Литературная энциклопедия (в 11 томах, 1929-1939)
Статьи на букву "М" (часть 15, "МОР"-"МУЛ")

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "М" (часть 15, "МОР"-"МУЛ")

МОРРИС

МОРРИС Вильям (William Morris, 1834-1896) - английский писатель. Р. в семье богатого буржуа, получил высшее образование в Марльборо и Оксфорде. Рано примкнул к группе «прерафаэлитов» (см.). Основал фабрику, изготовлявшую по рисункам выдающихся художников предметы домашней обстановки, и типографию, выпускавшую художественно оформленную книгу. В 80-х гг. Моррис занялся общественно-политической деятельностью.

В период господства буржуазии М. выступает характерным представителем мелкобуржуазного социализма; давая резкую и меткую критику капиталистического строя, социализм этот оказывался реакционным в своей положительной программе, призывая не вперед, а назад: к примитивным ремесленным формам труда и патриархальным отношениям («Коммунистический манифест»). Типичный идеолог мелкой буржуазии, ущемленной капитализмом, М. считал машину главной причиной всех зол капиталистического мира вообще и «штампованной пошлости» в искусстве в частности.

Утопия М. «Вести ниоткуда» рисует идеальное общество будущего, из к-рого изгнаны машины, где везде господствует ручной труд, каждый ремесленник - художник, господствует равенство мелкого производителя, а основной общественной формой являются небольшие общины. Жизнь спокойна, богата, красива. Разностороннее развитие человека, по М., основано на технике ремесла. Его утопия - образец мелкобуржуазного социализма, для к-рого мелкое производство - база совершенного общества.

В своем архаичном по форме произведении «Видение о Джоне Болле» М. изображает борьбу ранней мелкобуржуазной культуры с феодализмом, в частности - восстание крестьян против феодалов. Классовые идеалы и борьба буржуазии с феодализмом в XIV-XV вв. для него более или менее ясны, и он не случайно взялся за ее изображение; классовая же борьба в условиях современного М. капитализма не была достаточно понятна этому мелкобуржуазному утописту. Искренно ратуя за пролетариат, революционная борьба к-рого (чартистское движение, Парижская коммуна) не могла не найти отзвука в творчестве М., он защищал его с мелкобуржуазной точки зрения, не видя в нем основной силы, отрицающей капитализм до конца.

К политической борьбе и к отрицанию капитализма М. пришел через свои эстетические искания, отличающиеся той же социальной направленностью. Поставив задачей «эстетизацию жизни» во всех ее деталях, выдвинув лозунг «искусство для жизни», но убедившись, что, пока существуют эксплоататоры и эксплоатируемые, не может быть «красивой жизни», Моррис из относительно аполитичного художника превратился в агитатора и пропагандиста. Однако он остался типичным мелкобуржуазным бунтарем-одиночкой.

В своем эстетизме М. был чрезвычайно последователен. Все его художественные произведения - как поэтическое творчество, так и живопись, начиная от картины, росписи стен и кончая отделкой ткани и оформлением книги, - с точки зрения его теории представляют собой единство. Декоративность его поэм гармонирует с его декоративной живописью, художественное оформление книги строго согласуется с ее содержанием. Художественная продукция М. обычно выдержана в стиле эпохи ранней буржуазной культуры, когда ремесло было тесно связано с искусством. Придавая огромное значение искусству, он видел в нем лишь средство «украшения жизни», игнорируя его роль в классовой борьбе как одного из орудий этой борьбы.

Идеологическая сторона искусства была вне поля его зрения. Критикуя капиталистическую культуру, Моррис своим эстетизмом отдал однако дань буржуазной эстетике второй половины XIX в. вообще и викторианской эпохи - в частности.

Библиография:

I. Вести ниоткуда, или эпоха счастья, перев. А. П., изд. «Дело», СПБ, 1906; То же, Утопия, П., 1918; То же, Харьков, 1923; The Defence of Guenovere; Jason; Tne Early Paradise; The Praem of John Ball; News from Nowhere и др. Наиболее полное собр. сочин. издано его дочерью в 24 тт., 1910-1915.

II. Венгерова З., В. Моррис, «Литературные характеристики», кн. I, СПБ, 1897; Деген Евг., Всенародное искусство, «Мир божий», 1904, III-IV; Ольминский М. С., Утопия («Вести ниоткуда», Утопия В. Морриса), «Волна», 1906, № 2, 27 апр. (перепеч. в сб. его «По вопросам литературы», Л., 1926); Фриче В. М., Социал-демократия и искусство, «Правда», 1906, IV; Русанов Н., Красота на служение человечеству, в сб. его ст. ст. «Социалисты Запада и России», СПБ, 1909; Аничков Е., В. Моррис и его утопический роман, в книге «Предтечи и современники», СПБ, 1910; Фриче В. М., Очерки развития западно-европейских литератур, М., 1931; Vallance A., Morris W., 1897; Day L. F., The art of Morris, 1899; Brooke S. A., A study of Clough, Morris, 1908; Guyot E., L’idee socialiste chez W. Morris, 1909; Glasier J. B., W. Morris and early Days of the Socialist movement, L., 1921; Evans B., William Morris and his Poetry, L., 1925.

III. Forman H. B., The books of Morris, 1897.

МОРУА

МОРУА Андре (Andre Maurois, 1885-) - современный французский писатель. Представитель крупной консервативно-католической буржуазии. Был фабрикантом. Из наблюдений над английскими войсками, к к-рым его прикомандировали во время империалистической войны, возник его первый роман «Les Silences du Colonel Bramble» (1918). Но широкую известность М. получил благодаря своим биографическим романам («vies romancees»). Жанр этот введен в моду М. и с его легкой руки получил широкое распространение в послевоенной Европе. Склонность М. к английской культуре привела его к изучению английской литературы, плодом чего явились его очерки «Les Anglais», а затем к написанию трех биографических романов из жизни английских деятелей: «Ariel ou la vie de Schelley», «Disraeli», «Byron». Разрабатываемый М. жанр «романа-биографии» отмечен характерными для современной буржуазной литературы чертами. В центре внимания здесь не наиболее существенное в выдающемся человеке, не его творчество, а бытовые и эротические мотивы и т. п. В наиболее известном биографическом романе Моруа - «Ариэль» - эта установка имеет контрреволюционный характер. Здесь развенчан Шелли, этот поэт-бунтарь, протестовавший и в своем творчестве и в жизни против современного ему общественного строя. С точки зрения самодовольной филистерской морали показана беспочвенность его мечтаний, высмеяны его попытки изменить существующее. Отрицание значимости проблем общественного преобразования, с одной стороны, и утверждение мистики - с другой, служат одной цели - сохранению расшатанного буржуазного строя. Этот социальный смысл художественного творчества М. подтверждается его фашистской апологией французского милитаризма в жизнеописании маршала Лиотэ. О махровой реакционности свидетельствует и его работа о Тургеневе (1931), в к-рой даже буржуазная критика усмотрела «некоторую идеализацию» Николая I.

От биографий этот ненавистник социальных утопий перешел к своей - эстетской - утопии. В повести «Le voyage au pays des Articiles» он сделал попытку изобразить идеальное общество, построенное на служении чистому искусству и возглавляемое привилегированным классом художников. Стремление к «эстетической утопии» характерно для отживающего класса, культура которого все более и более теряет почву.

Идеологически завершает характеристику М. как представителя реакционной буржуазии, мечущейся в тупике кризиса капитализма, одно из его высказываний к новому году (1932): «Не подлежит сомнению, что самыми необходимыми изобретениями в данный момент являются аппараты контроля изобретений и их экономических последствий». Чертами загнивания отмечено и искусство Моруа - типичное послевоенное буржуазное искусство, ставящее своей задачей лишь развлекать читателя (ср. напр. его роман «Les climots», в русском переводе - «Испытания любви»), превращать острые проблемы в эстетскую забаву («Путешествие в страну эстетов»).

Библиография:

I. На русск. яз. перев.: Ариэль, Роман из жизни Шелли и Байрона, перев. Д. А. Левина, изд. «Петроград», Л. - М., 1925; Мейп, или освобождение, Новеллы, перев. Н. С. Можаровской, Гиз, Л., 1928 («Биб-ка всемирной литературы»); Фабрикант Кеней, Роман, перев. Под редакцией И. Новикова, изд. «Новая Москва», М., 1926; Путешествие в страну эстетов, перев. А. С. Полоцкой, Под редакцией Д. Сверчкова, изд. «Прибой», Л., 1929; Превращения любви, Роман, перев. Е. С. Коц, изд. «Время», Л., 1930.

II. Рецензии: «Северные записки», 1924, № 1 (5); «Книгоноша», 1925, № 8; «Молодая гвардия», 1928, № 11; «Вестник иностранной литературы», 1928, № 7; Там же, 1929, № 1-2; «Красная новь», 1929, № 3; «Книга и революция», 1929, № 6; На литературном посту», 1929, № 7, и др.

МОРФОЛОГИЯ

МОРФОЛОГИЯ (греческ. «учение о формах») - введенный лингвистами XIX в. термин для обозначения того раздела языковедения (см.), к-рый в грамматике более ранних эпох носил название этимологии. Выделенный по соображениям прикладного характера (методическое удобство выделения и объединения в парадигмы форм склонения и спряжения), раздел этот определяется в традиционной лингвистике как «учение о формальном составе слова» или как «учение о формах отдельного слова», противополагаясь синтаксису (см.) как «учению о соединении слов» или «учению о формах словосочетаний». Из этих определений ясно, что в основе противопоставления М. и синтаксиса лежит недиалектическое, статическое понимание отдельного слова (см.) и что в системе грамматики противопоставление этих двух отделов подлежит весьма серьезному пересмотру.

Пересмотру подлежит далее и весь комплекс морфологических исследований, представленный в лингвистической традиции. Эти исследования сводятся: во-первых, к регистрации флективных и словообразующих морфем какого-либо языка (его лит-ой формы и его бесписьменных говоров) на различных засвидетельствованных в памятниках этапах его развития; во-вторых, к сведению близких форм, признаваемых родственными яз., к гипотетическому праединству и, в-третьих, к описанию явлений индивидуального яз. и мышления, выдвигаемых в плане субъективно-психологической лингвистики как объяснение морфологических изменений (аналогия, контаминация, морфологическая абсорбция и т. п.). Как ясно из этого перечня, вся установка морфологических изысканий буржуазной лингвистики ведет к отрыву форм яз. от его реального идейного содержания, к рассмотрению морфологического развития яз. как имманентного, определяемого только законами индивидуальной психики. Правда, на последних этапах развития буржуазной лингвистики в системах воинствующего идеализма и фидеизма (школа В. Шмидта) делаются попытки увязать те или иные морфологические особенности языка с формами мышления и формами «материальной культуры», однако эти попытки имеют своей конечной целью утвердить объективно-идеалистическое понимание языка и «культуры» как выражения духа.

В системе материалистической лингвистики этим установкам в области изучения морфологии противостоит объяснение морфологического развития яз. как специфической надстройки (через развитие мышления) развитием общественно-экономических формаций, вскрытие в морфологических изменениях языка борьбы и смены классовых диалектов как отражения и орудия классовой борьбы. Особое значение приобретает в этом аспекте морфология литературного языка, борьба за направление морфологического развития литературного языка.

В поэтическом языке отклонения от М. признанного «литературным» языка могут осуществляться в различных направлениях: по линии сохранения морфологических архаизмов (ср. напр. многочисленные славянизмы в М. пушкинского стиха: «И жало мудрыя змеи»); по линии введения морфологических форм, уже существующих в так наз. «просторечии» (ср. напр. разговорную М. стиха Маяковского: «И чего найдется съестного прочего»), в говорах крестьянства (многочисленные диалектизмы в «Тихом Доне» Шолохова); наконец по линии введения морфологических новообразований, являющихся достоянием индивидуальной речи или, во всяком случае, не получивших широкого распространения (ср. напр.: «носиковый платок» В. Инбер, «чего уж центрее» М. Кольцова, «в таксеях» В. Маяковского и т. п.). Стилистическая значимость этих отклонений, так же как и сопоставление так наз. морфологических дублетов (ср. напр. «блистает, блещет и блестит» И. Сельвинского) и аналогичных морфологических фигур, выделявшихся еще традиционной стилистикой (figura etymologica, homoioteleuton и т. п.), весьма различна и может быть вскрыта лишь в освещении художественного метода данного писателя и представленного им стилистического направления в целом, а отнюдь не путем формалистической оценки подобных «приемов», вырванных из целого.

Библиография:

см. Грамматика, Стилистика, Язык. О морфологии яз. отдельных писателей и стилей см. соответствующие статьи.

МОСКВИН

МОСКВИН Николай Яковлевич (1900-) - псевдоним Воробьева Николая Яковлевича. Р. в Туле в семье фармацевта. Окончил реальное училище, Брюсовский литературно-художественный институт. С 1919 по 1925 - в Красной армии (комсостав). Начал писать в 1922 военкором «Правды».

В юмористических рассказах М. 1924-1929 на фоне революционной эпохи рисуется провинциальный быт мещанина. Юмор М. беззлобен, политически не заострен. Большинство рассказов (написанных под сильным влиянием Чехова) посвящено анекдотическим событиям. В рассказах «Миноги» и др. выражены гуманистические нотки по отношению к обывателям.

В рассказе «Буквы на клеенке» (М., 1928) показана судьба даровитого писателя из рабочих, вынужденного кончить жизнь самоубийством из-за возмутительнейшего бюрократического отношения к рабочему-автору московских редакций, издательств, организаций и т. д. Такое обобщение действительности является явно неверным, политически ошибочным.

Роман-хроника «Гибель реального» (1912-1919) (М., 1931) является наиболее значительным произведением М. Крушение старой и рождение новой школы - такова тема романа. В ярких эпизодах изображена гибель реального училища. Однако М. не сумел раскрыть глубину социальных столкновений в школе 1917-1919, упростил фигуру бывшего директора реального училища, классовые черты персонажа растворил в общечеловеческих. Самое же главное - зарождение принципиально новой школы - в романе намечено слабо. Несомненно «Гибель реального» при всех недостатках обозначала для Москвина шаг вперед по пути мировоззренческой перестройки.

Библиография:

I. Шахматы, «ЗиФ»; Кошачий характер, «Пролетарий», 1927; Буквы на клеенке, М. Т. П., 1928; Жена, Юбилей Гитарова, «Недра», 1931; То же, изд. 2-е, доп., М., 1932; Гибель реального, ГИХЛ, 1931; Маска, Роман, журн. «Локаф», 1932, №№ 10-12, «Знамя» 1933, №№ 1, 3 и 5 (отд. изд. печатается в ГИХЛ).

II. Львов-Рогачевский В., Предисл. к книге «Кошачий характер», «Новый мир», 1927, № 4; Котеев Б., «На литературном посту», № 4; Охитович, «Красная новь», 1928, № 29; Красильников В., «Молодая гвардия», 1931, № 23-24; Александров Г., «Новый мир», 1931, № 11.

III. Владиславлев И. В., Литература великого десятилетия (1917-1927), том I, Гиз, Москва - Ленинград, 1928.

МОСКВИТЯНИН

«МОСКВИТЯНИН» - «учено-литературный журнал», издававшийся в Москве М. П. Погодиным в 1841-1856. До 1849 выходил ежемесячно, позднее - два раза в месяц. Сотрудниками Погодина были С. П. Шевырев, И. И. Давыдов, Ф. Н. Глинка, В. И. Даль и др. Орган крупной торговой буржуазии 40-50-х гг., «М.» стоял на позиции официальной народности. В первой же книге журнала Шевырев в своей статье развивал знаменитую формулу николаевской эпохи - «православие, самодержавие, народность». Это полностью соответствовало патриотической настроенности русской торговой буржуазии, не помышлявшей о сколько-нибудь заостренной критике крепостнического государства. Столь же закономерно «М.» выступал против немецкой философии, прочно завладевшей умами как дворянской, так и подымающейся демократической интеллигенции. Особо принципиальных различий во взглядах на Запад и на Россию между группой «М.» и московскими славянофилами во главе с Хомяковым не существовало, хотя последние и выступали с критикой журнала. Но в противовес помещикам-славянофилам, ориентировавшимся на патриархального, преданного своим господам мужичка, «М.» делал ударение на торговой буржуазии. Эта ориентация Погодина была углублена и продолжена членами той «молодой редакции» «М.», которой Погодин передал журнал в 1850 и в которую входили А. Н. Островский, Е. Н. Эдельсон, Т. Филиппов и др. Один из виднейших членов этой группы - А. Григорьев - заявлял славянофилам: «Убежденные, как вы же, что залог будущего России хранится только в классах народа, сохранившего веру, нравы, язык отцов, - в классах, не тронутых фальшью цивилизации, - мы не берем таковым исключительно одно крестьянство: в классе среднем, промышленном, купеческом, по преимуществу видим старую извечную Русь». Не следует однако думать, будто «молодая редакция» не внесла в журнал новых тенденций. Ей удалось напр. в значительной степени освободиться от гнета той идеологии «официальной народности», которая вполне владела Погодиным, объективно блокировавшимся с славянофилами. Однако основные тенденции журнала, в частности напр. отрицательное отношение к западникам, остались неизменными.

Крах Крымской кампании, вскрывший разложение феодального режима, углубивший классовые противоречия, сделал невозможным дальнейшую идеализацию патриархализма. Крайне слабо читавшийся в эту пору «М.» закрылся в 1856. Но в начале 60-х гг. А. Григорьев, Писемский, Островский, Эдельсон и другие члены его редакции объединились вокруг «почвеннических» журналов братьев Достоевских «Время» и «Эпоха» (см.), органически продолживших (в более либеральной форме) идеи славянофильства.

Библиография:

I. Барсуков Н. П., Жизнь и труды М. П. Погодина, СПБ, 1888-1910 (по указателю в XXII т.); М-ский А., «Москвитянин» в 1841-1843 гг., «Русский вестник», 1892, кн. XII; Материалы для биографии А. А. Григорьева, Под редакцией Влад. Княжнина, П., 1917; Плеханов Г. В., Очерки по истории русской общественной мысли XIX в., М., 1923 (ст. «Погодин и борьба классов», см. также в Собрании сочинений, т. XXIV); Венгеров С. А., Молодая редакция «Москвитянина», «Вестник Европы», 1886, кн. II; Глинский Б. Б., Раздвоившаяся редакция «Москвитянина», «Историч. вестник», 1897, кн. IV-V; Чернышевский Н. Г., Очерки гоголевского периода (Литературное наследие Чернышевского, Т. IV, М., 1931); Бартенев П. И., Указатель статей и материалов по истории, словесности, статистике и этнографии России, помещенных в «Москвитянине» за 1841-1853 («Временник Моск. об-ва ист. и древн. российских», 1855, кн. XXI), М., 1855.

II. Мезьер А. В., Словарный указатель по книговедению, П., 1924, стр. 282-283; Ее же, Словарный указатель по книговедению, ч. 1, Соцэкгиз, М. - Л., 1931, стр. 751-753.

МОСКОВСКИЙ ВЕСТНИК

«МОСКОВСКИЙ ВЕСТНИК». - В ряду одноименных журналов и газет наиболее крупным являлся литературный, критический, научный журнал, издававшийся историком М. П. Погодиным в Москве в 1827-1830 (выходило по 2 книги в месяц). Один из важнейших русских журналов 20-х годов XIX века, «М. в.» был создан московскими «любомудрами». Главными сотрудниками, с одобрения которых Погодин мог печатать статьи, были: С. П. Шевырев, В. П. Титов, Д. В. Веневитинов, Н. М. Рожалин, И. С. Мальцов и С. А. Соболевский. Журнал выходил при ближайшем участии А. С. Пушкина (в первом же номере напечатан монолог Пимена из «Бориса Годунова»; в «М. в.» же появился «Пророк» под названием «Поэт»), к-рый участвовал и в обсуждении вопросов о ведении журнала. Литературными сотрудниками «М. в.» кроме перечисленных были В. Ф. Одоевский, Н. М. Языков, С. Е. Раич, В. Л. Пушкин, Ф. Н. Глинка, А. Ф. Мерзляков, А. И. Кошелев, С. Т. Аксаков, П. и И. Киреевские. «М. в.» выступил как проповедник идей немецкой философии и немецкого романтизма (в отличие от «Московского телеграфа» (см.) Полевого, увлекавшегося французскими романтиками). Если довольно оппозиционному журналу Полевого были ближе социально насыщенные произведения французских романтиков, то органу дворянской интеллигенции были родственны философские искания и антисоциальность немецких романтиков. Принимая участие в журнальной полемике, «М. в.» напал на Булгарина и издаваемую им «Северную пчелу», критиковал «Московский телеграф» (статьи Шевырева), сделал ряд выпадов против кн. Вяземского, остававшегося сотрудником «Телеграфа», подверг критике Карамзина как историка (статьи Погодина и Арцыбашева). Несмотря на умеренность политических взглядов «М. в.», стоявшего на той платформе дворянского национализма, к-рый десятилетием позднее оформился в славянофильстве, в правительственных кругах на него смотрели косо, считали его «журналом слишком свободным». Донос, поступивший в 1827 в III отделение, характеризовал сотрудников «М. в.» как «истинно бешеных либералов». «Образ мыслей, - говорилось в доносе, - речи и суждения отзываются самым явным карбонаризмом». Несмотря на свое литературное значение и интерес, «М. в.» страдал от недостатка подписчиков, что и погубило журнал в 1830.

Библиография:

I. Барсуков Н., Жизнь и труды М. П. Погодина, кн. II и III, изд. 2-е, СПБ, 1904; Пушкин, Письма, Под редакцией и с примеч. Б. Л. Модзалевского, т. II, 1826-1830, Гиз, М. - Л., 1928.

II. Полуденский М., Указатель статей по русской истории, географии, статистике, русскому праву и библиографии, помещенных в «Московском вестнике», «Временник Имп. моск. общ. ист. и древн. росс.», 1854, приложение; Мезьер А. В., Словарный указатель по книговедению, Л., 1924, стр. 284, 830: Ее же, Словарный указатель по книговедению, ч. 1, Соцэкгиз, М. - Л., 1931, стр. 753-754.

МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФ

«МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФ» - буржуазно-прогрессивный журнал, издававшийся в 1825-1834 Н. А. Полевым (см.). В первые годы существования (до 1829) был под сильным влиянием умеренно-либерального дворянства, что обусловливалось слабостью буржуазной литературы, с одной стороны, и недостаточно наметившимся различием интересов этих классов - с другой. Участниками отделов «изящной словесности» были Пушкин, Жуковский, Баратынский, бар. Розен и др., руководителем отдела критики и автором очень многих статей - князь Вяземский. В остальных отделах журнал защищал однако буржуазные воззрения.

Научный отдел, чрезвычайно серьезно и многосторонне развернутый, давал ряд большей частью переводимых из иностранных журналов статей буржуазных идеологов по вопросам политической экономии (Сей, Сисмонди и т. д.), по истории (Гизо, Мишле и др.), по истории фаб.-зав. промышленности, по вопросам финансов, торгово-промышленной колонизации окраин и завоеванных областей (Сибирь, Кавказ, Ср. Азия), просвещения и т. п. Пропаганда развития отечественной промышленности простиралась до того, что в журнал вклеивались образчики русского производства (лоскутья тканей).

В первые же годы существования «М. т.» против него завязалась ожесточенная борьба. Журналы крепостнического дворянства были возмущены новаторством «М. т.», его ниспровержением классических авторитетов, в к-ром они правильно угадывали борьбу со всей феодальной системой. Борьба с «М. т.» обострилась с разрывом между бр. Полевыми и дворянской частью сотрудников журнала, обусловленным резким проведением Полевыми буржуазной линии, с одной стороны, и поправением дворянства в 30-х гг. - с другой. Толчком к разрыву послужил ряд критических статей в «М. т.» 1829 о представителях дворянской литературы, в особенности статья Н. Полевого о Карамзине. Недавние светские «друзья» рвут с Полевым и в созданном ими органе «Литературная газета» (см.) обрушиваются на «М. т.» со всей силой аристократического презрения, не гнушаясь в этой борьбе прозрачными намеками в печати на политическую «неблагонадежность» Полевого (Пушкин). Разрыв с «друзьями» и борьба с ними содействуют выпрямлению линии журнала. Художественный отдел помимо представителей либерально-дворянской литературы собирает виднейших буржуазных писателей той поры (Полевой, Лажечников, Вельтман, Павлов и др.). По отношению к иностранной литературе линия остается прежней - ознакомление публики с выдающимися писателями-романтиками Запада (Скотт, Шиллер, Гофман, Мюссе, Гюго, Бальзак). Несколько только расширяется ознакомление с произведениями французского буржуазного романтизма.

В области критики усиливается борьба с классицизмом и его наследием в современной дворянской литературе, причем в отличие от первых лет существования «М. т.» резко и сознательно подчеркивается связанность классицизма с феодальной системой, приверженность к нему аристократической верхушки и чуждость его «народу». Романтизм противопоставляется классицизму как течение «народное», выявляющее «национальную самобытность» в противовес оторванности классицизма от «народа». Это антифеодальное понимание романтизма последовательно и неуклонно проводится в критических статьях «М. т.».

Современная барская так наз. романтическая литература обвиняется «М. т.» в убожестве и холодности мыслей и чувств, в нарочитой изысканности, в псевдонародности и т. д. Несмотря на реформистский характер антифеодальной деятельности «М. т.» и неоднократные выражения в «М. т.» верноподданнических чувств, характерных для русской буржуазии, журнал Полевого вызывал к себе подозрительное отношение со стороны правительства. Последнее усиливалось постоянными нападками в печати на «неблагонамеренность» «М. т.», обвинениями его в «якобинстве». В марте 1834 за помещение отрицательного отзыва о квасно-патриотической пьесе Кукольника «Рука всевышнего отечество спасла», одобренной самим Николаем I, «М. т.» был закрыт и больше не возобновлялся.

Библиография:

Бенардаки Н. и Богушевич Ю., Указатель статей серьезного содержания, помещенных в русских журналах прежних лет, СПБ, 1858, вып. V - «Московский телеграф», 1825-1834; Сухомлинов М. И., Н. А. Полевой и его журнал «Московский телеграф», «Исторический вестник», 1886, III; Козьмин Н. К., «Московский телеграф», Иностранная журналистика и литература, «Изв. Отд. русск. яз. и слов. Акад. наук», т. V, СПБ, 1900, кн. I; Его же, Очерки из истории русского романтизма. Н. А. Полевой как выразитель литературных направлений современной ему эпохи, СПБ, 1903; Мезьер А. В., Словарный указатель по книговедению, П., 1924; Ее же, То же, ч. 1, Соцэкгиз, М. - Л., 1931. См. также библиографию к ст. «Полевые».

МОТИВ

МОТИВ (от латинского moveo - «двигаю») - термин, перенесенный в литературоведение из музыки, где он обозначает группу из нескольких нот, ритмически оформленную. По аналогии с этим в литературоведедении термин «М.» начинает применяться для обозначения минимального компонента художественного произведения - неразложимого далее элемента содержания (Шерер). В этом значении понятие М. играет особенно большую, пожалуй центральную роль в сравнительном изучении сюжетов преимущественно устной литературы (см. Сказка, Фольклор); здесь сопоставление сходных М., используемое и как метод реконструкции первоначальной формы сюжета и как способ прослеживания его миграции, становится почти единственным приемом исследования у всех домарксистских школ - от арийской Гриммов и сравнительно-мифологической М. Мюллера до антропологической, восточной и сравнительно-исторической включительно.

Порочность понятия М. - за пределами фольклора, особенно популяризованного формалистами в их полемике с культурно-исторической школой - в механистической концепции художественного метода как техники комбинирования некоторого количества качественно неизменных элементов; эта концепция предполагает отрыв техники (приемов) художественного мастерства от его содержания, т. е. в конечном счетз отрыв формы от содержания. Поэтому в конкретно-историческом анализе литературного произведения понятие М. как понятие формалистическое подлежит существеннейшей критике (см. Стиль, Сюжетика, Тематика).

Другое значение термин «М.» имеет у представителей западноевропейского субъективно-идеалистического литературоведения, определяющих его как «опыт поэта, взятый в его значимости» (Дильтей). М. в этом смысле - исходный момент художественного творчества, совокупность идей и чувств поэта, ищущих доступного воззрению оформления, определяющих выбор самого материала поэтического произведения, и - благодаря единству выразившегося в них индивидуального или национального духа - повторяющихся в произведениях одного поэта, одной эпохи, одной нации и тем самым доступных выделению и анализу. Противополагая творящее сознание материи, им оформляемой, это понимание мотива строится на противопоставлении субъекта объекту, столь типичном для систем субъективно-идеалистических, и подлежит разоблачению в марксистском литературоведении.

Библиография:

Понятие мотива в сравнительном литературоведении - Веселовский А. Н., Поэтика сюжетов, Собр. сочин., т. II, вып. I, СПБ, 1913; Leyen G. D., Das Marchen, Прага; Волков Р. М., Сказка. Розыскания по сюжетосложению народной сказки. Т. I. Сказка великорусская, украинская и белорусская, ГИУ, Одесса, 1924; Aarne A., Vergleichende Marchenforschung (русск. перев. А. Андреева, 1930); Krohn K., Die folkloristische Arbeitsmethode. См. также «Сказка», «Фольклор». Понятие мотива у формалистов - Шкловский В., О теории прозы, изд. «Круг», М., 1925; Fleschenberg, Rhetorische Forschungen, Dibelius-Englische Romankunst (предисловие). См. также «Методы домарксистского литературоведения». Понятие мотива у школы Дильтея - Dilthey W., Die Einbildungskraft des Dichters, «Ges. Schriften», VI, 1924; Его же, Das Erlebnis und die Dichtung, 1922; Korner J., Motiv; «Reallexikon der deutschen Literaturgeschichte», hrsg. v. Merker u. Stammler.

МОТИВИРОВКА

МОТИВИРОВКА - способ обоснования вводимых в повествование тех или иных мотивов (см.), например новых образов, действий, перипетий фабулы. Анализ М. широко применялся сравнительно-историческим литературоведением для реконструкции первоначальной формы сюжета и установления хронологии наличных его вариантов (см. Былина, Сказка, Эпос), а представителями имманентных методов (формального, психологического, эстетически-интуитивного) - для характеристики стиля, жанра, «мировоззрения» и «мироощущения» поэта (ср. напр. работы русских формалистов - Жирмунского, Петровского и др.).

Понятие формалистическое, механистически трактующее художественный метод как технику комбинирования некоторого количества качественно неизменных элементов - понятие М. подлежит существенной критике при конкретно-историческом анализе литературного произведения. См. Сюжетика, Тематика, Образ.

МОТТО

МОТТО - см. Эпиграф.

МОТТРАМ

МОТТРАМ Ральф Хэйл (Ralph Hale Mottram, 1883-) - современный английский писатель. По профессии экономист. Писатель крупной английской буржуазии эпохи империализма, М. примыкает к тому стилю, крупнейшим представителем которого в Англии является Джон Голсуорси (см.). Процессы загнивания, разложения империализма находят себе выражение в таких романах М., как «Наш м-р Дормер» (Our Mr Dormer, 1927), «Неприступный остров» (Castle Island, 1931) и др., входящие в состав «Дормеровской трилогии». Подобно Голсуорси в его «Форсайтах», М. фиксирует здесь разложение собственнических устоев буржуазного бытия. Активизация империалистической буржуазии также получает отражение в творчестве Моттрама. С этой точки зрения особенно характерны его военные романы, входящие в «Трилогию Испанской фермы» (1927). В отличие от Голсуорси М. подходит к войне прежде всего с точки зрения буржуа-собственника, оправдывая империалистическую войну с точки зрения британского национализма. В творчестве Моттрама таким образом, как и в творчестве ряда английских писателей (Честертон, Мак Кенна и др.), проявляются общие процессы фашизации современной английской буржуазии.

Библиография:

Sixty Four; Ninety Four, 1925; The Crime at Vanderlyden, L., 1926; The English Miss, L., 1928; Ten Years Ago, L., 1928; The Boroughmonger, 1929; History of financial Speculation, L., 1929; Europa’s Beast, L., 1930; New Providence, L., 1930.

МОХНАЦКИЙ

МОХНАЦКИЙ Маврикий (1804-1834) - польский литератор, публицист, историк и политический деятель, один из крупнейших представителей романтической критики. Выходец из буржуазной среды, лишь оформлявшей в тот период свое самосознание, М. не отличался стойкостью политических убеждений, и участие в восстании 1830 не предопределило постоянства его радикальных взглядов. Незрелость классового самосознания М. сказалась и в том, что он склонялся к сближению с аристократией, как это ясно напр. из его писем к Замойскому или в утверждении (в «Pismie okolnem do rodakow w emigracji»), что в Польше только дворянство является реальной общественной силой, ибо обладает собственностью и культурой. Однако, отрицая классицизм и противопоставляя ему романтизм Мицкевича, М. боролся с феодально-крепостническими тенденциями в польской литературе. В своих статьях он дает яркую характеристику главнейших романтических художественных произведений. Литературным блеском отличаются и политические работы Мохнацкого, особенно по истории восстания 1830.

Библиография:

I. Главнейшие произведения: O literaturze wieka XIX, 1830; Powstanie narodu polskiego, w r. 1830-1831, 1834.

II. Sliwiski A., M. Mochnacki, Львов, 1910; Kucharzewski J., M. Mochnacki, Краков, 1910; Szpotaski St., M. Mochnacki, Краков, 1910.

МСТИСЛАВСКИЙ

МСТИСЛАВСКИЙ Сергей Дмитриевич (1879-) (псевдоним Масловского-Мстиславского) - современный писатель. Р. в семье проф. Военной академии. Окончил в 1901 СПБ университет. С 1904 - в партии эсеров. В 1905 - председатель боевого рабочего союза, член ЦК всероссийского офицерского союза, участвовал в подготовке вооруженного восстания в Петербурге и Кронштадте; был в заключении в Петропавловской крепости (1910-1911). В Февральскую революцию - в штабе восстания; как комиссар петроградского совета был командирован для ареста Николая II и его семьи. При расколе партии эсеров вошел в ЦК левых эсеров. После убийства Мирбаха вышел из партии левых эсеров и вошел в ЦК украинских боротьбистов. С 1921 - беспартийный.

В центре творческого внимания М. - проблема участия героя-индивидуалиста, выходца из аристократического или буржуазного общества, в революции. Эта проблема раскрывается М. в различных аспектах. В полубиографическом романе «Крыша мира» (1905) Мстиславский рассказывает о поездке буржуазного студента с научно-антропологической целью («охота за черепами») и его превращении в своеобразного революционера-бунтаря. Революционность героя носит индивидуалистический характер. Роман обильно насыщен экзотикой, фантастикой, многочисленными приключениями и пр. Прогрессивные тенденции дореволюционного творчества М., выразителя мелкобуржуазной интеллигенции, не возвышались до подлинно революционных требований. Следующий роман «На крови» переработан затем в пьесу. Автобиографический образ «Товарища Михаила» - эсера - дан в двух планах: с одной стороны - аристократическое общество, выходцем из которого он является, с другой стороны - рабочая среда, боевики, террористы. М. обосновывает эту двуликость своего героя «протеизмом», якобы дающим ему психологическую возможность оставаться самим собой в любых условиях, - объяснение маловероятное и идеологически неверное. «На крови» не дает подлинного отражения революции 1905: пролетариат показан здесь сравнительно слабо. В центре действия романа - светский быт, критика этого быта и портреты отдельных террористов.

В романе «Союз тяжелой кавалерии» (1929) Мстиславский показывает крупную буржуазию и царских приближенных, к-рые попытались «похитить» Романовых и восстановить в России монархию. Схематично и бегло обрисовывает Мстиславский рост политической сознательности представителя солдатской массы Мартьянова. Так же упрощенно изображаются Мстиславским и важнейшие исторические события.

В романе «Без себя» (1930) ярко показан ряд значительных событий гражданской войны на Украине (Киев) в 1919. М. создает увлекательную фабулу, живо изображает события войны. В центре внимания стоит фигура комсомольца Шурика, к-рый во многом еще остается раздвоенным интеллигентом, не обладающим твердым «внутренним компасом».

В своих высказываниях (речь на дискуссии Моск. отд. ВССП в 1931) М. призывает советских писателей «не к писанию, а к творчеству жизни», заявляя: «Именно здесь - в воле к творчеству жизни - лежит для меня рубеж между старым интеллигентским и пролетарским писательством: художественно слабые произведения ударников зачастую бывают значительнее произведений высококвалифицированных литературных мастеров именно потому, что в них есть этот волей к творчеству жизни зажженный пафос». Мстиславский призывает писателей к активному участию в практике соцстроительства, к освоению больших идей эпохи.

В книге «Черный Магома» (1932) включающей два рассказа о старой уходящей Аварии, М. творческой практикой доказывает свою включенность в соцстроительство. Показ процесса советизации аварского нагорья, ломки застарелой вражды аварцев высокогорья к «плоскости», к городу разрешен М. в образах большой социальной и художественной значимости. Свойственные раннему творчеству М. экзотика, фантастика, авантюрность фабулы не имеют места в рассказах об Аварии, в которых своеобразие изображаемого края передано посредством реалистических картин классовой борьбы двух лагерей - трудящегося населения Хунзаха во главе с партийным и советским руководством, с одной стороны, и шейхами, муллами и крупными барановодами - с другой. Мстиславскому удалось создать выпуклый образ командира красных партизан.

Библиография:

I. На тропе, Роман о моей жизни, кн. I. Крыша мира, изд. «Недра», М., 1925: То же, изд. 2-е, Гиз, М. - Л., 1927; То же, изд. 3-е, Гиз, М. - Л., 1930; На крови, Роман с послесловием Ульрих, Гиз, М. - Л., 1928; То же, изд. 2-е, «Федерация», М., 1930; Союз тяжелой кавалерии, Роман, Гиз, М. - Л., 1929; Без себя, Роман, изд. «ЗиФ», М., 1930; Измена Магомы (отрывки из «Повести о Черном Магоме»), изд. акц. изд. об-ва «Огонек», М., 1931; Черный Магома, Рассказы о старой уходящей Аварии, изд. «Федерация», М., 1932; Потерянный и возвращенный халат, «Красная новь», 1932, № 5; Как подпоручик завоевывал Индию, «ЛОКАФ», 1933, № 4; Последний солдат, там же, 1933, № 8, и др.

II. Отзывы о «Крыше мира»: Нусинов И., «Книгоноша», 1925, XVIII; Локс К., «Печать и революция», 1925, VII; Виленская Н., «Октябрь», 1925, IX; «Смена», 1927, № 117, 25 мая. Отзывы о «На крови»: А. Е., «Новый мир», 1928, VII; Рузер Л., «Красная новь», 1928, VII; Балашов К., «Комсомольская правда», 1928, 1 сент.; М. О., «Изв. ЦИК СССл, 1928, 31 марта. Отзывы о «Черном Магоме»: Ермаков И., Сказка о «Новой Аварии», «Книга и пролетарская революция», 1933, II.

МУАЛЛАКИ

«МУАЛЛАКИ» - «привешенные», или «нанизанные» (другое название «музаххабы» - «позолоченные») - семь знаменитейших касыд (см.) доисламской Аравии VI в. Соединил эти касыды в сб. «М.» «равия» (сказитель, декламатор) Хаммид в середине VIII в. Он поместил туда по одной касыде Имру-уль-Кайса (старейшая), Тарафы, Зухайра, Лябида (самая поздняя, нач. VII в.), Антары, Амбра ибн Кульсума и Хариса ибн Хиллиды. В другой редакции Антару и Хариса заменили Набига Зубъянский и А’ша. «М.» - типичные касыды племенного строя: начинаются они обязательным «пасибом» - любовным зачином, обычно плачем над следами покинутой стоянки возлюбленной; продолжаются слабо связанными между собой отрывками на разные темы: у Имру-уль-Кайса это - любовные похождения, ночь в пустыне, описание коня и охоты и ливня; у Тарафы - поездка на подробно описанной верблюдице, хвастовство щедростью и разгульной жизнью, возражения упрекающим его за мотовство и т. д.; у позднего Зухайра - дидактическое рассуждение о бренности жизни. Переходы между отрывками небрежны или отсутствуют вовсе; рифма во всей касыде одна: a, a, b, a, c, a... Европейского читателя поражает в «М.» прежде всего реалистическая наблюдательность: точность описания, подробнейшая топография, бытовые сравнения и т. п.

Библиография:

I. Русск. перев. всех «Муаллак» в прозе, не всегда полные и очень разного достоинства, в «Арабской литературе» А. Крымского, М., 1911 «Сб. в честь А. Н. Веселовского», 1912; Муаллака Имру-уль-Кайса, изд. Г. Муркосом с русск. перев., СПБ 1885; Европейские переводы: Hartmann A. Th., Die hellstrahlenden Plejaden am arabischen Himmel, Munster, 1802; Hammer Purgstall J., Literaturgeschichte der Araber; Wolf Ph., Muallakat, die sieben Preisgedichte der Araber, Rotweil, 1857; Ruckert F., в разных изданиях; Noldeke Th., Funf Muallakat, в «Sitzungsberichte» Венск. академии наук, B. 140-144, 1899-1901; Caussin de Perceval, Essai sur l’histoire des Arabes avant l’islamisme, v. II, P., 1847; Johnson F. E., The seven poems suspended in the temple at Mecca, L., 1894; Blunt A. and Blunt W. S., The seven golden odes of pagan Arabia, L., 1903.

II. Крымский А., Арабская литература, М., 1911; Brockelmann C., Geschichte d. arabischen Literatur, Band I, Weimar, 1897-1898; Nicolson R., A literary history of the arabs, London, 1907, pp. 31-140.

МУАЛМЕМ НАДЖИ

МУАЛМЕМ НАДЖИ - см. Наджи.

МУЖСКАЯ РИФМА

МУЖСКАЯ РИФМА - см. Рифма.

МУЗАГЕТ

МУЗАГЕТ - см. Мусагет.

МУЗЕИ ЛИТЕРАТУРНЫЕ

МУЗЕИ ЛИТЕРАТУРНЫЕ. - Назначение М. л. - быть лабораторией, помогающей изучению творчества писателей. С этой целью в них собираются материалы, дающие возможность наблюдать процесс создания литературных произведений, вскрывать социальные корни и классовую направленность творчества писателя, определять его место в современной ему борьбе классовых сил в литературе. Экспонатами М. л. являются:

а) разные виды рукописей писателя (см. Рукопись), издания его сочинений, корректуры, критика и рецензии, газетные и журнальные статьи, официальные документы (например цензурные запрещения), цитаты из переписки, воспоминания современников и др. рукописный и печатный материал;

б) иконография писателей, портреты их друзей и врагов, карикатуры, плакаты, иллюстрации к текстам, сценические воспроизведения, виды местностей, связанных с творчеством писателя, и иной изобразительный материал;

в) вещевой материал, характеризующий в бытовом отношении социальную принадлежность писателя.

Первые М. л. возникли как музеи мемориальные, стремящиеся после смерти писателя сохранить неизмененным его вещественное окружение (дом, кабинет, рукописи, книги, предметы домашнего обихода). Естественно возникновение подобных музеев в дворянско-помещичьем быту: наличие прочно сложившегося обеспеченного существования вместе с обычным в этом слое культом фамильного прошлого привело к созданию семейных мемориальных М. л. типа Остафьева кн. Вяземских с его карамзинской комнатой, Муранова - усадьбы Тютчева. Позднее по тому же принципу охранения и восстановления былого создавались мемориальные, узко-биографические музеи Чехова (дом в Ялте), Толстого (дома в Хамовниках в Москве) и др.

Способы построения М. л. определяются методами литературоведения. Так, формалистический метод сказался внесением в М. л. чертежей, диаграмм и статистических цифр, служащих для морфологического анализа литературных произведений; биографизм - обилием иллюстраций к жизненному пути писателя, его воспитания, семьи, любовных увлечений и т. п. До последнего времени наиболее распространены были музеи, построенные по принципу историко-культурных монографий («жизнь и творчество» писателя). Так создавались музеи, посвященные первостепенным классикам русской литературы (Пушкинский, Некрасовский в Ленинграде, Толстовский, Чеховский в Москве и другие). Более или менее полно иллюстрировался портретами и другими изобразительными материалами жизненный путь писателя, характеризовалась эпоха, литературные круги, литературные «влияния», короче - собиралось все, имеющее прямое или косвенное отношение к созданию произведений. Главным недостатком таких музеев является отсутствие руководящей цели, для к-рой подбирается весь этот пестрый материал, в лучшем случае иллюстрирующий творчество писателя, но никак его не объясняющий. Бессилие подобного метода построения М. л. особенно отчетливо обнаружилось при попытке Пушкинского дома перейти от монографического музея к музею, охватывающему всю историю русской литературы: единства экспозиции не получилось, ибо весь собранный материал распался на небольшие музеи также монографического характера (о Пушкине, Лермонтове, Гоголе и др.), механически связанные друг с другом.

Усиленная разработка марксистско-ленинского метода в построении М. л. видоизменила за последние два-три года их характер. М. л. ищут способов разрешить в своей экспозиции те задания, которые указаны в начале статьи. Однако перестройка М. л. едва начата, - для ее успешного продвижения необходимо перейти к созданию музея литературы, отражающего ход развития исторического процесса в России и ставящего во главу угла классовый анализ литературных произведений. М. л. и другие музеи периодически устраивают выставки, к-рые разрешают на своем материале вопросы, волнующие современность; организуемые передвижки приближают М. л. к рабочим массам (например литературный музей при Гос. публичной биб-ке им. Ленина).

В настоящее время Наркомпросом организована комиссия, разрабатывающая вопрос о создании в Москве единого центрального литературного музея, который должен объединить и соответственно перестроить существующие музеи.

МУЗНИБ

МУЗНИБ Али-Абас (1880-) - азербайджанский тюркский поэт-националист. В период 1907-1920 М. был идеологом пантюркизма и панисламизма. В 1914 редактировал сатирический журн. «Баба-Эмир» и литературно-художествен. журн. «Дирилик» (Жизнь), где пропагандировал идею буржуазного национально-освободительного движения. В связи с этим он был выслан царским правительством в Сибирь. М. много переводил с персидского яз. на тюркский (преимущественно религиозные книги). Между прочим перевел «Тысячу и одну ночь». В период мусаватского правительства (1918-1920) М. писал ярые шовинистические стихи, направленные против армян и русских, сеявшие национальную рознь. После 1920 Музниб стал сменовеховцем; некоторое время сотрудничал в тюркских советских журналах и газетах. Напечатал ряд антирелигиозных стихотворений. В настоящее время не пишет.

МУЗЫ

МУЗЫ - божества греческой религии, олицетворявшие поэтическое и музыкальное вдохновение. В основе представлений о М. лежат верования хтонической религии, видевшей источник всякого вдохновения и таинственного знания в подземных и водных силах. М. мыслятся в тесной связи с горными ключами, будь то в Пиерии (отсюда эпитет - Пиериды) или в Беотии, на Геликоне, где находятся источники Гиппокрена и Аганиппа, у реки Пермесса (впоследствии и на Парнасе с источником Касталией). Они представляют собой фигуры, родственные нимфам. Как олицетворение поэтического и музыкального вдохновения, которое отождествлялось с пророческим вдохновением, М. первоначально представлялись единым божеством («Илиада» и «Одиссея» открываются традиционным обращением к М. как таковой). Впоследствии число их было доведено до трех, а потом до девяти. Для эпического поэта М. является источником его «знания» о воспеваемых им событиях; от М. он получает дар песнопения. В «Теогонии» Гезиода М. являются дочерьми Зевса и Мнемозины («Памяти» - олицетворения воспоминаний о прошлом как основном предмете поэтической саги). Религия Аполлона (см.) также вводит М. в свой круг. Аполлон становится «предводителем» М. (Мусагет). М. являлись также покровительницами знания: Геродот озаглавил свой исторический труд «М.» и разделил его на 9 книг, присвоив каждой наименование одной из М. (как впоследствии Гёте в «Германе и Доротее»). Необразованный человек назывался немусическим (amusos), и школа была поставлена под покровительство М. Однако в религии и особенно в мифологии роль М. не велика. Представление о М. использовалось гл. обр. поэтами и художниками. В результате потребности изобразительного искусства в индивидуализированном воплощении каждой из девяти М. они были в эллинистическую эпоху диференцированы по отдельным видам искусства словесного, музыкального и хореографического, хотя подобная специализация не была дана традицией и никогда не получила общеобязательного признания. В позднейшей античности с именами М., канонизированными Гезиодом, обычно соединялись следующие представления об их функциях:

1. Каллиопа («Красиворечивая») - героический эпос;

2. Клио («Славящая») - история; обе М. изображались со свитком или диптихом (складной дощечкой для писания) в руках;

3. Урания («Небесная») - астрономия, дидактический эпос, атрибут - глобус;

4. Эвтерпа («Прекрасноуслаждающая») - музыка, элегическая поэзия, атрибут - флейта;

5. Эрато («Приятная») - лирика, атрибут - лира;

6. Терпсихора («Усладительнотанцующая») - хорическая лирика, пляска, атрибут - кифара;

7. Мельпомена («Пляшущая») - трагедия;

8. Талия («Цветущая») - комедия, атрибуты - трагическая и комическая маски;

9. Полигимния («Многопоющая») - пантомима или красноречие; изображалась без определенного атрибута, закутанная в плащ.

У римлян М. соответствовали Камены. Антикизирующая литература нового времени охотно пользовалась именами М. и названиями гор и источников, у к-рых М. были локализованы, как поэтическим орнаментом.

МУЙЖЕЛЬ

МУЙЖЕЛЬ Виктор Васильевич (1880-1924) - русский беллетрист. Р. в Пскове в семье конторщика, получил среднее незаконченное образование, служил писцом в акцизном управлении, затем у земского начальника, в земской управе, был приказчиком по рубке и сплаву леса. Первый рассказ был напечатан в «Мире божьем» (1904). Основные произведения М. рисуют жизнь беднейшего крестьянства начала XX в. Отражая «мужицкое живо» с его пьянством, темнотой и грязью, бесправием, унижением, а также бесстыднейшую эксплоатацию крестьян помещиками, М. не проходит мимо аграрного движения. Однако крестьянское движение он рассматривает оторванно от развивающегося рабочего движения в стране, как «стихийный», «голодный» бунт, к-рый быстро подавляется карательными отрядами казаков. В своем творчестве М. стоял на позиции либеральной земской интеллигенции, так наз. «третьего элемента». На революцию 1905 М. откликнулся рассказом «Кошмар» - о столкновении студентов с полицией, закончившемся арестом и избиением студентов и изнасилованием жандармским офицером курсистки. В годы реакции М. не пошел по пути мистики и порнографии, но и не звал в произведениях этих лет к борьбе с реакцией. В годы мировой войны в письмах М. - военного корреспондента - о Галиции и Польше сквозит жуткая правда действительности, хотя нет отчетливого понимания событий. Октябрь М. встретил сочувственно. В 1923 он выпустил рассказ «Кухаркины дети», в котором показал, как изгнанный из царской школы кухаркин сын, большевик, пройдя фронт империалистической и гражданской войны, в боевой обстановке встречается со своим ровесником - белогвардейским офицером, в доме родителей к-рого мать героя была кухаркой. В 1924 в ленинградском театре была поставлена пьеса М. «Вешний ветер» (драма из жизни художника-скульптора, выбитого из буржуазной колеи Октябрьской революцией). Пооктябрьские произведения М. художественно слабы. В лучших своих произведениях (рассказы «Мужичья смерть», «Грех», «Аренда», «Кошмар», «Встреча» и др., роман «Год») М. выступает бытописателем, внимательно относящимся к разнообразным проявлениям человеческой жизни. Стремление М. раскрывать своих героев с точки зрения их общественной ценности не всегда выдерживается писателем. Бытописательство, известная натурализация изображаемых явлений - основные свойства М. как художника, колоритного и красочного по языку своего творчества.

Библиография:

I. Собр. сочин., 11 тт., изд. «Просвещение», СПБ, 1911-1912; Рассказы, т. I, Гиз, П., 1920; За крестьянской правдой. Историческая повесть из времен крестьянской войны в Англии в 1381, Гиз, П., 1923; Возвращение. Последние рассказы, Гиз, М. - Л., 1926.

II. Горнфельд А., Книги и люди, СПБ, 1908; Александрович Ю., После Чехова, т. I, М., 1908; Фидлер Ф. Ф., Первые литературные шаги М., 1911 (автобиография).

МУКАНОВ

МУКАНОВ Сабит (1900-) - казакский пролетарский поэт. Р. в семье батрака. До 1917 был батраком. В 1920 вступил в ряды ВКП(б), участвовал в ликвидации кулацких восстаний в Сибири (1921). В 1922 был инструктором Акмолинского губкома ВКП(б), с 1923 до 1930 редактировал ряд изданий на казакском яз. Был одним из руководителей КазАПП.

М. начал писать с 1915. С 1922 М. посвящает свои произведения актуальной советской тематике: писатель изображает классовую борьбу в селе в тесной связи с развертыванием социалистического строительства. Герой поэмы «В брод к Октябрю» - рабочий-казак, революционер, активный участник Октябрьской революции. С самого начала своей лит-ой деятельности М. ведет активную борьбу против буржуазной идеологии на литературном фронте. Однако М. в начале реконструктивного периода совершает ряд ошибок националистического характера («Мурзабек», «Сулу-шаш»). Осознав свои ошибки, М. вступил на путь перестройки. Его последующие произведения проникнуты пафосом социалистического строительства (поэмы: «Куш», «Турксиб», «Овладевайте техникой», «Уголь-коммунизм» и т. д.). Из более поздних поэтических произведений М. следует выделить стих. «Май» (перевед. на русский язык, «Известия ЦИК СССл от 1 мая 1933). Отличаясь подлинно революционным содержанием и формальным мастерством, оно свидетельствует об идейно-художественном росте М. как поэта. М. издал I т. «Истории казакской литературы», к-рый посвящен буржуазно-националистической литературе; продолжает работать над II томом (о советской казакской литературе). Первый том этого труда является по существу первой в казакской литературе серьезной попыткой дать марксистский анализ движущих социальных сил буржуазной казакской литературы. М. выдвинул проблемы специфики ее развития. Следует однако отметить, что поставленные проблемы не проработаны полностью в марксистском плане из-за недостаточного овладения марксистско-ленинской методологией.

Библиография:

Сборник стихов, I, II, III, 1928; Батрак вчера и батрак сегодня, Поэма, Кзыл-Орда, 1927; В брод к Октябрю, Поэма, Кзыл-Орда, 1927; Ак-бопе, Повесть, Кзыл-Орда, 1927; Сулу-шаш, Роман в стихах, 1929; Адаскандер, Роман, 1931. Журналы: «Жана-Адабиет», 1928-1931; «Кзыл-Казакстан», 1922-1928; «Ленин», Сб. художественных произведений, Под редакцией Муканова, Кзыл-Орда, 1929; «Подарок писателей», Сб. художественных произведений, посвященный 10-летию Октября, Под редакцией Муканова, Кзыл-Орда, 1927. Альманахи: «Жил-Кусы», 1928, №№ 1 и 2; «Жарие», 1930.

МУКУНДА-РАМ ЧАКРАВАРТИ

МУКУНДА-РАМ ЧАКРАВАРТИ, по прозвищу Кабиканкан («Запястье поэтов») - бенгальский поэт XVII в., в своих поэмах на религиозные сюжеты давший очень яркие описания современного ему быта. Его поэму «Candi» почти полностью перевел на английский яз. Cowell в «Journal of the Asiatic Society of Bengal» (1902).

МУЛЬТАТУЛИ

МУЛЬТАТУЛИ (по-русски - многострадальный, псевдоним Эдуарда Доуса Декера) (Eduard Douwes Dekker, 1820-1887) - известный голландский писатель. Сын капитана купеческого судна. В течение 18 лет занимал различные административные посты в Голландской Индии, где имел возможность наблюдать преступные действия колониального управления и бесстыдную эксплоатацию туземцев. Пострадав за попытку привлечь к ответственности одного колониального администратора за его злоупотребления, М. вернулся в Голландию, тщетно надеясь добиться «правды». Свое «дело» он использовал в качестве сюжета в романе «Макс Хавелар» (Мах Havelaar, 1860), в к-ром разоблачил преступления голландских капиталистов, правительства и чиновников в колониях, обрушиваясь на консерваторов и либералов, защищавших эту систему эксплоатации. В том же духе написаны «Любовные письма» (Minnebrieven, 1861). Могучий общественный протест, к-рого М. ждал от всех «честных» людей и гл. обр. от радикальной мелкой буржуазии, не последовал. М. пришлось покинуть Голландию, и с 1856 до конца своей жизни он жил гл. обр. в Германии.

М. - один из последних «истинно-либеральных» людей буржуазного века. Резко критикуя капитализм, он стремился не к уничтожению колониальной эксплоатации, о подлинной экономической подоплеке к-рой не имел никакого представления, а только к ее смягчению. Испорченному буржуазному чиновнику он противопоставлял честного и гуманного. Когда М. убедился, что либеральная буржуазия и радикальная мелкая буржуазия не в состоянии осуществить его абстрактной индивидуалистической идеи «свободы», он разочаровался в ее осуществлении вообще. Значения рабочего класса, еще не окрепшего, но выраставшего у него на глазах, М. не понял, хотя и имел мужество приветствовать социалистическое рабочее движение как «новую форму оппозиции». Индивидуалист-либерал, не осознавший процесса социально-экономического развития общества своего времени вообще и смысла неудачи своего «личного дела» - в частности, М. пришел к анархизму. Эта эволюция отражается в его поздних произведениях, как напр. в «Царстве миллионов» (Millioenenstudien, 1870), «Specialiteiten» (1871) и в семи сборниках «Идей» (Ideen, 1867-1877), куда входит драма «Школа князей» (Vorstenschool) и незаконченный рассказ о «Маленьком Вальтере» (Woutertje Pieterse).

М. сыграл огромную роль в истории общественной мысли в Голландии. Его «Хавелар» сделался библией не только «всех прогрессивных людей», но и радикальной мелкой буржуазии и даже в течение долгого времени и рабочих. Анархические идеи М. оказали влияние на рабочее движение в Голландии в ранний период его развития, что было одной из причин раскола социалистической партии в 90-х гг. Не менее значительно его влияние на голландскую литературу, гл. обр. мелкобуржуазную (Потгитера, Бакгуйзена, Цюрхера и др.). М. - один из немногих голландских писателей, достигших мировой известности. Как художник он оригинален гл. обр. в «Максе Хавеларе». Своеобразие этого романа, создавшего эпоху в голландской литературе, - в органическом сочетании отвлеченных суждений с подлинными документами, прозаизма с лиризмом. В более поздних произведениях М. преобладают (особенно в «Идеях») сентиментализм и едкий сарказм.

Библиография:

I. На русском яз. перев.: Повести, сказки, легенды, перев. с голландск. и вступит. ст. А. Чеботаревской, изд. «Дело», СПБ, 1907; Приключения Вальтера Петерсона, сокращ. перевод, СПБ, 1907; Письма любви, Роман-памфлет, перев. А. Израильсона, М., 1911; Рассказы, перев. А. Чеботаревской, изд. «Всемирная литература», П., 1919; Откуда пошла власть богатых. Саид и Алинда, «Красная новь», М., 1923; Саидья с о. Явы, сб. «Маленькие рабы», сост. Герасимова, «Молодая гвардия», М., 1925; Макс Хавелар, или Кофейные аукционы Нидерландского торгового общества, Роман, перев. с голландск. с введ. и примеч. М. И. Тубянского, Гиз, М. - Л., 1925; Multatuli-Briefe, hrsg. von W. Spohr, 2 B-de, 1906; Verzamelde werken van Multatuli, Voorafgeg. door Studien over Multatuli door C. Vosmaer, 10, 1916-1918.

II. Помимо указанных выше статей А. Чеботаревской и М. И. Тубянского см. еще: Фриче В. М., Очерки иностранной литературы, Мультатули (1820-1887), «Курьер», 1902, № 214, 5/VIII; Его же, Мультатули, «Образование», 1903, V; Кэс Берта, Multatuli (Многострадальный), «Русская мысль», 1903, II; Van Eeden F., Multatuli, Studien, I, 1890; Ter gedachtenis aan Multatuli, uitgeg. door de Vereen. De Dageraad, 1892; Jonckbloet G., Multatuli, 1894; Meerkerk J. B., Eduard Douwes Dekker, 1900; Prinsen J., Multatulien de Romantick, 1909; J. van den Bergh van Eysinga-Ellas, Multatuli, 1920; Gruiter J., de, Het leven en de werken van Eduard Douwes Dekker, 1920; Padberg H., Multatuli, 1920; W. H. W. de Kock, Lebak en de Max Havelaar, 1926; Max Havelaar, Introduction by D. H. Lawrence, 1927.

III. Multatuliana, Medegedeeld door A. S. Kok, met een bibliograph. overzicht door L. D. Petit, 1903.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV