабатывалась не только поэтика, но и религиозно-философская и общественная идеология символизма. «А.» считали себя «единственными московскими символистами среди декадентов», «символистами par excellence» (А. Белый). В кружке принимали участие не только многие поэты-символисты, но и тяготевшие к символизму живописцы, музыканты, философы, ученые, общественные деятели. «А.» находились в тесной связи с издательствами «Скорпион», «Гриф», впоследствии «Мусагет». «А.» навеяно название журнала петербургских символистов «Золотое руно» (см.). Символика «аргонавтики» нашла отражение в стихотворениях «Аргонавты», «Золотое руно» А. Белого, «Сторожим у входа в терем» А. Блока, «Арго», Эллиса и др.

АРГОНАВТЫ

АРГОНАВТЫ (в переводе с греческого - «плаватели на Арго») - древние греческие мифологические путешественники, добывшие «золотое руно». Греческий герой Язон, по приказу своего дяди, фессалийского царя Пелия, должен был привезти от колхидского царя Ээта золотую шкуру барана - «золотое руно», приносящее счастье. Со своими товарищами (певцом Орфеем, Кастором, Поллуксом и др.) Язон на чудесном корабле Арго приплывает в Колхиду (Закавказье). Но царь Ээт соглашается выдать «золотое руно» лишь после исполнения Язоном трех задач: он должен запрячь огнедышащих медноногих быков, посеять зубы дракона и укротить дракона, сторожившего руно. Язон исполняет эти задачи с помощью дочери Ээта, волшебницы Медеи (см.), завладевает руном и вместе с Медеей и товарищами, после ряда приключений, возвращается в Грецию. Вполне возможно, что возникновение этого мифа объясняется попытками греческих колонистов проникнуть на Кавказ за добычей золота. В IV в. до христ. эры, с развитием капитализма, в кругах философствующей интеллигенции (особенно у стоиков), в связи с ее протестом против роскоши и корыстолюбия, толкавшего в опасные морские путешествия, стало общим местом признавать виновниками этих зол А.: они считались первыми, открывшими путь по грозной морской стихии. Начиная с Одиссеи, сказания об А. занимают многих античных поэтов. Софокл обработал этот миф в целую драму (до нас недошедшую). В александрийское время, в связи с возвращением к старинным героическим сюжетам, Аполлоний Родосский (III в. до христ. эры) написал сохранившуюся поэму «Аргонавтика»; в Риме ему подражал, в I в. до христ. эры, Валерий Флакк (сохранилась его поэма «Argonautica»). И новые поэты не забывали А., напр. Гёте («Фауст», «Вальпургиева ночь»); Байрон вспоминает «беды Арго» («Дон-Жуан»); Вал. Брюсов в 1905 сравнивал А. с революционными борцами, а себя с сопутствующим певцом Орфеем («Орфей и А.»).

АРГУС

АРГУС - в греческой мифологии - первоначально означал звездное небо, впоследствии А. - многоглазый, всевидящий великан, сын Агенора или Иноха. Он поборол чудовищного быка, опустошавшего Аркадию, и убил змею Эхидну. Гера поставила его стражем Ио (см.), превращенной в корову, но Гермес усыпил его игрой на флейте и отрубил ему голову. Тогда Гера - по одной версии - разукрасила его глазами павлиний хвост, а по другой - превратила в павлина.

АРДАЗИАНИ

АРДАЗИАНИ Лаврентий (1818-1870) - один из основоположников реалистического направления в грузинской литературе. А. воспитывался в эпоху упадка феодального строя и быстрого роста торгового капитализма. В повести А. «Соломон Меджгануашвили» (переизд. Тифлис, 1927) четко отражены рост торгового капитала и процесс расслоения крестьянства Грузии. А. впервые в грузинской новой литературе выразил мировоззрение нарождающейся буржуазии. В своих произведениях он ставит проблемы эмансипации женщины, семьи и брака и с сарказмом говорит о представителях царской административной власти и духовенства. А. - писатель переходной эпохи и до известной степени еще находится под влиянием старых, отживающих идей. Если он и разрешает борьбу между «старым» и «новым» полной победой «нового», то победа сопровождается глубокими потрясениями и скорбными думами о невозвратимой старине.

Библиография:

Соломон Меджгануашвили, повесть с предисл. В. Хуродзе, переизд. Тифлис, 1927, на груз. яз.

II. Хаханов Л., Очерки по истории груз. словесн., вып. IV, М., 1907; на русск. яз.: Котетишвили В., История груз. литературы, ч. 2, Кутаис, 1925, на груз. яз.

АРДИ

АРДИ (Alexandre Hardy, около 1570-1633) - французский драматург, сыгравший значительную роль в развитии и эволюции французского театра по пути от Возрождения к классицизму. А. впервые популяризовал принцип классической драмы перед широкой народной аудиторией. Его пьесы: «Didone» (1603); «Ariadne» (1606); «Le Ravissement de Proserpine» (1611); «Fredegonde» 1621; «L’amour victorieux et triomphant» (1623) и др. В них сказываются характерные для новой драматургии тенденции, нашедшие свое завершение в творчестве Корнеля (см.) - устранение хора и др. книжных моментов из драмы, приспособление последней к потребностям городской публики (центр пьесы - в интриге). Жанры А. - сначала трагедия, затем пастораль и трагикомедия.

Библиография:

Harrington-Lancaster. The French Tragicomedy, 1907; Rigal E., H. et le Theatre franсais, P., 1889; Кржевский Б. А., проф., ст. в «Очерках по истории зап.-европейского театра и драмы», «Academia», Л., 1923.

АРЕНБЕРГ

АРЕНБЕРГ Иоганн-Якоб (Johann-Jacob Ahrenberg, 1847-) - финно-шведский писатель. Автор романов: «Med styrkans rott» (1899); «Stockjunkarn» (1892); «Familien pa Haapakoski» (1893); «Var Landsmann» (1897), переведенных на русский, немецкий, французский и английский яз.

АРЕС

АРЕС (АРЕЙ) - см. Марс.

АРЕТИНО

АРЕТИНО Пьетро (Pietro Aretino, 1492-1556) - итальянский писатель. Р. в тосканском городке Ареццо, сын бедного сапожника, юные годы провел в Перуджии, где пробовал учиться живописи, потом попал в Рим. Здесь началась его бурная карьера в доме самого богатого из римских банкиров, Агостино Киджи. Незадолго до смерти Льва X А. проник в Ватикан и обратил на себя внимание папы. К этому времени он успел уже прославиться как автор целого ряда остроумных и злых пасквинат, высмеивавших то одного, то другого из папских придворных. После смерти Киджи и Льва X А. должен был бежать из Рима, потому что новый папа Адриан VI, больно задетый его стишками в дни конклава, хотел расправиться с ним по-серьезному. Год спустя, когда Адриана VI сменил Климент VII (1523), А. вернулся в Рим, надеясь на покровительство нового папы. Но он ошибся. Впутавшись неосторожно в придворные интриги, он получил несколько ударов кинжалом и, не встретив со стороны папы готовности вступиться за него, снова покинул Рим. Через некоторое время, в 1527, он поселился в Венеции. Здесь началась жизнь, не похожая на ту, к-рую вел А. до сих пор. Слава его росла, со славою пришло богатство, и до конца своей жизни А. жил в кругу друзей (Тициан, Якопо Сансовино), окруженный учениками, почитателями, прихлебателями, любовницами, - как настоящий вельможа. В Венеции А. и умер.

А. был первым из крупных европейских писателей, к-рый создал себе положение исключительно благодаря литературному таланту и литературной ловкости. Его богатство создалось из его литературных гонораров, хотя эти гонорары иногда были несколько особенного свойства. До А. писатель мог существовать только при дворе какого-нибудь мелкого государя или вельможи. Его литературная деятельность должна была быть прославлением его покровителя. А. отверг покровителей, ушел от дворов, презрел меценатов, стал свободным публицистом. Именно в публицистике А. - его главное литературное значение. А. был очень плодовитым писателем. Он писал в стихах и прозе: героические поэмы, комедии, одну трагедию, лирические стихотворения всех видов, жития святых, диалоги всех видов, в том числе откровенно порнографические, giudizii, или сатирические предсказания и особенно письма. То и другое - сгусток блестящих памфлетов, коротеньких, но сильных, т. е. настоящая публицистика. По силе влияния на общество, по общественному значению письма и giudizii А. уже являются крупным общественным фактором не только итальянской, но и европейской жизни. Они знаменуют определенный этап в эволюции социальных отношений. Венецианский период в жизни А. - время католической и феодальной реакции в Италии. Свободная мысль была раздавлена. Торговля и промышленность пришли в упадок, буржуазия постепенно стала терять свое значение. Венеция была одиноким островом, где сосредоточилось все, что осталось от недавнего подъема в области науки, литературы, искусства. Только из Венеции итальянская буржуазия могла отстаивать свои позиции и пытаться завоевывать новые. А. был самым настоящим лидером итальянской буржуазной интеллигенции. Он вел борьбу во имя свободы мысли и человеческого достоинства. Он не боялся выступать против монархов крупных и мелких, обрушивался злыми сатирами и на Франциска I французского, и на имп. Карла V, и на оставшихся еще неистребленными итальянских тиранов. Правда, ближайшая его цель была элементарно корыстная. В этом отношении он был лишен каких бы то ни было принципов. Но вымогая и шантажируя, он утверждал значение публицистики такими средствами, какие его эпоха не считала недозволенными.

Из других произведений А. его трагедия «Orazia» и пять его комедий - «Marescalco», «Cortigiana», «Ipocrito», «Filosofo», «Talanta» - пользовались при его жизни наибольшей популярностью, особенно комедии. В них, так же как и в знаменитых по своей непристойности диалогах «Raggionamenti», А. обнаруживает сочный пластический талант, умение лепить фигуры, давать яркие картинки быта, рисовать жанровые сцены. Другая особенность его таланта, менее видная современникам, чем потомству, - это способность ценить произведения искусства, с одной стороны, а с другой - умение передавать словами язык линий, красок, светотеней. У А. был глаз художника и настоящий дар критика искусства. Ни того, ни другого он не культивировал. Поэтому в его писаниях имеются лишь случайные, хотя и необыкновенно яркие следы этих черт его таланта.

Библиография:

По-русски этюд Дживелегова А. К. в «Голосе минувшего», кн. 1, 1913. Его же, «Всемирные сатирики и юмористы», «Вестн. ин. лит.», № 5, 1900. Более новые работы об А., свободные от прежних, почти суеверных ужасов пред его фигурою, принадлежат: Sinigaglia, Saggio di uno studio su P. A., Roma, 1882; Rossi V., Le pasquinate di P. A. ed anonime etc., Palermo, 1891; Luzio A., P. A. nei primi suoi anni a Venezia, Torino, 1888; Bertoni P., A. e le sue opere secondo nuove indagini, 1891; Gautier P., L’Aretino, 1895; Bertoni P., Un pronostico satirico di P. A., 1904.

АРЗАМАС

«АРЗАМАС» (1815-1818) - название литературного кружка, объединявшего сторонников нового «карамзинского» направления в литературе. «А.» поставил себе задачей борьбу с устарелыми литературными вкусами и традициями, защитники которых объединялись «Беседой любителей русского слова» (см. Беседа). Членами «А.» были как писатели (Жуковский, Батюшков, В. Л. Пушкин, Вяземский, А. С. Пушкин и др.), так и лица, известные более по своей общественной деятельности (братья Тургеневы, гр. Уваров, Блудов и другие). Большинство членов «А.» еще до его основания были тесно связаны между собой давними дружескими связями и принадлежали к одному поколению столичного дворянства, европейски образованного и в массе либерально настроенного после войны 1812. Их враги - члены «Беседы» - были реакционерами и консерваторами в области политики и литературы. В противовес бюрократической торжественности заседаний «Беседы» заседания «А.» имели характер веселых дружеских сборищ. Название «А.» было взято из пародии Батюшкова; все члены «А.» наделялись шутливыми прозвищами, заимствованными из баллад Жуковского (Жуковский - Светлана, Вяземский - Асмодей, Пушкин - Сверчок и т. д.).

На заседаниях «А.» читались шутливые протоколы, эпиграммы и пародии, высмеивающие членов «Беседы». С закрытием «Беседы» в 1816 полемический характер деятельности «А.» потерял смысл. Арзамасцы попытались сделать работу кружка более серьезной и задумали издание журнала, к-рый должен был теснее сблизить членов кружка. Однако далее составления плана журнала дело не пошло. В 1818 «А.» распался. Внешней причиной был разъезд многих его членов из Петербурга. Более глубокая причина, однако, заключалась не в этом. Издание журнала требовало большого труда; к нему члены «А.», в силу их дворянского происхождения, не были приспособлены; литературные собрания были для них забавой, а не нужным делом. Кроме того они по многим общественным вопросам оказались в разных лагерях, единства взглядов среди них не было. Вяземский дает следующую ценную характеристику значения «А.»: «Это было новое скрепление литературных и дружеских связей, уже существовавших прежде между приятелями. Далее это была школа взаимного литературного обучения, литературного товарищества. А главное, заседания «А.» были сборным местом, куда люди разных возрастов, иногда даже и разных воззрений и мнений по другим посторонним вопросам, сходились потолковать о литературе, сообщить друг другу свои труды и опыты и остроумно повеселиться и подурачиться». Надо еще отметить, что «А.» культивировал в своих членах «литературный аристократизм», презрение к непонимающей «черни», т. е. широким кругам общества, и проповедывал искусство «для немногих», доверие к литературному вкусу «избранных». Эти тенденции «А.» сильно сказались в дальнейшей деятельности его членов: Пушкина, Вяземского и др.

Библиография:

Сидоров Е. А., Литературное общество «А.», журн. МНП, VI, VII, 1901, здесь также и библиография по «А.»

АРЗУ

АРЗУ - см. Хиндустанская литература.

АРИАДНА

АРИАДНА - по греческому мифу - дочь критского царя Миноса. При помощи клубка ниток («нить А.») она помогла греческому герою Тезею выйти из лабиринта (см. Тезей). Тезей, обещавший жениться на ней, на обратном пути с Крита покидает ее спящую на пустынном острове; там она становится женой бога Диониса (см.). «Покинутая Ариадна» - сюжет греческого искусства, александрийской и римской поэзии.

АРИВАРА НАРИХИРА

АРИВАРА НАРИХИРА - см. Иса-моногатари, Японская литература.

АРИЕЛЬ

АРИЕЛЬ - у пророка Исайи (29, 1, 2, 7) - поэтическое название древнего Иерусалима, отождествляемого с алтарем божьим. Позже А. - имя ангела. В еврейской, арабской и персидской демонологии А. - имя водяного или воздушного духа. Отсюда он проник в средневековую демонологию, из к-рой был заимствован Шекспиром для трагедии «Буря». В последней А. - дух радости, томившийся в неволе у ведьмы Сикоракс - матери Калибана. За ослушание А. защемлен ею в трещину ели. Через 12 лет он был освобожден чарами Просперо (см. Шекспир) и вернулся в свою светлую стихию. Как нежный, светлый дух А. изображен Гёте во II части «Фауста». У других поэтов А. - ангел, хранитель невинности.

АРИМАН

АРИМАН (дух бедствий) - бог зла в религии древнего Ирана, основанной Зороастром. А. - источник зла, несправедливости, всех вредных сил природы; во всякое доброе начинание он может заронить зерно зла. Ему подчинены все другие злые духи.

АРИОН

АРИОН (VII-VI в. до христ. эры) - греческий лирический поэт. С именем его связано введение в литературу дифирамба (см.); некоторые (не очень достоверные) источники приписывают ему выдающуюся роль в процессе создания трагедии. Стихи А. очень скоро были забыты, но уже в V в. существовала легенда о чудесном спасении А.: во время морского путешествия корабельщики хотели убить А., чтобы овладеть его богатствами; А. спел песню и в полном облачении кифареда бросился в воду; тогда к нему подплыл дельфин и вынес его на сушу (ср. стих. Пушкина «Арион»).

АРИОСТО

АРИОСТО Лодовико (Lodovico Ariosto, 1474-1533) - итальянский поэт. Жизнь его целиком связана с Феррарой. Отец предназначал ему карьеру правоведа, но юноша, отказавшись почерпнуть какое-либо вдохновение в Дигестах, погрузился в изучение классиков; он настолько усвоил формы и размеры римской поэтики, что без труда писал какие угодно латинские стихотворения. Больше всего он любил свои книги и те настроения, к-рые в книгах черпались. Невзгоды Италии оставляли его спокойным и не мешали его латинским версификаторским опытам. Единственной его заботой был заработок. Он служит у кардинала Ипполито д’Эсте, затем у феррарского герцога Альфонсо. А. должен был заботиться об организации всякого рода празднеств при его дворе. В 1522 А. стал губернатором Гарфаньяны. Вернувшись оттуда, он построил небольшой домик, окруженный садиком и огородом, где и жил до конца жизни со своей подругою флорентинкой Алессандрой Бенуччи; у нее он учился чистой тосканской речи (в яз. А. было немало эмилианских провинциализмов). Последние годы он делил время между своими овощами и поэмой «Неистовый Роланд» (Orlando furioso), которой он занимался 25 лет (1507-1532). Сюжет «Неистового Роланда» - сюжет каролингского эпоса, который в Италии уже давно стал обрабатываться в романтическом стиле поэм Круглого стола. В XII и XIII веках отдельные эпизоды этого цикла пелись сказителями северной Италии; в XIV в. они исполнялись жонглерами в тосканских городах; при Лоренцо Медичи Пульчи написал на этот сюжет своего «Морганте», а в 1486 Боярдо в Ферраре написал «Влюбленного Роланда». Поэма А. - вторая рыцарская поэма Феррары. Между ее окончательной редакцией и поэмой Боярдо прошло почти 50 лет. Еще через 50 лет Феррара получила свою третью рыцарскую поэму - «Освобожденный Иерусалим» (1581) Тассо (см.). И не случайно, что Феррара была родиною этих поэм, из которых две последние принадлежат к величайшим произведениям мировой литературы. Рыцарство, к-рое давно умерло за Альпами, о к-ром забыли во всех остальных государствах Италии, в Ферраре было живым бытом. Разумеется рыцарский быт Феррары XVI в. в очень многом отличался от рыцарского быта феодальной эпохи и чем дальше, тем больше пропитывался институтами и чертами торгово-капиталистической эпохи (казенные торговые монополии и пр.), но внешне держался очень стойко. Литература, стремившаяся удовлетворить вкусам наиболее влиятельной общественной группы, придворно-аристократической, естественно шла навстречу этим вкусам. Так делал Боярдо, так сделал А., к-рый продолжал поэму своего предшественника и перенес к себе его главных героев. В поэме нет ни одного внесенного самим Ариосто эпизода: все заимствовано в романтическом цикле, у классиков (Вергилий, Овидий), в новеллистике. Это конечно не значит, что «Неистовый Роланд» лишен оригинальности, наоборот в мировой поэзии мало столь своеобразных произведений. «Неистовый Роланд» содержит три больших эпизода: нашествие мавров на Францию, безумие Роланда и роман Руджиеро и Брадаманты с сопровождающим его прославлением дома д’Эсте. Несмотря на то, что три главные эпизода сопровождаются бесконечным количеством второстепенных, отдельные части поэмы, большие и малые, спаяны в единую картину, носящую яркую печать гения А. Для своего читателя, для феррарского аристократа, А. говорит о том, чем должен быть рыцарь, и вместе с тем создает поэму, полную всеми очарованиями большого искусства. Уже Пульчи и особенно Боярдо внесли в повествовательную канву средневековых эпопей разработанный тосканскими поэтами психологический элемент. А. развил его с величайшим мастерством, и напр. рассказ о безумии Роланда дает такую потрясающую картину, подобную которой трудно найти в мировом эпосе. На поэму наложила печать эпоха. Когда А. придавал окончательную отделку «Роланду», Италия переживала время феодальной и католической реакции, и это становится заметным тотчас же, как только мы начнем сравнивать поэму А. с «Влюбленным Роландом» и особенно с «Морганте». Пульчи, дитя буржуазной и демократической Флоренции, Боярдо, умерший до наступления реакции в Италии, обращались со своим материалом по-другому, чем А. У А. император Карл уже не комическая фигура, как у его предшественников. У А. между христианскими и сарацинскими рыцарями есть разница, которой не было во «Влюбленном Роланде»: сарацины у него не столь совершенные рыцари, как христиане. У А. была бы невозможна такая фигура, как созданный фантазией Пульчи чорт Остаротте, проповедующий свободную и терпимую философию религии. «Неистовый Роланд» не есть поэма феодальной и католической реакции в полном смысле этого слова, какою будет «Освобожденный Иерусалим»: у А. слишком много широты и иронии.

Из-за поэмы А. иногда склонны забывать о других его произведениях. А. написал, кроме небольшого количества лирических стихотворений, семь сатир, терцинами, в духе Горация, пять комедий в манере Плавта и Теренция, подчас с прямыми заимствованиями: «La Cassaria», «I Suppositi», «La Lena», «Negromante», «La Scolastica», из которых две первые первоначально были написаны прозой и лишь позднее переложены на стихи.

Библиография:

Bolza G., Manuale ariostesco, Venezia, 1866; Rajna Pio, Le fonti dell Orlando furioso, Firenze, 1876; Ferrazzi G., Bibliographia ariostesca, Bassano, 1881; Coppelli A., Lettere di L. A. (с большим введением), Milano, 1887; Campori G., Notizie per la vita di L. A., Firenze, 1896; Carducci G., L’Orlando furioso (Vita ital. nel Cinquecento, 1906); Azzolina L., Il mondo cavalleresco in Bojardo, A., Berni, Palermo, 1912.

АРИСИМА

АРИСИМА Такэро (1878-1923) - один из руководителей группы японских писателей, известной под названием «Белая береза» (Сиракаба), представлявшей гуманитарное направление. Роман А. «Иоко» переведен на все европейские яз. (по-русски выходит в Гизе) (см. Японская литература).

АРИСТАРХ

АРИСТАРХ из Самофракии (II в. до христ. эры) - александрийский грамматик, хранитель александрийской библиотеки и завершитель работ александрийской филологии, автор многочисленных комментариев к греческим писателям. Особенно известны работы А. по тексту Гомера. А. пользовался исключительным авторитетом: в древности имя его стало нарицательным для филолога, в новое время - для литературного критика.

АРИСТОТЕЛЬ

Статья большая, находится на отдельной странице.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV